Привычки

Хосок постоянно тренируется, кажется, уже будто поселился в этом чертовом зале. Чонгук бесится, ему не хватает внимания, жалуется всем подряд, а потом вроде как привыкает. Привыкает к этим странным отношениям, в которые они влезли, к Хосоку с его бесконечными тренировками до потери пульса. Вообще ко всему привыкает, но только поверхностно. Чонгуку Хосок не понравился сначала от слова совсем, слишком много уверенности в завтрашнем дне для такой жизни. Но он говорит себе, что ко всему можно привыкнуть и нельзя быть таким депрессивным всю жизнь. Ко всему можно привыкнуть, как и к теплу, что исходит от Хосочьей ладони. Оно особенное, не похожее на какое-либо другое тепло. Чонгуку нравится притворяться, что у него замерзли руки и греть их, переплетя пальцы с Хосоком. Но он умалчивает о том, что руки у него всегда ледяные. И именно поэтому он считает, что все это особенное должно принадлежать ему, дуясь каждый раз, когда его хен касается кого-то другого. Слишком долго, слишком не то. Чонгук вроде и ненавидит Хосока, но отпустить физически не может. Без него рядом уже что-то не так. Все не так. Да и сам Хосок вроде не против того, что он так ластится к нему. Все уже привыкли. Но единственное, к чему Чонгук не может привыкнуть даже поверхностно – осознание того, что Хосок вообще-то дофига странный. - Не хочешь сходить со мной кое-куда? Чонгук не соглашается, но и не отказывается, просто плетется следом, ощущая, как сердцебиение эхом отдается в ушах. - Куда тебя на этот раз? – Не выдерживает Гук, совершенно не понимая, куда его ведут. - На кастрацию. Вторая бесплатно, если привести друга. Чонгука прошибает от улыбки Хосока, что-то здесь не сходится. - Хен, все хорошо? – Он, конечно, пытается не показывать, что совершенно ничего не понимает, но в голове уже продумывает несколько путей для отступления. Голова не особо соображает, но Чонгук ставит мысленную галочку возле «позвонить Тэхену, если что». Тот поможет, наверное. Чонгук застывает и совершенно теряется, когда ему в руки пихают черного кота. - Что это? - Кот, не видно что ли? И это тоже кот, - улыбается Хосок, демонстрируя рыжего кота на своих руках. - И что мне с этим делать? - Можешь съесть. Нести на кастрацию, конечно. Я что, зря тебя звал? И Чонгуку становится дико смешно. И ведь не Хосок странный, а он сам. Хотя если бы он сам был котом, и под дулом пистолета бы не согласился, будь это Хосок хоть трижды. И то, наверное. Потому что, пусть он сейчас и не кот, но за Хосоком уже готов хоть на край света. Привык же.