Never say goodbye

«Где я?», пронеслось у нее в голове. Она стояла в одном из мавзолеев кладбища Сент-Луиса. Царил полумрак, около стены с надгробьями горело пару свечей. Надписи на надгробьях прочитать было трудно: одни закрывал дикий плющ, другие были разрушены временем. Было душно и пахло сыростью. «Сосредоточься, — обратилась она к себе, — нужно вспомнить как ты здесь оказалась». Но ничего не получалось. — А ты действительно темная штучка, Фрэя Майколсон! Забрала у маленькой Давины Клер силы и оставила ее на съедение предкам, не очень красиво с твоей стороны! Этот голос, который похитил ее. Этот голос, который лишил жизни Камиллу и Финна. Этот голос, который она никогда не забудет. Голос Люсьена Касла раздавался по всей гробнице, словно раскаты грома, который не предвещал ничего хорошего. — Этого не может быть! Ты мертв, я видела как твое тело превратилось в пепел! — Говори себе это почаще дорогуша, ведь я никуда не собираюсь уходить, — на его лице заиграла усмешка. Он сделал шаг вперед, а она назад. — Это нереально, я сплю. Это просто ужасный сон, — шептала ведьма. — Ужасный? Подожди еще немного и он станет просто сущим кошмаром, — глаза Люсьена горели яростью, губы расплелись в еще больше улыбке. Он подходил все ближе и с каждым шагом Фрэе все труднее было дышать. Она прижалась к холодной и влажной каменной стене и продолжала шептать. — Это сон, всего лишь сон. Надо только проснуться. Проснись, Фрэя, давай же ПРОСНИСЬ! *** Фрэя так резко подскочила на кровати, что потерялась в ориентации. Все вокруг кружилось, и ведьма с трудном смогла узнать свою комнату. Тяжелые шторы темно-вишневого цвета, будуарный столик с множеством всяких баночек, диванчик с бархатной обивкой под цвет штор, кофейный столик, заваленный старинными книгами, флаконами с различными ингредиентами для заклинаний. «Это был всего лишь сон,» — еще раз сказала себе Майколсон. Она проснулась вся в поту, так что легкая футболка, в которой она спала, противно липла к телу. Девушка медленно встала с кровати и пошла в ванную комнату. Она залезла под душ и просто стояла, позволяя воде смыть все остатки этого кошмара. Надев свежее белье и мягкий кашемировый свитер, Фрэя посмотрела в зеркало. Уставшее лицо, темные круги под глазами. Девушка набрала полную грудь воздуха и в последний раз с полной уверенностью в голосе сказала себе: — Люсьен Касл мертв и больше никогда не вернется. — Ну со второй частью ты погорячилась, милая. По всему телу ведьмы прошлись мурашки. Она медленно вышла в комнату, молясь, что это был плод ее буйного воображения. Но нет, он действительно был здесь, был в ее комнате. Люсьен Касл развалился на ее диване и улыбался во всей рот. — Кажется, мы с тобой не договорили, Фрэя Майколсон.