"Знаешь, а ведь здесь больше нет войны..."

-Маркус… Ты с ума сошёл?! Нас же могут увидеть! Черноволосый юноша усмехнулся, гладя хрупкого подростка по голове. Какой же Стив всё-таки ребёнок. Даже странно, что такого, как он, завербовали в армию. Впрочем, после того как Маркус увидел десятилетнюю девочку-пилота, он вообще ничему не удивлялся. -Твою мать, Стив… Нас завтра могут вообще пристрелить! -Но… мы… — с губ паренька сорвался короткий стон, когда руки Маркуса забрались под футболку. -Расслабься ты, — буркнул черноволосый юноша, продолжая стягивать с подростка одежду. Как будто в первый раз, ей-богу. -Но… нам лучше выспаться. Завтра в бой, и всё такое… — предпринял последнюю попытку вырваться, после чего обречённо выдохнул. Но тут уже Маркус тяжело вздохнул: -Ну что же ты такой застенчивый, Стив? Подойди сюда, — юноша мягко поцеловал младшего в висок, словно пытаясь успокоить, — В конце-то концов, если ты не хочешь, я тебя не буду насиловать… Я же как лучше хотел. Думал, ты хотя бы сможешь заснуть потом, а не будешь всю ночь трястись. Стивен прижался к любимому, всё ещё дрожа. Что он мог сказать? -Не бойся ты. Видел я этих инопланетных тварей. Дохнут на раз-два, главное – в голову целить. Они от людей мало чем отличаются, поверь. Даже кровь у них тоже красная. Стив сжался в трясущийся комочек: -Не хочу сражаться. Маркус сочувственно погладил мальчика по плечу: -Знаю. Сам такой был. Ничего, через пару-другую битв пройдёшь – уже не так жутко будет… -Но ведь они могут меня убить, — робко произнёс Стив. Маркус посмотрел на мальчика почти со злобой: -Не думай об этом. Понял?! – после чего немного грубо поцеловал возлюбленного в губы. Он просто не умел иначе. Стивен чуть слышно пролепетал, отрываясь от его губ: -Послушай… может, всё-таки потом?.. -Мать твою, Стив, я хочу, чтобы ты успокоился! И перестал так бояться… — Маркус с болью во взгляде посмотрел на мальчика. Раньше, пока его аэромобиль не разбился, Стив был одним из вольных пилотов, из тех, что вывозят гражданских из зоны военного конфликта и помогают тем добраться до Пристанища. Но после того как произошла авария, чудом выжившего пилота не отправили на относительно мирные работы, а швырнули на передовую. -Ну чего ты так боишься?! Можно подумать, раньше у тебя работка была спокойнее. Скажешь, не было мгновений, когда ты смотрел смерти прямо в глаза? Не смеши. Меня самого на пилота учили. Знаю, как это тяжело. Стивен горько усмехнулся: -Одно дело – заглянуть в глаза смерти на пару секунд. И другое – балансировать на грани постоянно. Смысл вообще в этой войне? Они сильнее нас. И мы ничего о них не знаем. Вряд ли мы сможем победить. Да и никто ведь не рассчитывает, что мы победим. Мы ведь просто средство, да? Средство, с помощью которого можно удержать их на время. А потом они пройдут дальше, перешагнув через наши трупы. Маркус поёжился, но предпочёл отвести взгляд и промолчать. Странный всё-таки этот паренёк. Всегда прямым текстом говорит то, что думает. Впрочем, мало кто из солдат считает иначе. Раньше все надеялись на победу. Теперь просто пытаются отсрочить свою гибель… -Я не хочу умирать, — чуть слышно пролепетал мальчик, прижимаясь к возлюбленному. -И не умрёшь, — Маркус улыбнулся и посмотрел вдаль, на расстилающуюся за лагерем тёмную равнину, — Мы будем жить, слышишь? И когда-нибудь вернёмся домой победителями. И ещё будем рассказывать всем, как боялись идти в бой. И расскажем, как в конце концов победили. У нас будет свой дом, и, может, нам дадут ребёнка на воспитание… сейчас ведь так много детей осталось сиротами. Мы будем счастливы, вот увидишь! Мы все. И я, и ты, и все остальные! Маркус продолжал говорить. Стивен слушал его, не перебивая. И оба понимали, что то, о чём они говорят, навсегда останется несбыточной мечтой… Стоявшая чуть в стороне девушка по имени Анна Савронская покачала головой. Даже жаль было этих двоих. Хорошо, что они не видят её. И надо бы вроде сказать им, что не положено шляться по лагерю после отбоя… да вот только все люди. И Анна понимала, как горько может быть тому, кто боится потерять. Развернувшись, она скрылась в палатке. -Справа, твою мать! Справа заходи!!! – как безумный, орал сквозь грохот взрывов и выстрелов Маркус и тут же пригибался, дабы не попасть под обстрел. Рядом уже лежала едва живая Сьюзен – пуля пробила ей лёгкое, и она постепенно начинала задыхаться. Если бы можно было помочь… Но нет. Никаких сил не хватит… Чуть в стороне послышался предупреждающий вскрик Анны, и вверх взметнулась волна горячей пыли. -Мать твою! – выругался Маркус, пытаясь найти в хаосе битвы Стивена. Всё лицо покрывала копоть. Вдобавок, из пореза на руке, оставленного осколком бомбы, сочилась кровь. Наконец, юноша увидел Стивена – впереди, чуть левее баррикады. Он рванулся было вперёд, но тут послышался грохот. Точно во сне, юноша наблюдал, как всё тонет в белой вспышке взрыва. В следующий миг что-то ударило по голове, и наступила темнота. Маркус с трудом открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Из мрака выплыло серовато-бледное, странно болезненное лицо Анны. -Живой? – чуть слышно просипела она. Маркус, кивнув, сел и вздрогнул, поняв, что вместо левой ноги у девушки – жуткого вида окровавленный обрубок, наспех замотанный какими-то тряпками. Маркус смутно ощутил, что всё его лицо в чём-то противно тёплом и липком. Увидев у себя на руке странные кровавые ошмётки, он в ужасе стряхнул с себя остатки чужого тела. -Что… что… — как будто сумасшедший, повторял он. -Они сбросили бомбу и отступили. Почти десяток наших убило сходу, ну и остальных, как меня, по мелочи зацепило. Маркус уставился на обрубок ноги. Это она называет «по мелочи зацепило»?! -Стив… где… — у юноши словно отнялась способность говорить связно. Но Анна поняла его и грустно усмехнулась: -Нет его. -В смысле… Не… Он… — голова загудела. Перед глазами всё поплыло. -Он в эпицентр взрыва попал. Повезло ему. Не мучился. С одного удара – и… всё. Жаль. Неплохой он парень был… Тело на поле боя оставили. Да там и хоронить особо было бы нечего… — словно извиняясь, проговорила Анна, — Если бы я чуть ближе была, тоже бы накрыло… «Был?..» Маркус готов был потерять сознание. Так странно. -Нам остаётся только помолиться за то, чтобы в следующей жизни ему было даровано Совершенство, — грустно произнесла девушка. «Почему?.. Почему мы должны молиться каким-то чёртовым бессмертным, чтобы они смилостивились и посмотрели на нас?! Ненавижу… ненавижу!» -Молись. Я не стану. Лучше сдохнуть, чем стать Совершенным. Анна вздрогнула, но ничего не сказала. Больно… я уже умер?.. Так странно. Помню этот выстрел. Значит, вот каково это – умирать?.. Короткое прикосновение к руке. Знакомая улыбка на бледных губах: -Маркус, знаешь, а ведь здесь больше нет войны. -Знаю, Стив. Знаю.