Слишком

      Негромкому щебетанию птиц и легкому порыву ветра не составило труда сделать пробуждение омежки очень даже сносным, не смотря на его состояние. Тело ломило, пот и смазка стекали ручьями, а внизу живота тугим морским узлом завязалась мучительно тянущая боль. Но единственное, что могло облегчить боль, был запах альфы, витавший в комнате и обволакивающий омегу, как бы держа его в безопасности. И этот запах сводил Хуна с ума. Его омежье нутро кричало, молило об альфе, но Се присекал такие мысли, за что получал от своего тела колющие, тянущие и режущие удары по и так искалеченной душе. Но в мыслях, у себя в голове, Се понимал, что Кай ему нужен, как никто другой, что только Кай избавит его от боли, понял, что он слишком зависим от альфы. Ясно осознавая, что встать у него пока нет сил, Се решил еще немного подремать. Он незамедлительно провалился в царство морфея.

« Как прекрасен мир во снах, от таинственных глубин океанов до сверкающих звезд в небесах».       Но как же это было ошибочно. В агонии омеге не снились звезды, дальние чудные страны и прочие радости жизни, ему приснилось его прошлое, которое не хотелось даже вспоминать, оно терзало и рвало на куски мысли, душу и плоть. Блондин не мог забыть все те издевательства его «жениха» над собой. Он помнил все, каждую деталь, каждый удар и каждую зарождающуюся частичку ненависти к этому человеку. Но все так красиво начиналось, он был галантен, опрятен и красив, чего еще желать можно было? Но сказка закончилась, когда его наедине оставили с альфой, и тот прекрасно дал понять, что все представление, разыгранное перед стаей, будет происходить лишь за пределами дома. Альфа был необузданным зверем. Он попытался пометить Се, но тот брыкнул ногой и разбил нос наглецу, за что получил первый в жизни удар, но что было больнее физической боли? Моральная. Ему не поверил никто… Все говорили, что Хун маленький и неопытный омега, который не понимает тонкостей жизни. После этого он начал планировать побег. Вот, он бежит по лесу, теряет сознание…       Се проснулся в ужасном поту, ему было страшно, страшно, что его найдут и заберут от Кая, от дома. В комнату забежал Кай, потому что услышал, что омежка уже бодрвствует. У Хуна началось помутнение рассудка, он понимал, что нельзя просить Кая помочь ему, но тело требовало. Альфа медленно, шажок за шажком двигался в сторону омежки, запах манил и пробуждал в недрах Кая забытые чувства: страсти, желания, отчуждения от остального мира. И тут уже не сдержался Се, он тихо простонал, что было больше похоже на скулеж.        Кай сорвался. Он подлетел к омеге и резко уложил его спиной на кровать, он видел во взгляде истинного страх, желание и мольбу о продолжении. Это было сигналом. Кай прикоснулся к столь желанным губам и стал нежно целовать блондина. Поцелуй от нежного и мягкого переходил в страстный и животный. Парни упивались этим, но нехватка кислорода заставила их прекратить. Альфа целовал шею, ключицы, спускаясь с каждым разом ниже. Он дошел до груди омеги и стал медленно ласкать его, то прикусывая, то зализывая место укуса, играть с двумя бусинками на груди Се. Дальше поцелуи увенчали живот и начали спускаться ниже. Парень стянул штаны с партнера. И теперь омега предстала перед ним во всей красе: волосы разметались по подушке, глаза были приоткрыты и наблюдали за альфой, грудь вздымалась и резко опускалась. Чтобы подразнить омегу, Кай провел одной рукой по возбужденному органу омеги несколько раз, а палец второй руки ввел в истекающую смазкой дырочку омежки. Сехун выгнулся до хруста в спине и громко застонал, давая понять, что Кай должен продолжить. Альфа вставил в нутро омеги еще два пальца, растягивая того и гладя ,поглаживая омежкину плоть. Когда альфа понял, что Се готов, он резко вошел в него, дожидаясь знака Хуна. Но блондин не мог и пискнуть, адская боль пронзила тело, он попытался выпутаться из обьятий Кая, но тот держал Се. Альфа медленно двинулся и попал по простате, из-за чего омега громко застонал и подался навстречу Каю бедрами. Толчки альфы набирали обороты, то они были медленные, то они были быстрые и грубые… Он выходил полностью и тут же резко входил, задевая комок нервов, отчего омеге хотелось взвыть от удовольствия. Это удовольствие продолжался довольно долго. Почувствовав, что скоро разрядка, Кай начал двигаться быстрее… Омега, вскрикнув, кончил, пачкая свой живот и живот Кая. Альфа сделал еще два глубоких толчка и излился в омегу. Узел стал набухать, но Кай безусловно не собирался выходить, он хотел сделать омегу навсегда своим, и в порыве очередной страсти он укусил омегу за загривок, оставляя свою метку, свой запах и самого себя одной маленькой и хрупенькой омеге.        После недели секс- марфона Се не забыл отблагодарить альфу. Ну как отблагодарить… — Кай, я хотел сказать спасибо, — мило улыбаясь, подошел Хун. — Спасибо за то, что не предупредил, что поставишь метку, — резкий удар и Кай пошатнулся. -Спасибо за то, что в свои 17 я уже беру ответственность за новую жизнь, — на сей раз удар пришелся в точности между ног альфы, тот взвыл. — Эй, Хун, потише, а то в течку останешься без альфы с такими темпами, — хохотнув, сказал Кай, поглаживая место удара. — Ну что за альфа мне достался… Слишком -Нет, Хун, ты слишком, — обняв, омегу пролепетал Кай, — слишком вредный. По дому разнесся дикий хохот альфы и топот двух человек, один из которых клялся сделать альфу омегой.