Финал

      Баки поник: он отважился на сей храбрый шаг, однако, все еще не был к этому готов. Стив же ни в коем случае не поддерживал его. — Ты уверен? — произнес Роджерс, не отводя обеспокоенного взгляда от криокамеры. — Так будет спокойнее… — выдыхает в ответ Джеймс.       «Это не ответ» — произносит внутренний голос Стива, но сказать вслух он так и не решается. — Пока не найдут лекарство, я — машина, способная на многие ужасающие вещи. Ты уже не раз в этом убеждался, так? — кинув понимающий взгляд, бывший Солдат прокрутил в голове все сцены, когда мог хоть как-то навредить другу. А было это миллионы раз. Только Стивен был способен перемкнуть механизм. Он — один на целом свете. Ни молящие дети, ни умирающие старики — лишь тот паренек из Бруклина, неспособный поднять даже автомат в городском тире. — Баки, я… — Не нужно, я все видел. И помню тоже все.       Даже без своей железной руки — опасное оружие. Ни слова больше, лишь тихое пение камеры, готовой к тому, чтобы отправить Барнса навстречу будущему: там, где будет лекарство, отключающее всякое желание подчиниться коду. Но паузу прервал легкий смешок Зимнего. — Знаешь, было бы больше времени — я бы сказал тебе все, что не успел когда-то.       А рядом десяток докторов. Каждый занимается любимым делом. Это же так интересно — готовить кого-то ко сну, длинною в дни, месяцы, годы. И Стива прожигало изнутри. Они здесь не чтобы помочь, лишь наблюдатели, которых не интересует дальнейшая судьба его друга. У каждого свои проблемы, а сейчас они просто выполняют приказ. «Дайте нам пару минут, джентльмены…» — проговорил он. И те не заставили себя ждать. По очереди покинули кабинет, пахнущий аптечными медикаментами, сыростью и тоской.       Дверь с тихим щелчком закрылась. Баки силой притянул Капитана к себе живой рукой. Вот он — тот, кого Солдат ждал увидеть в своих объятиях слишком долго. Впиваясь в губы, чувственно и нежно, он старается удержать равновесие, но тут же чувствует как теплые руки Стива придерживают его израненное тело. Сон стал реальностью. Джеймс мечтал об этом еще в сорок втором… слишком долго… Пальцы плавно скользят по ребрам, дотрагиваются до железного остатка руки в силиконовой оболочке.       Язык проскальзывает по чужому нёбу, на скорую руку вычерчивая непонятный рисунок. Держась уже правой рукой за мускулистую спину, Барнс отстраняется. И Роджерс видит еле заметные слезинки на глазах Зимнего, уголки губ расплываются в улыбке, целуя уста Капитана и мгновенно отдаляясь.

***

— Дождись меня, ладно? — произносит Баки, по ту сторону стекла. Но Стивен молчит. Как больно внутри, будто тысячи псов раздирают сердце на кусочки, лишь кривая улыбка на лице. А люди вокруг суетятся, не обращая внимания. — И да, Стив, не делай без меня глупостей… — улыбается в ответ Джеймс. Он влюблен в него — влюблен бесконечно. Единственное, что он хочет сейчас сделать — защитить. Несколько заветных слов могут стать концом для Роджерса. От одной только мысли об этом, ему хотелось кричать. «Этого не должно случиться, я не допущу.». — Ты все унесешь с собой…