Коготь Правосудия

“Соберись, солдат, за твоими плечами - Братство” - Эй, рыцарь Сван! По левому борту супермутанты, пулемет заряжен если что! Глория стряхнула с себя оцепенение, в котором она пребывала с самого момента погрузки в винтокрыл. Было сложно принять, переварить то, что произошло какие - то полчаса назад там, у бункера. Лазерный пистолет в трясущихся руках пищал сигналом низкого заряда картриджа. Выстреляла всю обойму. - Кстати, рыцарь, я наверное скоро табличку здесь повешу: “При входе в винтокрыл вытирайте ноги. Лансер вам не уборщица каждый день кровь , слизь и кишки с пола оттирать” - обиженно вещал рыжий пилот. Рыцарь Сван покосилась на свои ботинки - да, заляпаны кровью. Ярко-красной, и, полчаса назад, еще теплой. - Каллахан, заткнись пожалуйста, и без тебя тошно - процедила она сквозь зубы - Тошнить отставить! У меня пакетиков нет если что! Темная туша Придвена надвигалась неумолимо, как и грядущий разговор. Подумать только - еще полчаса назад она с нетерпением ждала этого разговора. Вдохновленная правильностью своего деяния, полная гордости за себя, она была готова не только предстать перед Мэксоном для “серьезного разговора”, нет - она готова была лично дать ему в морду и потом разгребать последствия, если уж так надо. Но не сейчас. Руки тряслись, сердце колотилось где-то в горле, на глаза предательски наворачивались слезы. Она запрокинула голову, чтобы не распустить сопли и проморгаться. Этого еще не хватало. Он ведь почти никогда не вылезал из силовой брони... Рыцарь снова и снова проговаривала про себя возможные фразы для разговора. Ничего не складывалось. Сейчас бы пачку виноградных ментатов и бутылку водки… Из пришвартовавшегося винтокрыла она вышла почти на автопилоте, и обреченно побрела в сторону командной палубы. -------- Мэксон вышагивал по мостику как тигр по клетке. - Приветствую, рыцарь, - сказал он останавливаясь и приосаниваясь, - Этот разговор будет официально самым последним разговором об этом... - Он мертв - просипела Глория Голос внезапно превратился в сипение и верхняя губа прилипла к зубам. - Да, для Братства он мертв. Его имя забыто, его тело кремировано и развеяно по ветру. Закрываем тему. Несмотря на твою слабость в выполнении этого задания… - Нет, вы не понимаете, Старейшина. Он совсем мертв. Его разорвал коготь смерти пять минут после того, как вы нас покинули. Мэксон удивленно покосился на нее и нахмурил брови. - Я понимаю вашу стратегию, рыцарь, и вижу чего вы пытаетесь достигнуть. Это глупо и необязательно. Данса не будут преследовать и мне все равно где он, его жизнь в безопасности пока он не показывается на глаза Братству. Мое слово. Это будет сложно. Хотелось то ли плакать то ли смеяться. Да, там, у бункера события получили абсолютно неожиданный поворот. “Ты ради меня утерла нос самому Мэксону, я этого никогда не забуду” - сказал паладин Данс тогда, глядя на ученицу с гордостью, благодарностью, и чем-то еще, что наверное не совсем вписывалось в кодекс поведения Братства. “РРРЫАААРГХ!!” - вторил ему зверский рев, и в ту же секунду между ними выскочил здоровенный Коготь Смерти. Глорию откинуло назад, она перекатилась в сторону и, машинально заняв позицию в дверном проеме, принялась палить-палить-палить в сторону когтистой туши, нависшей над паладином. “Сражения с Когтями Смерти очень вредны для твоего здоровья и общей продолжительности жизни, солдат”. Было поздно. Она склонилась над окровавленным телом напарника лишь чтобы понять, что никакой стимпак там уже не поможет. Ради жизни Данса она вступила в схватку с Мэксоном и с Когтем смерти. Бросила вызов хладнокровной зверюге и ,ну, мутировавшему хамелеону. И все равно не смогла спасти эту жизнь. И теперь… Нет было понятно, в чем ее подозревает Старейшина. В том, что, собственно, она и собиралась сделать с самого начала. Она набрала в легкие воздух и постаралась отчеканить как можно более харизматично: - Я вам когда-нибудь врала, Старейшина? - Нет, но ты также никогда раньше не пыталась выторговать у меня никчемную жизнь треклятого отродья Института. Я был готов к любой лжи. Ты меня разочаровываешь, рыцарь. А я ведь только собирался за все прошлые заслуги и уважение к боевым товарищам повысить тебя... Глория громко скрипнула зубами. - Старейшина, я вам не вру. Я не знаю, как доказать вам что паладин Данс совсем мертв, и что его приговор был приведен в исполнение не мной, не Вами, и даже не им самим, а безмозглой тварью с острыми когтями. Простите что там, у бункера, мне было не до отрезания его головы и выпиливания подносика, на котором я бы вам принесла эту голову, чтобы вы мне поверили. Мэксон замолчал на какое-то время, буравя рыцаря Сван своим твердокаменным взглядом. - Хорошо. Я дам тебе еще один шанс, рыцарь. Собираемся, летим к бункеру. Покажи мне труп. Час от часу не легче. Точнее - легче в том плане, что ей был дан шанс. Сложнее в плане того, что лететь на локацию, где только что убили твоего самого стальнояйцевого друга, и снова видеть его изуродованный труп, пока вокруг тебя скорее всего блуждает еще три-два -пять когтей смерти и один Мэксон, - ну не самое приятное времяпровождение, как ни крути. Короче, без силовой брони в тот квадрат лучше не соваться. ------ “Лансер, почему у приписанного к тебе винтокрыла пол в крови извозган? Шагом марш за тряпкой, и как закончишь уборку - два наряда вне очереди драить общую палубу Придвена” - гремел зычный голос капитана Келлса над вжимающим голову в плечи Каллаханом. Мысли пилота были по большей части нецензурны. Нет, ну почему всегда он? Вот вчера подменял лансера Диргана, пока тот болел животом после очередного шедевра местного кока. Получил замечание за то, что салон воняет блевотиной - а что делать, если Дирган водит винтокрыл как дрова возит, а у рыцаря Фитца слабый желудок? Его усыпанные веснушками уши пылали от несправедливости, а глаза бегали, ища возможности сбежать от незаслуженного наказания. “Капитан Келлс, где все винтокрылы? Только один? Я давал приказ - чтобы на дежурстве всегда были как минимум два, на случай экстренных вылетов” - громыхнул рядом еще один голос, и капитан Келлс вытянулся по струнке, салютуя Старейшине. “Мой винтокрыл готов к вылету, сэр! Машина в прекрасном техническом состоянии, и пулемет заряжен, сэр!” - Каллахан чуть не врезал самому себе под дых, отдавая салют Старейшине, и одновременно пытаясь щелкнуть каблуками сапогов. “Вольно, пилот” - одобрительно кивнул Старейшина Уже погружаясь в винтокрыл, Мэксон обернулся ко все еще стоящему по стойке смирно Келлсу. “Лансера - наградить как вернемся, а тебе - выговор за недостаточную готовность летного состава”. ------ Когда они прибыли к бункеру, красно-бурое пятно на траве у входа было все еще на месте. Черновато-бурое пятно и немного выжженной земли на месте трупа когтя смерти чуть в отдалении - тоже. Только вот ни одного трупа там и в помине не было. - Наверное здесь рядом еще один коготь, или несколько, - поежилась Глория, - лучше нам отсюда убраться. - Отставить убраться. Будем прочесывать квадрат. Скорее всего найдем или останки, или гнездо, или все сразу. Рыцарю оставалось только поежиться и послушно опустить шлем силовой брони. Час от часу не легче. Все сразу? Замечательно. ------- К сожалению, а может быть к счастью, часовое прочесывание окрестных оврагов и пристрастный допрос жителей близлежащей фермы не привели ни к чему, кроме пополнения лексикона рыцаря Глории несколькими заковыристыми словесными конструкциями, которые означали, что Старейшина в шутки не играет. Самым крупным зверем, которого они встретили по пути был один-единственный двухголовый олень, который был с досады застрелен на мясо и сувениры. Ни с чем и с двумя парами рогов направлялись они обратно к бункеру. - Знаешь, рыцарь, ты пока что не давала мне ни одного повода усомниться в твоей верности, и дыру в старшем командном составе надо кем-то заткнуть. Поэтому я решил, что ты все равно заслуживаешь повышения в звании - устало проговорил Старейшина. - Кто-я? - опешила Глория. - Ну не коготь смерти же! Что за… Они вышли на поляну, где стоял ожидающий их возвращения винтокрыл. Машина все еще была там, но из кабины свисало окровавленное тело пилота, а сгорбившийся рядом четырехметровый матерый коготь смерти увлеченно ковырял его оторванную вместе со шлемом голову. Чисто машинально рыцарь вскинула карабин и издала предупредительный выстрел в голову зверя. “Ррыаргх?” - вопросительно рыкнула зверюга, переставая ковырять когтем содержимое шлема, и на всякий случай попятилась. Мэксон грозно выступил вперед, давая знак прекратить стрельбу. Коготь Смерти снова попятился и потянулся лапой к кабине винтокрыла, как будто раздумывая а не стоит ли просто забрать еду с собой и поужинать где-нибудь в более спокойном месте. - Слушай ты, хамелеон переросток, я тебе сейчас самому башку оторву и в задницу засуну! Это было не только начало грозной тирады, которую начал изрыгать Старейшина Братства Стали, но и единственная печатная ее часть. Глория всегда восхищалась виртуозной легкости, с которой Мэксон умел складывать четырехэтажные матерные конструкции. Когда словесная канонада умолкла в вечернем воздухе, зверюга обиженно рыкнула еще раз, сгребла останки пилота в охапку и ретировалась в близлежащие заросли. В этом - весь Мэксон. Наверняка и тот коготь смерти, о котором ходили байки на Придвене, точно так же позорно сбежал, не выдержав громогласности лексикона и оглушительного звона железных яиц Старейшины. - Слушай мою команду, паладин. Квадрат закидать мини-нюками и на всякий случай выжечь напалмом. Выпиши у проктора Тигана ядерный миномет, скажи я приказал. Старейшина направился в сторону еще более угвозданного кровью винтокрыла, но вдруг остановился и озадаченно почесал бороду. - Паладин Сван, а ты винтокрыл водить умеешь?