Крепкий орешек

Что делать, когда дорогой сердцу человек в твоих руках превратился в бездушную машину для убийств? Что делать, когда всё, что ты знал о человеке, казалось хорошим, а новые факты лишь путают всё в твоей голове, и ты не знаешь, что тебе остаётся: обезвредить опасного ассасина или спасти любимую? Да, именно любимой, как Грэйсон осознал только сейчас.       Эти белоснежные волосы на глазах окрасились в насыщенный, как та ночь, как крыло ворона, кружащего уже который час над ними, чёрный цвет. Тело приняло неестественную, непривычную глазу позу.            Солдат — вот что ворвалось в разум. Парень чётко видел перед собой человека без собственного сознания, а главное, без души. Эти некогда красивые глаза теперь красные, как её костюм, цвета алой крови, тонкой струйкой стекавшей из уголковрта, головы, ушей, рук. В ней самой не осталось живого места. Костюм, который по предназначению должен был скрывать тело девушки, сейчас был похож на кусок тряпки, оголяя повреждённые участки кожи. Дик часто мог наблюдать, как люди истекают кровью — тот отчётливый запах, что мог неделями оставаться в ноздрях. Но сейчас, когда перед ним две сущности — человек, который ему небезразличен, и… он даже не понимал, кто перед ним, что это такое. — Объект «15» готов к выполнению указаний. Эти слова резали слух. «Объект». Она была объектом. Даже не солдатом, не ассасином, она была опытом, точнее, крысой. Рой мыслей взрывал голову: что теперь делать, как помочь? Вся команда была напряжена, все были готовы сорваться с места, чтобы забрать это неподвижное тело и скрыться. Особенно Дик. Ему было плевать, что происходит вокруг, его волновали только Сэм и её безопасность. Талия медленно подходит к Сэм, убирая пропитанные кровью локоны чёрных волос, которые непривычно, но так правильно обрамляли её лицо. Хищная улыбка озарила лицо женщины, взгляд победителя устремился прямо в лицо Тёмному Рыцарю. — Ну что, мышонок, нравится вам ТАКАЯ ваша подруга? — последнее слово было произнесено с диким саркастическим упрёком.— Вы все не знаете о ней ничего, а то, что знаете, — это всего лишь фальшь, которую она вам позволила узнать. Вы все настолько сердобольны, что никогда не видите перед собой потенциального врага. Вы пытаетесь спасти то, от чего нужно спасаться. — Что ты имеешь в виду? — Дик не выдержал молчания, ему осточертели эти многословные тирады. — Ох, Птенчик, тебе ведь не всё равно на мою игрушку? Я права?! — Эта игривая нотка, слышавшаяся в её голосе, настолько бесила, что хотелось немедленно вырвать её голосовые связки. — Ты не ответила на вопрос, Аль-Гул! — В разговор вмешался Красный Колпак. Все знают, что это самый нетерпеливый персонаж, который, если задаёт вопросы, привык, чтобы на них отвечали, а если нет… Вопрос остаётся висеть эхом в тёмных переулках Готэма с запахом металла. — Я не люблю, когда со мной разговаривают в таком тоне, щенок! — Женщина явно была в бешенстве, ведь с ней никогда не разговаривали подобным образом. Эта женщина была одним из предводителей самой опасной, самой древней, самой неожиданной и кровавой группировки. — Вы все поплатитесь за содеянное, вы не имели права брать то, что принадлежит Лиге. Самия, — Талия наклонилась к уху девушки, но сказала шёпотом так, что слышали все, — Семья. Это слово стало последним ключом, чтобы оживить бездушную машину, заморозить душу и сердце, запереть настоящую Сэм в самом дальнем углу сознания и больше никогда не выпускать. Ассасин налетел на Колпака подобно лавине, слетевшей с вершин заснеженных гор, такой же грозный и неотвратимый. Казалось, что он вот-вот сметёт героя своей небольшой, но приличной массой, раздавит и погребёт под собой. Не верилось, ведь Сэм была миниатюрной девушкой, но то, что было сейчас перед глазами команды, представляло обратное. Безжалостность, с которой она наносила удары, была поразительной. Точность, ловкость и безжалостность… Но время шло, бой продолжался. Подобно умелому сноубордисту, в последний момент ускользающему от несущейся следом стихии, Колпак уходил от града сыплющихся ударов, успевая при этом в ответ наносить свои. Пусть они и не были очень сильными, так как в голове он всё же помнил, кто перед ним, зато попадали по весьма болезненным местам. Постепенно это снижало его подвижность и приводило в несусветное бешенство. А он всё кружил, кружил, будто выполняя странные па какого-то экзотического танца. — Бэтмен, мы должны что-нибудь предпринять! Нельзя же просто так стоять и смотреть на всё это, — голос Бэтгёрл раздался в наушнике. Бэтмен, кажется, впал в транс. Он никогда не видел подобного. Нет, видел, конечно, как людей вводили в гипноз, как Затанна или Марсианин, но подобного — нет. — Найтвинг! Почему ты молчишь? — Красный Робин так же не смог долго быть в стороне. Сэм не была ему особо близка, они почти не разговаривали, но чем-то она была близка по духу. — Сэм! — Дик пытался окликнуть девушку. Снова и снова, срывая голос. Ноль внимания. — Твои крики не особо помогают, братец, — Колпак, уже изрядно уставший от этой потасовки, постепенно начал сдавать позиции, пропуская удары. — Может, поможешь уже? — Сэм! Очнись! — Крик Дика Грейсона сорвался с губ, но ответа не последовало. Бэтгёрл, чьи слова впервые были проигнорированы, почувствовала, как холодок пробежал по спине. Лига Теней, обычно действующая с почтительной дистанцией, сейчас демонстрировала невиданную дерзость, проникая в самые сердца их убежищ. А эта новая, неизвестная им тень, обладавшая силой сломить волю даже самых стойких, была куда более пугающей. «Что это, черт возьми, такое?» — подумал Бэтмен, чувствуя, как в его сознании проносятся образы всех известных ему видов ментального воздействия, и ни один не подходил. Драка остановилась, тело немного замешкалось, не понимая, кто её зовёт. Воспользовавшись замешательством, Колпак откинул от себя девушку на приличное расстояние. Девушка приземлилась на переломанные рёбра, издав тихий то ли рык, то ли скулёж, прямо у ног Грэйсона. Тот, забывая, что перед ним не тот человек, которого он знал, тут же хотел ей помочь встать, но лишь одно прикосновение, опрометчивое, повалило его на землю, заламывая руки. Вся команда спохватилась и накинулась на стоявших поблизости остальных ассасинов Лиги Теней. То, что сейчас происходило, походило на нечто. С какой безжалостной эффективностью каждый из них действовал, словно они были частью единого, жуткого механизма, внушало ужас. Не было колебаний, не было промахов. Каждый удар, каждый уворот был отточен до совершенства. — Вы глупцы! Вы не понимаете, что вас ждёт! — Крик Талии Аль-Гул исчез в тумане дымовой гранаты. Самия была самоуверенна и напориста, поэтому без разговоров нанесла правый прямой в челюсть. Точнее, она хотела это сделать, но Дик успел уйти влево, сделав отшаг и пропустив удар мимо себя.Он перехватил её запястье правой рукой, а левой надавил чуть выше локтя, не забыв немного подкрутить кисть. Захват прошёл удачно, и, сделав шаг вперёд и немного вбок, Дик присел на одно колено, не отпуская при этом девушку из своих цепких рук. Когда та вынужденно легла из-за болевого воздействия на сустав, он практически оседлал её и завернул ей руку за спину, надёжно фиксируя захват. В таком положении теперь было достаточно контролировать только её кисть. Он знал, что впереди схватка — ассасин не думала сдаваться. Она пыталась освободиться, извивалась, но его захват был крепким. Грейсон видел в её глазах панику, но не страх. Глаза, которые ещё недавно были полны жизни, теперь горели звериной яростью. Ситуация была отчаянной, но Дик не мог позволить себе потерпеть поражение. Не сейчас, когда на кону стояло слишком многое. Талия Аль-Гул, воспользовавшись суматохой, вновь пыталась нанести удар. Её целью был не кто-то из Бэт-семьи, а сама Сэм. Она хотела окончательно сломить её, закрепить контроль. Это было последнее, что мог допустить Бэтмен. Он оттолкнул поверженного противника и бросился к ней. Бой с Талией был совсем другим. Она была не просто машиной, в ней чувствовались хитрость, расчёт. Каждый её шаг, каждый удар был продуман. Они кружили друг вокруг друга, обмениваясь быстрыми, точными атаками. Он чувствовал, как её сила растёт с каждой секундой, питаемая той самой тьмой, что поглотила Сэм. В какой-то момент их взгляды встретились. В её глазах он увидел отголоски того, кем она была когда-то, но они быстро сменились холодной решимостью. Она была уверена в своей победе, в своей власти над Сэм. Но она не учла одного — преданность семьи. Они не бросят её. Все знали, что битва ещё не окончена. Но теперь Сэм не одна. Найтвинг, Красный Колпак, Бэтгёрл, Красный Робин, Бэтмен — они все были здесь, готовые сражаться. Мы не позволим Лиге Теней одержать верх. Не сегодня. Не над нами. Мы вернём Сэм.