Не могу заснуть.

POV Арсений

— П-привет. — Здравствуй, Арс. Я нервно сглотнул. В голове мешались неприятные и волнующие мысли. Как мне показалось в тот момент, то, что я делаю, непродуманно и несуразно с моей стороны. Да и не только тогда. Всю жизнь. — Прости, что так внезапно, да и давно мы с тобой не разговаривали и не пересекались. Как там у те… — Ближе к делу. Ох, если бы я мог отмотать время назад…. на пятнадцать лет назад. — Можно ли к тебе заехать. Я произнес это быстро и четко на столько, что фраза, сказанная мною, прозвучала без вопросительной интонации. Зачем я появился на этот свет? Хотя какой свет: тьма тьмущая. Лучше бы я остался никому не известной душой на небесах, чем на протяжении стольких лет чувствовать себя никому не нужным. Одиноким. Ничтожным. Вы думаете, если какой-то человек — известная личность, которая улыбается на камеру, передает приветы своим фанатам, благодарит их, шутит, является беззаботным счастливым человеком, то вы ошибаетесь. Такого не бывает. Это ложь. Обман. Мы обычные люди. У нас такие же проблемы, как и у вас: работа, семья, деньги. Любовь. Поэтому, когда вы кого-то боготворите и хотите быть на его месте, задумайтесь: может его проблемы серьезнее ваших. Будьте собой и цените то, что имеете. Я так вник в свой внутренний монолог, что не расслышал ответ. — Прости, связь плохая, не мог бы повт… Меня прервали. Снова. — Можно говорю. И опять нависло молчание. — Тогда буду через час. Хорошо? — Всё равно. И он повесил трубку. Разговор оставил неприятные ощущения. Не помню его таким прямолинейным и грубым. Не теряя времени, я быстро покинул отель.

POV Антон.

Слава Богу, я вышел из метро на свежий воздух. Наслаждаться этим у меня не было времени, поэтому я вновь уткнулся в треснутый экран и продолжил следовать проложенному пути в навигаторе. Тогда в отеле я мало-помалу успокоился. Слезы будто унесли то, что накопилось во мне за весь день. И принесли идею, как найти Арса. Я позвонил своему знакомому-хакеру. Не буду скрывать: часто к нему за помощью обращался. Надо уже как-нибудь и отблагодарить, в конце концов. По номеру, можно так сказать, «виновника торжества», он отследил Арсения и послал мне данные на телефон. Остальное зависело только от меня. «Двести метров до заданной цели». Я продолжал идти не отвлекаясь ни на что. «Сто пятьдесят метров». — Ааааа, Антон! Можно с вами сфотографироваться?! — Нет, девочки, я спешу. «Пятьдесят метров». Мое сердце заколотилось сильнее. «Пять метров». Я приостановился. Мне осталось всего лишь повернуть за угол многоэтажки, и…и всё. Наконец-таки встречусь с ним и поговорю. Но… — Влад, ты еще что-то чувствуешь ко мне? …я услышал голос Арса. — Выбей из себя эту гейскую дурь, Попов. Как я ни пытался, этот голос я узнать не смог. Обладателя такого баса я бы точно запомнил. И «гейская дурь»? Неужели… — Влад, прости меня, пожалуйста. Прошу, прошу. Мы можем начать всё заново. Просто… — Просто что? Просто ты меня использовал, да?! Он перешел на крик. Я уже хотел вмешаться, но инстинкт самосохранения сказал оставаться незамеченным. И я, как последний трус, остался. — Знаешь, Попов. Не буду вторгаться в подробности прошлого. Главное- настоящее. А в настоящем у меня сын и беременная жена. Поэтому, я советую тебе тихо уйти отсюда или же я сам с тобой разберусь. Забудь обо мне, об институте, и… Голос замолк на некоторое время. -…и о наших с тобой «развлечениях». Дверь подъезда с громким стуком захлопнулась. Разговор окончился. Я не мог поверить услышанному. «Арс…нетрадиционной ориентации». «Гейская дурь». Эти слова шумом отдавались у меня в голове. «Мне дается такой шанс. Нашелся тот, кто полюбил меня. И я хотел, чтобы это был он. Сеня.» «Ну, что же, Антон», -говорил мне мой внутренний голос, — «твоя мечта исполнилась. А дальше то, что? Ты полюбишь его в ответ? Будешь с ним встречаться и держаться за ручки? Нет, Шастун, этого не будет. Ведь ты — отброс общества. Ты один из них. Такие люди как ты, НЕ должны существовать в общем. А еще ты трус, Антон. Трус. Тебе двадцать пять лет, и боишься рассказать своей „мамочке“, почему у ее сынишки в таком возрасте нет девушки.». Я еще больше возненавидел себя и свой внутренний голос, который каждый день мучил и обезнадеживал меня. -Антон… Я не услышал шаги Арсения. По его щекам текли слезы. — Нет, нет, нет…ты не должен был это видеть и слышать. Антон, все не так, как ты подумал, послушай, я-я… Он посмотрел мне прямо в глаза, надеясь на то, что я его остановлю. Но, нет, друг мой. Продолжай. — Я тебя люблю, Антон. Поэтому ты не должен был видеть того, что сейчас произошло. Просто… Арсений закусил нижнюю губу. — Просто я уже настолько отчаялся, и я надеялся на то, что хоть кому-то я не безразличен. И пошел к нему. Он указал на дверь, в которую недавно зашел Влад. — Поэтому, Антон, скажи что я тебе тоже не безразличен. Прошу, Антон. Он упал на колени. Боже… — Нет, Сень. Ты мне не безразличен. Но только как друг. Мы не можем быть вместе, понимаешь?! Не можем! Как бы я этого не хотел, как бы ты меня не умолял… Арс, я не могу. Мне еще никого не было так жалко, как Сеню. Я чувствовал себя виноватым и решил сделать всё, что в моих силах. Подняв Арса, я вытер его слезы с щек и крепко-крепко обнял. Настолько чувственно, насколько у меня получалось. — Прости меня, — прошептал я, — прости меня за то, что я такой. Господи, как же это трудно сказать…прости меня, но я асексуал.