***
Минерва дочитывала последнюю страницу книги, когда в палату вошла Элина. Женщина села на кровати, с сожалением откладывая книгу. — Добрый день. Как вы себя чувствуете, мадам? — спросила девушка, присаживаясь напротив и раскрывая стетоскоп. — Всё отлично. Признаться, немного нервничаю. — женщина нервно теребила край халата. — А вот этого, как раз, не нужно. Многие ваши соотечественники проходили ту же процедуру, что предстоит вам. — девушка погладила её сжатую в кулак миниатюрную ладонь. — Остались последние приготовления. Мне необходимо прослушать ваше сердце и измерить давление и температуру. Измерения не заняли много времени. Дамы вошли в капсульную. Большое и светлое помещение напомнило Минерве больничное крыло Хогвартса. Единственное, чем отличались эти два помещения, были капсулы. Причудливой формы приспособления, цвета белый металлик. Они подошли к одной — Сейчас вам необходимо раздеться и расположиться в капсуле на спине, так как вам будет удобно. — объясняла Элина, принимая у женщины халат. Минерва пыталась устроиться поудобней в замкнутом пространстве. Элина готовила аппараты и датчики. — А что это за шапочка с проводами, что вы надели мне на голову? — поинтересовалась женщина. — Это магический аналог электроэнцефалографа — аппарата, который считывает малейшие изменения в коре головного мозга. Наш же, аппарат восстанавливает воспоминания, а датчики считывают и следят за правильностью работы. — Я буду полностью в проводах? — Не совсем. Проводов, как таковых, будет не очень много. Я закреплю ещё некоторые датчики на вашем теле и лице. На теле для того, чтобы следить за работой внутренних органов и процессов, а на лице для того, чтобы следить за эмоциями и органами чувств во время восстановления воспоминаний. — А как я буду существовать вообще? Питание? Естественные процессы? — продолжала выпытывать Минерва. — После того, как мы введём вас в искусственную кому, все процессы будут контролироваться как нами, так и капсулой. Через час женщину погрузили в кому. Датчики запищали.***
Раздражённый и уставший, как собака, Снейп вывалился из камина в приёмном покое клиники и шатающейся походкой приблизился к стойке регистрации. — Здравствуйте, девушка, где я могу найти целителя Элину Князеву? — Мистер Северус Снейп, я полагаю? — спросила девушка, оторвавшись от документов. Мужчина коротко кивнул. — Прошк следовать за мной. Через некоторое количество подъёмов по лестницам, коридоров и доведённых до панической истерики молоденьких интернов, они подошли к кабинету, на двери которого на табличке покрытой полустёршейся латунью значилось: «Кабинет номер двести восемнадцать. Целитель Э.Князева.» Девушка, тихонько стукнув в дверь, открыла её и пропустила мужчину вперёд. — Простите, тут к вам мистер Снейп. — после этих слов девчушка невидимкой выскользнула из кабинета. Снейп умостился в глубоком кресле, опустив голову на, сложенные на столе, руки. — Совсем плохо? — сочувственно спросила девушка. Мужчина что-то невнятно пробормотал, и она протянула ему флакончик. — Держи, бедолага. Легче? — Много. Спасибо. Теперь можем поговорить. Как там Минерва? Было сложно и больно называть эту женщину, которая только с десяток лет назад перестала считать его дерьмом, мамой. Каким-то десятым чувством он понимал, что когда-нибудь сможет это сделать, возможно раньше, чем предполагает. Ему не верилось, что спустя столько лет унижений и избиений, благодаря которым и вечно пьяному папаше Снейпу, психика нещадно повредилась, у него появится небольшая, но настоящая семья. — Не волнуйся. Её поместили в капсулу и наблюдают за восстановлением. Процедура займёт месяц, плюс-минус несколько дней. — Но почему так долго? Блэк, да не к добру будь помянута эта блохастая шавка, за неделю восстановился, сейчас ходит сияет и лапает твоих медсестричек. — мужчина скривился. Элина усмехнулась. — Северус, твоя мать уже не девочка и некоторые воспоминания могут нанести тяжкий вред её нервной системе или, не дай Бог, у неё случится приступ. Так что их лучше вводить постепенно. — Я же могу её увидеть? — он поднял на неё взгляд побитого щенка. — Конечно. Пойдём. Тебе, возможно, это пойдёт на пользу. — она поднялась из-за стола. Она поднялся следом и последовал за ней. Когда они вошли в капсульную и подошли к устройству, в котором находилась Минерва, реставраторы памяти вводили какое-то печальное воспоминание. По её щекам бежали дорожки слёз, руки, до того спокойно лежавшие вдоль тела, закрывали грудь, а кулаки были сжаты до белых костяшек. Элина посмотрела на Северуса. Какие-то мысли заставили этого, всегда закрытого эмоционально, сильного мужчину расплакаться. Она кивнула, и стоящий рядом санитар ввёл, дёрнувшемуся от боли в плече, мужчине снотворное. — Куда его? — коротко спросил он, подхватывая безвольно рухнувшего зельевара. — Накаталку и в пятую. Только аккуратно. Дальше по ситуации. — Поттер готов к дальнейшему восстановлению. — просматривая амбулаторную карту, доложил молодой целитель, подошедший к Князевой. — Пойдём. — кивнула та, и направилась на выход.***
Когда в палату вошли переговаривающиеся целители, Гарри подскочил на кровати, поспешно откладывая учебник зельеварения. — Как твоё самочувствие? — спросила девушка, присаживаясь на краешек койки. — Отлично. А где папа, то есть профессор Снейп? — поспешно исправился мальчик, опуская взор в пол. — Ты так быстро привык называть его папой? Это даже хорошо. Северус в одной из палат. Мне сказали, что ты уже достаточно восстановился для погружения в капсулу. — Наверное. А я тоже буду весь в проводах, как профессор МакГонагалл? — На твоём теле будут датчики, но их будет немного. — Я тоже буду спать? — То состояние, в котором сейчас находится профессор, не сон, а искусственная кома. — объяснила Элина. Мальчик испуганно охнул. — Не бойся, эта кома, как и восстановление в капсуле, полностью контролируется целителями. Если это так важно для тебя, я могу контролировать твоё погружение и восстановление. Хочешь? — Вы правда можете? Это не будет мешать вам с другими пациентами? — мальчишка просиял, Элина кивнула. — Я буду очень рад. Спасибо! — Пойдём. — целители и мальчик вышли из палаты. Через час Гарри готовился к введению в искусственную кому, датчики уже были установлены. — Держи. — мальчик послушно принял флакончик и выпил его содержимое, едва скривившись. Глаза его начала слипаться. — А как же профессор Снейп? — зевая, пробормотал он. — Засыпай и ни о чём не беспокойся.***
В пятой палате, посапывал, в полосатой пижамке, вымотавшийся за год профессор зельеварения.