Желания могут сбываться

POV Себастьян. Что-то происходит в этом мире, а что именно непонятно. Что это было за "подвисание" сегодня за завтраком? Что вообще происходит с этим мальчишкой? С чего бы это он так странно смотрел на нашу "бедовую троицу"? Стоп. Нашу? Интересно и с каких же это пор? А ведь и правда мне уже стало приятно заботиться о маленьком графе. Хотя... не такой уж он и маленький уже, шестнадцать лет скоро исполнится. Всего через каких-то пару месяцев. А еще спустя один месяц будет ровно четыре года с того момента как я заключил с ним контракт. В общем странный он сегодня. Да и это его бормотание перед сном... что он там кстати пробормотал в ответ на мой вопрос, о том оправдала ли его ожидания беседа с девчонкой? Кажется что-то вроде: "более чем"... И что бы оно значило? Сколько же вопросов вызывает у меня этот парень в последнее время... Ну да ладно, сейчас пройду по особняку, посмотрю что и где нужно сделать, что-то может быть сделаю и отправлюсь отдыхать. Прошелся называется посмотрел... Кухня... Как мне надоело восстанавливать ее практически ежедневно, а иногда и по нескольку раз! У этого человека, который исполняет в этом дурдоме роль повара конечно есть некоторые таланты, но они явно далеки от приготовления пищи. Впрочем это верно не только по отношению к Бардрою, но и Финниану и, конечно же Мейлин. Слуги... Интересно, а когда наш с юным графом контракт будет выполнен и мы оба исчезнем, они сами то жить смогут, или угробятся в течение нескольких дней?.. Мне конечно по большому счету пофиг, просто любопытно, они хотя бы себя обслужить способны? В доме все обошел, кроме спальни хозяина особняка, пройти по прилежащей территории, или не стоит?.. Выйду, наверное, прогуляюсь. Ночью здесь, на земле, крайне красиво. Вот только сами люди не способны в большинстве своем этого увидеть. Более того они в собственном рвении к развитию своей "цивилизации" все больше губят и уродуют истинную красоту природы. Как хорошо, что я, в отличие от смертных, прекрасно вижу даже в кромешной тьме, глаза, правда, при этом светятся, как два красных фонарика. Пока размышлял на эту тему дошел до границы сада, вспомнилось какими милыми черепами его украсил однажды Грель. Логической цепочкой вспомнился сам неадекватный жнец... Три раза сплюнул через левое плечо и постучал по ближайшему дереву, а то еще появится... Не появился. Настроение медленно но верно начало двигаться в сторону улучшения. Что-то идти отдыхать мне пока не хочется, может пройтись ещё и по лесу... Хотя лес это слишком громко для этого островка растительности. Так небольшая рощица. А вот пройдут по ней, заодно подумаю, что приготовить на завтрак. А вот кстати, насчёт неспособности троицы слуг поместья Фантомхайв обеспечить себе все необходимое для жизни, я пожалуй не совсем прав... Не очень приятно, конечно, это осознавать, особенно существу, подобному мне, но... Но я привык быть предельно честен с собой. Так что да они меня просто стали несколько раздражать. Почему? Вот не хочется, чтобы причина была, которая, как мне кажется имеет место быть... Кто бы знал, как не хочется. Ведь это уже будет не впервые. Конечно я тогда не знал, не понял, не разглядел в том ребёнке Дитя, предназначенное не мне. Однако я и не хотел его внимания... Именно поэтому у меня ещё есть надежда, когда-нибудь встретить свое Дитя. Дитя. Всего одно слово, а сколько в нём смысла. В памяти так ярко от печатался тот разговор, как будто это было вчера, а может даже сегодня, хотя прошли уже многие тысячи лет. Flashback Мы в очередной раз болтали, ни о чём и обо всём, простой разговор между братьями. Кто первый нахмурился и перестал смеяться? Михаил? Он серьёзен, почти всегда, только когда мы собирались втроём и вот так же общались он словно оттаивал. Или вечный шутник Габриэль? А может я? Сейчас сложно сказать точно кто... - Братья, а вы никогда не думали о нашей странности? - да, тогда я был чем-то очень похож на Сиэля... Чем? Не внешностью однозначно. Я, старший из первых, выглядел совершенно иначе, нежели ныне. Мои глаза были светло карими, тёплыми, кожа нежно золотистой, а волосы, очень тёплого оттенка, каштановыми. Потом я изменился, только потом... - Странности? Какую такую странность ты в нас углядел, Люц? Михаил, ты знаешь о чём он? - тут же стал кривляться Габриэль - Я понимаю о чём ты... Это и правда несколько странно, но не нам судить. - более спокойно отреагировал второй брат и откинулся на мягкую поверхность за спиной. Я смотрел на них и понимал, насколько мы разные, но как невероятно похожи. Я старший из детей Отца нашего, оказался самым тёмным в своей внешности. Михаил, средний из нас, полная моя противоположность... Если мои волосы никогда не отличались большой длиной, едва достигая плеч, то его светлая шевелюра ниспадала почти до талии , словно покрывало сотканое из мельчайших жемчужин. Кожа его казалась ещё светлее волос, заставляя задаваться вопросом как такое вообще возможно, при этом она не выглядела холодной, как мрамор, и светло голубые глаза, иногда, чудилось, будто они отливают сиреневым светом. Да он квинтэссенция света. Габриэль также не похож ни на одного из нас. Если у нас с Михаилом волосы прямые, то его локоны мягкими волнами спадают на плечи и спускаются лишь до лопаток, в них словно запутались всполохи рыжего огня, смешавшись с золотыми бликами солнца. Глаза своим цветом напоминают весеннюю зелень, а по щекам и переносице рассыпались довольно редкие и не яркие веснушки. И всё это на фоне нежно розовой, не золотистой, как у меня, и не белой, как у Михаила, кожи. - Вы вообще о чём, великие мыслители? - хмыкнул Габриэль. - Ты, Габриэль, ни когда не замечал, некоторые детали, отличающие нас от других созданий? - посмотрел на него Михаил. - Ха! Ты о том, что мы двуполые? - насмешливо хмыкнул Габриэль. Он вообще странно ко мне относится. С одной стороны я самый старший, и было бы логично, если бы именно я стал правой рукой Отца. Однако это место досталось Михаилу. - И это тоже. А вообще я обратил внимание, что ни один из Ангелов не может испытывать к другому чувств помимо братских. - спокойно ответил я. - Как и должно быть. - услышали мы голос Отца. Описывать Его внешность не стоит даже пытаться. Мир по своему подобию, таким же разным и изменчивым но постоянным. Он есть истинный дуализм вселенной. - Отец. – в едином порыве выдохнули мы, склоняя головы. - Люцифер, Михаил, Габриэль, вы первые мои дети в этом Мире. И вам я расскажу первым… Ты правильно заметил, Люцифер, все Ангелы могут быть лишь братьями и сёстрами. Но после создания людей я заметил, что многим из вас также хочется познать близость любимого существа и столь же сильное чувство в ответ. По этой причине сама воля Мира каждое столетие будет создавать уникальную новую душу. Но в силу дуализма природы этого Мира я также принял решение создать тех кто будет противоположен вам и название им Даймоны. Душа созданная Миром, Дитя Мира, будет иметь возможность стать парой, но лишь одному Даймону или Ангелу. – тепло улыбаясь спокойно говорил Он, - А сейчас, думаю вам, Михаил, Габриэль, пора бы заняться делами. Мои братья молча поднялись и, поклонившись, растаяли в воздухе. - Отец? – одно слово, большим я просто не смел обращаться к Нему. - Сын мой. Ты стоишь в тени, что отбрасывают твои младшие братья. Ты смиренно хранишь всё, что я не хотел бы рассказывать всем. Ты выполняешь любые поручения, которые я могу давать тебе. И всё это очень тяжело даётся твоей душе. Я понимаю. Знаешь, я искренне считаю, что ты более других моих детей достоин встретить свою пару- Дитя Мира, но ты и нуждаешься в этом. Но решать не мне. Какое Дитя чьей парой может стать определяет лишь сам Мир. Но знай, если Даймон попытается завладеть душой Дитя не предназначенного ему, он исчезнет. Но если подобную ошибку совершит Ангел... Он падет из Эдема и сам станет Даймоном. Это не быстрый и болезненный процесс. Поэтому я очень прошу тебя, Люцифер, будь предельно внимателен. End Flaschbak А что сделал я? А я ошибся. Однажды я увидел юношу, он был ослепительно красив и я... Наверное я влюбился в него. У него была сестра, близнец. Они были практически неразлучны и оба сверкали. Их души были невероятно чисты. Тогда я решил будто тот мальчик и есть предназначенное мне Дитя и, чтобы хоть как-то обратить его внимание на себя, стал добиваться его сёстры... Откуда? Ну откуда мне было тогда знать, что каждое Дитя приходит в Мир вместе с Новой душой, созданной нашим Отцом? Это было первое Дитя... Девушка. Она не была предназначена мне... Всё это стало известно только после того, как она ответила мне благосклонностью. Тогда я впервые видел слёзы Отца. Слеза была одна, но её хватило, чтобы на Земле произошёл потоп. Как ни странно люди до сих пор помнят это событие. Они зовут его "Великим потопом". Но им не в домёк, что причиной того страшного бедствия стали печаль и разочарование Создателя в старшем своём ребёнке. После этого один континент так и не поднялся из под воды. А Отец сказал мне, что если бы я пытался завладеть вниманием девушки, а не её брата, то у меня не осталось бы никакого шанса когда-либо встретить своё Дитя. Сейчас же надежда у меня ещё остаётся, но когда это произойдёт, я как Дайсон буду бороться за его благосклонность с Ангелом. С тех пор прошли года... десятилетия и я стал Даймоном, изменилась не только моя сила но и внешность, да и характер не мог остаться прежним. Люди почему-то исказили название нашей трассы. Такие как я, падшие, и рождённые Даймоны стали зваться демонами. Смертные решили будто меня низвергли за совращение Адама и Евы. Отрицать не имеет смысла. Было в моей жизни и такое. Вот только по приказу Отца, а не во преки ему. Но людям и не стоит знать истинную причину, случившегося со мной. Это осталось в кругах более долгоживущих существ, Ангелов, Даймонов, Жнецов... Я до сих пор не хочу встречаться с Михаилом и Габриэлем. Почему? Так получилось, что та девушка была предназначена одному из них. Кому я так и не узнал, не захотел. Но мне, осознавшему, что едва не лишил пары одного из двух самых близких братьев, было даже страшно. Что если за Дитя предназначенное мне придётся бороться со вторым? Я бы даже подумал, что юный граф Фантомхайв тоже является таким Дитя, но... У него нет ни брата, ни сёстры, не считая кузины, леди Элизабет Мидлфорд, однако и она старше его. А как мне уже доподлинно известно, у каждого Дитя Мира есть близнец. Я достаточно силён, чтобы жить исключительно в Инферно, другом плане Мира, принадлежащем Даймонам. Эдэм кстати также является просто ещё одним планом этого Мира. Да у меня достаточно сил, я занял не последнее место в иерархии, по силе я могу занять пустующий трон Инферно, но... Повелитель Даймонов не может быть зависим от питания смертными душами. Именно по этой причине над Даймонами нет власти. Дети Мира нас не выбирают. Правителем Инферно я мог бы стать только в том случае, если бы встретил Дитя предназначенное мне и оно выбрало бы меня. Оно. Именно так, в среднем роде. Хотя я практически уверен, что Дитя, созданное Миром для меня, будет мужского пола. Но пока это всё лишь мечты. Мечты. Из уст того, кого люди исчадием Ада, мировым Злом, это слово звучало бы почти смешно, если бы не так устрашающей. Впрочем, никто и не услышит. Последний взгляд на звёздное небо и поворачиваюсь обратно к осабняку. Уже на подходе к дому удивлённо замирают, глядя на окно спальни графа. Он сидит на подоконнике и смотрит в небо, лицо такое же отрешённое, как сегодня за завтраком. Хм... Меня он не замечает по нескольким причинам. Во первых его взгляд не отрывается от звёздного полотна ночного неба. Во вторых я остановился достаточно далеко от поместья, просто мой взгляд в разы острее, чем у любого, даже самого зоркого смертного. И в третьих, остановившись под сенью крайних деревьев леска, я полностью замер, даже не дышал, (зачем? мне не обязательно...) что свело возможность моего обнаружения не просто к минимуму, эта и без того призрачная вероятность стала стремиться к минус бесконечности. Сиэль. И что же он делает на подоконнике ночью? Любопытство. Несмотря на знаменитую поговорку, лично я считаю его пороком. А лично у меня оно возведено практически в абсолют. Не думаю, что я могу оставить все эти странности моего господина без внимания. Да что уж там, точно не оставлю. Вот только как узнать обо всём, что происходит с маленьким графом? Совсем в не спросишь, вернее спросить то можно, вот только этот вредный мальчишка не только не ответит но и насторожится. Мне оно надо? Естественно нет. Совсем далёкими кругами тоже ходить не стоит, можно столько всего надумать... Всё на что хватит фантазии. А уж она-то у меня достаточно богата. Значит необходимо выбрать учреждённую стратегию. Всё, со своими действиями определился. А граф всё сидит в той же позе, а ведь уже осень и ночи холодные... Насколько я знаю в детстве он часто болел, не сляжет ли сейчас? Было бы весьма и весьма неприятно. Не хочется видеть его слабым из-за болезни. Дожили. Мне не хочется видеть больного парня и поэтому переживают, что не хочу видеть его слабым. Это при том, что он в отличии от меня человек, а значит априори слаб. Но он не обычный человек, в нём я вижу некую силу. Не хочу чтобы его сломала такая мелочь как слабое здоровье. Странно это. Ну да ладно, пойду пожалуй, готовить завтрак, заодно продумаю своё поведение завтра. END POV Себастьян