Мой снежок

Зайдя в библиотеку тринадцатого отряда Тоширо увидел Юкио за столом, внимательно изучающего толстую книгу. Подойдя к сыну со спины, Тоширо заметил, что мальчик за короткий срок прочитал чуть меньше половины страниц, чему Хицугая был очень удивлён. Пройдясь по строчкам, он понял – это учебник. - Кидо? – в слух спросил капитан. Юки махнул головой в знак согласия. - Да, но я не могу найти то, что поможет маме проснуться, - не отрываясь от книги расстроенно сказал Куросаки. Прикрыв глаза, Тоширо положил свою ладонь на маленькое плечико ребёнка: - Ты ничего не найдёшь, - спокойно, даже хладнокровно, проговорил капитан. У него самого от этих слов все холодело внутри, но нечего давать ребёнку ложных надежд, - Карин должна сама проснуться. А вот когда она проснётся, тогда уже и начнут применять кидо, начнут ее лечить, а мы с тобой в последующем будем учить маму справляться со своей реацу. Спрятав глаза за челкой, поджав в бессилии губы и сжав кулаки Юки махнул головой в положительном жесте. - Значит я буду рядом с мамой и когда она проснётся, я ей помогу, - в этом детском, ещё совсем юном голосе были нотки уверенности, даже металла. - Да, конечно, - Тоширо сжал плечико сына. Закрыв книгу, Юки встал со стула и, захватив с собой книгу, покинул библиотеку вместе с Тоширо. *** Получив приличный, за освобождение студентов с занятий, нагоняй от ректора, Юзу опять отпустила учеников и, пока никто не видит, побежала в знакомый магазин сладостей к известному шляпочнику. Завтра ректор опять будет зверствовать! Но сейчас Юзу абсолютно плевать, что он скажет, даже если уволит, Куросаки не пожалеет, ведь ее дорогая сестра, самый родной и близкий человек нашёлся, но по рассказам Ичиго, она … Стараясь не думать об этом, Юзу переступила порог магазина. Из-за двери вышел красноволосый помощник со своей подругой. Они провели Куросаки в огромнейший, так называемый, подвал. Скоро на полигон пришли и отец с Ичиго. - Ну что же, - в своей привычной манере сказал Урахара, пряча лицо за веером, - все в сборе. *** Зайдя в палату, где лежит сестра, у Юзу подкосились ноги. Сев на стул рядом, она схватила руку сестры, будто это поможет ей очнуться, а Юзу перестать плакать. Всматриваясь в эти родные, не изменившиеся за восемь лет черты лица, Куросаки вспоминала счастливые моменты проведённые с сестрой. Вечно веселый когда-то Ишшин, на целый день вернулся к образу того обалдуя который вечно получал с ноги и от сына и старшей дочери, сейчас опять стал скорбящим, испытующим горе в двойном размере отцом. Он не уберёг дочь тогда, восемь лет назад, не нашёл ее в Руконгае и не помог сейчас. - Что я за отец-то такой? – прохрипел старший Куросаки не сводя глаз со спящей дочери. - Она же проснётся? – подняла заплаканные глаза на брата Юзу, - она же проснется и все будет как раньше, ведь так, братик? Не зная, что ответить, Ичиго лишь посмотрел на Юзу глазами полными сожаления, печали и надежды. Поджав губы, Юзу посмотрела на сестру. Убрав упавшую седую прядь волос с ее лица, она улыбнулась: - Карин, - прошептала сестра, но после осмелев и став чуть громче, продолжила, - Карин, проснись. Мне стольким хочется с тобой поделиться. Мне так хочется тебя обнять. Помнишь, я в детстве от тебя не отлипала, позволь мне опять быть рядом, обнимать тебя, слушать твой голос. Пожалуйста, Карин, - Юзу не отрывала взгляд от сестры. Ичиго почувствовал как его кто-то легонько ударил в бок, посмотрев на этого возмутителя его поддельного спокойствия, он увидел как Ишшин косится к выходу. Последовав за отцом, он оставил сестёр одних. *** Опять молчание. Тоширо уже чувствовал как у неё проявляются инстинкты, или даже любовь, родителя, но говорить с сыном он все равно робел. Юки – по сути единственный человек перед которым он вообще робеет. Отец и сын направлялись в бараки четвёртого отряда. Проходя длинные коридоры капитана окликнула сзади бегущий лейтенант. Остановившись и подождав ее, Тоширо предложил Юки идти к маме, а он потом догонит. Махнув головой в знак согласия, Куросаки направился вперёд по знакомому коридору. - Капитан Хицугая, - женщина подбежала к Тоширо и поклонилась ему, вторя что-то непонятное. Но увидев ничего не понимающее лицо Хицугаи, огласила самым простым языком, что только могла использовать: - Пришли результаты анализов. Шансы на то, что Карин проснётся ничтожно малы. В этот момент парень почувствовал как в один миг в его сердце вонзилось миллионы маленьких игл и оставили, на, итак израненном органе, огромную рану. Его глаза потускнели, а ноги отказывались держать хозяина становясь ватными. - Что? – смотря сквозь лейтенанта, прохрипел Тоширо. - Один к тысяче, - смотря на исказившееся гримасой боли и отчаяния лицо капитана, Исана отвела взгляд и правой рукой смахнула подступившую влагу у глаз, - мне очень жаль, капитан Хицугая. Повернувшись спиной к лейтенанту, Тоширо медленным шагом направился к палате любимой девушки. Он уже не слышал слов Исане, и это, наверно, к лучшему. «Мне очень жаль, капитан. Вы действительно ее любите.»