Scrappy Fragments: Civil War

Первое время Сэм искренне пытается определить, что бесит его сильнее: музыкальные вкусы Кэпа или внезапная словоохотливость Барнса. — Знаешь, я понял, — доносится с заднего сиденья, и он с досадой вздыхает. — Ты сидишь спереди, чтобы засветиться на максимальном количестве камер. В четкой тачке. — Если хоть кому-то во всем мире все еще есть до этого дело… — Мы же все помним, что это краденая машина? Стив кашляет. Сэм закатывает глаза. — Нет, серьезно, Стив, у кого ты ее одолжил? Пожилая, но еще вполне себе бойкая леди? Или ее почтенный супруг? Достаточно слепой, чтобы не заметить, как Капитан Америка ворует у него машину. Сэм не выдерживает и усмехается. Стив бросает на него взгляд, в котором ясно читается, что уж от него-то он такого предательства не ожидал. Приходится пожать плечами, красноречиво намекая, что даже слушать попытки Барнса компенсировать годы без возможности проявить навыки сарказма — и то приятнее, чем радио. — Это меня сейчас не очень волнует, — Стив пытается закрыть вопрос, но с радио ничего не делает, так что Сэм решает перехватить инициативу. — Тебя — нет. А вот Фрау будет переживать, искать раритетный транспорт и обратится в полицию. Они быстренько посмотрят снимки с камер… — Никто никогда не будет этим заниматься! — И вот ваши лица на первой полосе всех местных газет! — заканчивает Барнс. — Прямо рядом с тобой, — не удерживается Сэм. — Ну нет, чтобы перебить мою известность, нужно постараться получше, — Сэм понятия не имеет, откуда у него берутся моральные силы шутить по этому поводу. Все-таки в скупых рассказах про боевого товарища Кэп на фоне всех «умер за своих», «был очень хорошим человеком», «заслужил лучшее» как-то упустил момент про то, что он «тот еще засранец» и «вполне себе ничего». Последняя мысль возникала все чаще, так что приходилось гнать ее от себя поганой метлой. — Я обещал тебе будущее, Стив. Поверить не могу, что именно так ты себе его представляешь. Крошечная консервная банка посреди века высоких технологий. Краем глаза Сэм замечает, как Кэп вдруг вцепляется в руль. Аж костяшки пальцев белеют. Заметит ли это Барнс? Обратит внимание, как сильно их могучего Капитана выбивает из колеи мимоходом оброненная им фраза? Такая ерунда. Он всего лишь помнит обещание, которое дал Стиву семьдесят лет назад. Несколько мгновений Стив сидит каменным изваянием себе самому, затем глубоко вздыхает и делает радио еще громче. Видимо, пытается заглушить мысли, которые давно не дают покоя. Ну, все. — Так! — Барнс все-таки решает не заострять внимание на трагичности момента и произносит фразу, за которую Сэм готов начать с ним обниматься. — Стив, это не музыка, а какой-то раритетный кошмар. Или ты сейчас же ее вырубишь, или я лично выдеру чертово радио с корнем и кому-нибудь его скормлю. Я могу, ты знаешь. Кэп закатывает глаза, но радио все-таки отключает. Сэм с готовностью погружается в долгожданную тишину. Барнс — вполне себе ничего. Можно признать это, только вслух произносить нельзя.