Вместе до гроба.

Вместо предисловия: И если то, что между нами назвать криминалом Я настоящий гангстер и уже другим не стану И пусть весь мир идет по нашему следу Не бойся — мы уйдем с тобой по небу — Не спрятаться в кустах, не переждать, нам остается только на педаль жать. Еще вчера на троне – сегодня мы в бегах, за нами по пятам ненависть и страх… — Наруто тихо насвистывал себе под нос незатейливый мотивчик, сбривая вчерашнюю щетину. Небольшой домик, приютивший наших героев, стоял пустым на окраине небольшой деревни. Он чем-то напоминал их предыдущие убежища. Наверное, отсутствием комфорта. Вот и сейчас, в доме на раскладушках спали Саске, Дей и Сакура, а Узумаки – младший и Ино облюбовали небольшую кушетку на веранде. Наруто встал рано – не спалось – и задумчиво приводил себя в порядок, когда от размышлений его отвлек голос напарницы: — Не знала, что ты сочиняешь стихи. — Это не я. Сидя в тюрьме, я познакомился с чудным человеком. Он чем-то похож на нас с тобой. Яманако недоуменно посмотрела на своего босса. — Такой же вор, только с гораздо большим стажем. У него была хорошенькая напарница, которую он любил намного больше своей жизни. Их не могли поймать, они были неуловимы. Пока копы не придумали один хитрый способ – они выследили преступную парочку, и убили ту девушку. После этого поймать мужчину оказалось проще простого – смерть возлюбленной сильно его подкосила. Семь пожизненных сроков и одиночная камера. Он часто пел про свою любовь… Несчастный человек. — А тебя так же легко поймать? Наруто тяжело посмотрел на сидящую рядом Ино и промолчал. Он не мог ей признаться, что полицейским достаточно просто поймать Яманако – и он придет к ним сам, сдастся на милость правосудия, лишь бы её отпустили. — Милый, я хотела с тобой поговорить… — красавица запнулась, и замолчала. – Давай ненадолго вернемся в мой родной город? — Зачем нам возвращаться в Даллас? Больших банков там нет, твои вещи мы все давно купили заново. — Дело не в вещах. Понимаешь… я хотела бы повидать свою маму. Я очень соскучилась по ней… Блондин поднял голову и посмотрел отражение напарницы в зеркале. Она сидела, поджав колени к груди и обнимая их руками. Ему показалось, или он увидел в этих прекрасных глазах слезы? Не раздумывая ни секунды, Узумаки подошел к сидящей девушке и порывисто обнял её. Ино спрятала лицо у него на груди и коротко всхлипнула. — Понимаешь… моя мама, она стареет. Мне хотелось бы увидеть её, пока она не… Последние слова были заглушены рыданиями. Наруто покрепче обнял сидевшую рядом Яманако и тихо прошептал: — Мы съездим к ней, хорошо? Только мы вдвоем? Хочешь, мы поедем сегодня? Она кивнула и благодарно взглянула на своего напарника. Блондин с теплой улыбкой смотрел в заплаканные глаза и чувствовал, что рядом с ней он неуловимо меняется, становится лучше. Ино смотрела на проплывавший мимо пейзаж. Она не ожидала, что Наруто поймет её, и очень удивилась, когда тот так легко согласился. Возвращаться было небезопасно. Однако же взгляд на родной дом быстро стер из памяти все сомнения. Все та же машина, тот же домик, с обшарпанными стенами, но были и изменения. Строение окружал невысокий заборчик, явно новый. Прохудившаяся крыша была подлатана. Значит, те деньги, которые девушка посылала своей матери, не пропали даром. — Надо же… Не могу поверить, что все началось именно здесь, — тихо прошептала блондинка. — Главное, чтобы все здесь же не закончилось, — в тон ей ответил сидевший за рулем. – Ты уверена, что твоя мать захочет тебя видеть после всего, что про нас писали в газетах? — Пускай. Для меня главное узнать, все ли в порядке с ней и с сестрой. — А вон то прелестное создание – не твоя сестренка? — Где?! – Яманако порывисто обернулась и проследила за направлением, в котором указывал палец Наруто. Обернулась… и расплылась в широкой, доброй улыбке. Девочку, которую Узумаки назвал прелестной, можно было сравнить только с ангелом, неожиданно спустившимся с небес. Она была невероятно похожа на свою старшую сестру, как будто всю прелесть Ино взяли и переместили в хрупкое тельце ребенка. Такие же длинные, белокурые волосы, только у старшей они были прямыми, а у младшей вились сотней кудряшек. Ярко-голубые глаза – черта всей семьи Яманако – смотрели на мир по-детски наивно, но и серьезностью, которая тоже свойственна детям. Невысокая, чуть пухлая девочка бежала впереди своей матери, неся в руках небольшой сверток. Шедшая позади женщина ступала тяжело, пытаясь удержать в руках несколько пакетов из бакалейной лавки. На её изможденном лице была усталая улыбка. Наруто посмотрел на свою напарницу, на её маму – и поразился тому, какие у них похожие улыбки, и непохожие глаза. Улыбки источали добро, веселость, дружелюбие. Но вот глаза… Глаза подруги были лучистыми, яркими, в них как будто бы плескалась жизнь. А напротив он мог увидеть только волны усталой грусти, разочарованности в жизни. — Мама! Мама, смотри! Там Ино! Там наша Ино! – послышался детский тоненький возглас. Яманако сорвалась с места, подбегая к маленькой сестре, отрывая ту от земли и кружа девочку в воздухе. Её напарник никогда не слышал такого заливистого и искреннего смеха. Сейчас он видел перед собой двух счастливый девочек, двух сестер, нежно любящих друг друга и не видевшихся очень, очень долго. Позади них стояла женщина. Еще не старая, но уже далеко не молодая, и смотрела. Она не бросилась обнимать свою блудную дочь, не лила слез счастья. Она просто стояла и наблюдала. Что творилось в её душе? Нам не известно. Из молчаливого транса её вывел негромкий голос рядом: — Добрый день, мисс Яманако. Очень рад с вами познакомиться. — Думаю, мы уже знакомы, молодой человек. Узумаки оставалось только подивиться тому, как холоден и неприветлив был голос матери его подруги. Хотя, ничего удивительного. Ведь он забрал у нее любимую дочку… — Вы ведь Узумаки Наруто, я не ошибаюсь? – женщина развернулась к юноше и посмотрела на него своими странными глазами. — Нет, вы не ошиблись, это я. — Опасный преступник с дурной наследственностью? — Вы прочитали это в газетах? О, мадам, не верьте всему, что там написано! Это власти хотят выставить нас моральными уродами, чтобы самим выглядеть героями, когда им удастся нас поймать. — Чтож, лучше бы это было так. — Мамочка! – Ино оторвалась от сестренки и, подойдя к матери, крепко её обняла, предварительно забрав у нее пакеты и передав их напарнику, — я так по тебе соскучилась, ты не представляешь… — Я думаю, нам стоит пройти в дом. Акури, идем домой, — позвала девочку мать. — Суровая она у тебя, — тихонько шепнул блондин на ухо девушке. — А ты ожидал, что она кинется на нас с распростертыми объятиями и сразу же примет тебя в нашу семью? — Нет, но… — Молодые люди, вы идете? – послышалось с крыльца. — Да-да, уже идем. В доме ничего не поменялось, не считая мелочей: скатерти на столе, штор на кухне, ковра в комнате… Повсюду игрушки Акури, её куклы, наряженные в одежду, которую им шила Ино, а вон лежит маленький зайчик, тоже сделанный руками старшей сестры. Этот заяц всегда был любимой игрушкой младшей, она очень редко расставалась с ним, и то ненадолго. Вот и сейчас девчушка аккуратно положила сверток на стол и тут же подняла плюшевую игрушку, сажая её в широкий карман на подоле своего платья. Пока Наруто осматривался в комнате и знакомился с младшей Яманако, на кухне старшая дочь и её мама готовили чай и простое угощение к столу. — Я удивлена, что ты решила вернуться в родной дом, — не поворачиваясь к дочери, промолвила женщина. — Я соскучилась по Акури, по тебе… — В это слабо верится, Ино. Если бы мы тебе нужны были, ты бы нас не бросила, — ей показалось, или она услышала детскую обиду в голосе? — Я не могла дольше оставаться в Ровене. Этот город… душит меня похлеще веревки. — Ты так похожа на своего отца, — усмешка в голосе, — его так же «душила» Ровена. Именно поэтому мы сбежали оттуда. — Разве тебе неприятно меня видеть? Ты ничуть по мне не соскучилась? — Конечно я скучала! Но я недовольна той компанией, которую ты себе выбрала. Эти неотесанные преступники… Что будет, если вас все-таки поймают? — Мама, Наруто скорее умрет, чем позволит кому-то обидеть меня. Он хороший, на самом деле… Ответа не последовало. Мать-Яманако молча размешивала сахар в чашках, отстраненно глядя куда-то в окно. Ино вдруг что-то вспомнила, улыбнулась и быстро выбежала из дома. Хлопнула дверь. Женщина стремительно развернулась. Хлопок услышал и Узумаки. Он встревожено посмотрел в сторону кухни, когда к нему подошло маленькое белокурое создание и осторожно подергало его за уголок пиджака. — Мистер, а как вас зовут? Нару изумленно посмотрел в широко распахнутые детские глазенки и тепло улыбнулся. Он любил детей – дети не читают газет, им неважны деньги, они не знают о смерти – то есть, маленьким все равно на его грехи. Юноша присел на корточки и протянул малышке свою широкую ладонь: — Меня зовут Наруто Узумаки. А как зовут Вас, юная леди? — Я – Акури Яманако, — хихикнув, смело отвечала девочка. — Приятно познакомиться, мисс, — скрывая улыбку, мужчина встал и поклонился. К его удивлению, Акури сделала реверанс. Они посмотрели друг другу в глаза… и расхохотались. — Мама, помнишь, когда я была маленькой, мы с тобой часто заходили в одну лавочку… — Ино вернулась на кухню, пряча за спиной небольшой сверток. — Ты про тот ювелирный магазинчик? Помню, как не помнить. — Так вот, у меня есть для тебя небольшой подарок, — сказала девушка, и отдала матери сверток. Та развернула его и замерла в немом восхищении. В простую бумагу были упакованы ожерелье и кольцо с голубыми топазами. Тот самый комплект, о котором всегда мечтала старшая Яманако, но не могла позволить себе такую дорогую вещь. Женщина аккуратно положила сверток на стол, подошла к дочери и, обняв её, тихо заплакала. Конечно же, она переживала за свою старшую дочурку, когда та неожиданно исчезла, скучала, была неприятна удивлена, прочитав о ней в газетах. Она ожидала того, что когда-нибудь Ино вернется, но она определенно не знала, что дочь сделает ей такой поистине дорогой подарок. И его дороговизна была не в цене этого ожерелья, а во внимании. Прошло десять лет, а она запомнила… — Мама… мама, не плачь, иначе я сейчас тоже заплачу… — молоденькая блондинка прижимала к себе самого дорогого на свете человека, и ей очень не хотелось думать о том, что через пару часов им придутся расстаться. Как бы нашим героям не хотелось обратного, но следующие два часа пролетели незаметно. За чаем разговоры лились рекой. Мать сменила гнев на милость и обходилась с Наруто вполне учтиво, и когда они собрались уходить, незаметно отвела его в уголок. — Молодой человек, вынуждена просить у вас прощения. Сегодня я убедилась, что газеты действительно много врут. Вы совсем не похожи на то чудовище, которое там описывают. У меня для вас будет одна небольшая просьба: берегите мою дочь. Она безрассудная и смелая, и это однажды может плохо закончиться. И в скрепление нашего договора я дам вам одну вещицу, — женщина достала из кармана широкий медальон на цепочке, повесила его на шею Узумаки и спрятала его под рубашку. – Я хотела подарить это Ино на день рождения, но мне почему-то кажется, что вам он может пригодиться намного больше. И, не дав юноше вставить и слова, она развернулась и пошла к дочерям. Наруто стоял у машины, несколько отстраненно наблюдая за трогательной сценой семейного прощания. Он на автомате крутил цепочку тяжелого медальона, и размышлял. Только сегодня он понял, насколько ему все надоело. Что он хочет домик, жену и сына, спокойное существование, отсутствие погони. Но в то же время, Нару знал, что пару месяцев такой жизни – и он взвоет от скуки. — Поехали, милый, чего встал? – весело позвала его Ино. С улыбкой посмотрев на свою пассажирку, он сел в машину, завел её и медленно покатил к выезду из Далласа. — Ты какой-то странный сегодня, — девушка прильнула к плечу напарника, — но, в любом случае, спасибо. Спасибо за то, что побыл со мной сегодня. А теперь поехали домой. — А разве у нас есть дом? — У нас есть семья. Встретив удивленный взгляд, Яманако пробормотала: — Ну как же. Ты, я, Дей, Саске. Я даже согласна принять в нашу семью Сакуру, если она отучиться так визжать! А там, где наша семья – там и наш дом, неправда ли? Наруто усмехнулся, но не ответил. Дом встретил их тишиной и темнотой. — Странно. А куда делась вся наша «семья»? – сам себя спросил мужчина, вылезая из машины. – Неужели ушли кутить в местный кабачок? — Не думаю. По-моему, что-то не так. Пара вошла в пустой, как им казалось, дом. Не успели дотянуться до выключателя, как свет зажегся сам. — Ну слава богу, объявились! А я-то уж хотел было начать пытать ваших союзников, — раздался голос из темного угла. В помещении все было перевернуто, Дейдара и Саске сидели, привязанные к стульям, с кляпами во ртах, и оба пытались избавиться от оков. Сакуры нигде не было видно. — Что за… — начал было Наруто, но закончить не успел. — Кисаме, твой выход. Раздался выстрел. В груди Узумаки-младшего фейферком разорвалась боль, поглощая полностью его сознание. Второй выстрел – висок полоснуло болью. Последнее, что услышал Нару – крик Ино: — Наруто!