улыбнитесь, вы под спектром

— Коннор, срочно, возьми меня под руку, — быстро шепчет Арден, тут же обратно натягивая на лицо широкую белозубую улыбку. Парень выполняет сказанное, и на них тут же набрасываются фотографы и их ослепляющие огромные вспышки. — Эта сука пнула мой каблук, и он теперь шатается. Мне не нужно, чтобы завтра все сайты пестрили в заголовке «Арден Роуз не умеет ходить в туфлях». Они еще с полминуты позируют фотокамерам, а затем, выпрямив спины ещё ровнее и вздёрнув подбородки ещё выше, гордо направляются к концу красной дорожки. Франта на секунду оборачивается назад и наталкивается на хитрый взгляд парочки, что идёт на пять метров позади них. — Когда ты успела опять поцапаться с Хорвиц? — спрашивает он у своей спутницы так, чтобы могла расслышать только она, потому что в такой толпе журналистов и лиц модной индустрии каждый держит уши востро. — Пока ты цапался с Меллетом? — усмехается девушка, оглаживая юбку своего черного платья от Валентино. — Один один, — они принимают у мимо проходившего официанта по бокалу игристого шампанского и делают маленький глоток. — По поводу чего он пристал к тебе на этот раз? — Был бы повод, — усмехается Коннор, оглядываясь вокруг на предмет важных знакомых и незнакомых лиц. — Он просто сравнил цвет моего костюма с цветом фекалий своей собаки. — Он совсем идиот? — смеётся Арден, пока в её оголенную спину не врезается чье-то плечо, отчего липкий напиток немного расплескивается на руку девушки. — Ой, Роуз, мне так жаль! — очевидно притворным тоном восклицает подошедшая Кайла, а стоящий позади неё парень подносит к губам кулак, в попытке скрыть свою улыбку. — Мне тоже жаль, что ты пришла, — сквозь стиснутые зубы произносит Арден. — Фу, как грубо, — встревает в разговор, надувая губы, молчавший до этого Трой. — Свалите уже, — просто и лаконично говорит Коннор, приподнимая брови. — Знаешь, Франта, — Меллет огибает свою подругу и подходит ближе к парню, — мой последний контракт как раз был с Кельвин Кляйном, — шепчет он ему на ухо. — Кто знает, может, он насчет поставки им отходов моей собаки для изготовления твоего костюма. — Не зашло, — Коннор отправляет Арден уставший взгляд и подносит к губам бокал. — Улыбочку, — просит проходивший мимо фотограф: Трой складывает руку на талию Коннора, Франта натягивает улыбку, Арден прижимается к другу, а Хорвиц улыбается на одну сторону и встает плечом к плечу с девушкой. Как только раздается щелчок затвора и глаза слепит вспышка, они тут же расходятся в разные стороны. — Тебе не кажется, что вечер не задался с самого начала? — вздыхает Роуз. — Пойдем найдем наш столик, — отвечает Коннор, и они всё так же плавно и гордо идут дальше по залу, по дороге вежливо приветствуя знакомых. Эта вражда и неприязнь начались еще в далекой юности, когда двенадцатилетняя и бойкая Арден нагло пробилась в очереди на кастинг, отпихнув в сторону Кайлу, а та не растерялась и вцепилась девочке в волосы, из-за чего их обоих тут же выгнали организаторы. А вот с Коннором Роуз познакомилась тоже в самом начале их пути: он был лишь ассистентом фотографа, работающего на Harperʼs Bazaar, а она на тот момент участвовала в съёмках. И они, два новичка, сразу крепко сошлись. А война с Кайлой и её лучшим другом шла в комплекте с дружбой с Арден. И несмотря на то, что теперь Франта частично отошел от фотографии и был главным редактором раздела 'Дневник' всё в том же журнале, а у девушки плотная очередность контрактов на два года вперед с различными модными домами, они не забывали друг друга, тесно сотрудничая при возможности. И ещё Арден и Кайла не забывали о том случае почти десятилетней давности на кастинге, хотя с тех пор случались истории куда пожестче. Один прецедент с разодранным платьем Sherri Hill перед самым показом чего стоит. А вообще, сегодня был благотворительный вечер того же Harperʼs Bazaar. Наша парочка без интереса за своим столиком ковырялась вилками в салате, практически не притрагиваясь к еде, но зато порядочно налегая на шампанское. — Когда уже закончится официальная часть, — простанывает Коннор, закатывая глаза, пока на заднем плане со сцены звучит нудная речь о благодарностях, планах на будущее и тому подобное. — Мы всё же остаемся на афтапати? — хмурится Арден. Парень смотрит на неё, как на идиотку, намекая, что положительный ответ тут совершенно не возможен, потому что афтапати на таких мероприятиях — та же нудятина, только в более неформальной обстановке, а потом в его голову приходит какая-то идея, и он пальчиком манит подругу ближе к себе. — У тебя есть? — шепчет он ей на ухо, кивая на маленький клатч на коленях. — Ты дурак? — всё так же тихо возмущается она и бьет его по рукам. — Не сейчас и не здесь, ты с дубу рухнул? Тем более, я в завязке. Я думала, ты тоже. — Да, но сегодня ужасно скучно, — Роуз осуждающе смотрит. — Ладно, я в туалет, — после чего Франта поднимается из-за стола и как можно незаметно добирается в уборную. В комнате царит тишина, и он проходит мимо зеркал в позолоченной раме до диванчика у противоположной стены. Присаживается, изнеможенно проводит по лицу ладонями и откидывается на спинку. Коннор любит свою работу и среду, где вертится, но временами такие сборища попросту приходятся не кстати. Как сегодня, например. И проблем с наркотиками у него никогда не возникало, но временами так и хочется почувствовать что-то, выходящее за рамки. Как сегодня, например. Но Арден последние месяцы действительно начала употреблять гораздо чаще, так что Франта был рад, что ей удалось завязать уже на добрых полтора месяца. Он подходит к ряду раковин и прикладывает мокрые холодные ладони к лицу, дабы поубавить своё раздражение. Возвращаться в зал совсем не хочется. — Франта, — раздается удивленный голос, сразу же после скрипа двери, — что ты здесь делаешь? Всё еще крутит животик от нервов в такой обстановке? — Меллет подходит ближе и опирается поясницей на соседнюю раковину. — Только тебя мне не хватало, — Трой лишь пожимает плечами и присаживается на край всё того же диванчика. — А ты здесь какими судьбами? — посреди туалетной комнаты этот вопрос звучит довольно абсурдно. — У меня по расписанию принятие лекарства, — парень достает откуда-то из-за пазухи небольшую металлическую коробочку, как из-под драже, и вытряхивает оттуда пилюлю: с одного конца ярко-розовую, с другого белую. Глаза Коннора дико расширяются, и он не может оторвать напряженного взгляда от небольшой таблеточки в тонких пальцах. — Дай мне, — с надеждой и стыдом одновременно просит он. — Да ладно? — хмыкает Меллет. — Ты и кислота? — Так дашь? — игнорирует Франта вопрос. — А ты забери, — Трой, не отрывая глаз от взгляда напротив, медленно складывает пилюлю себе под язык. Коннор посылает все принципы к чёрту, ему сейчас просто ужасно хочется закинуться, и наклоняется к сидящему Меллету. Первым движением губ он приоткрывает чужой рот пошире, а уже вторым с помощью языка перебрасывает таблетку себе в рот. Он отстраняется, слизывая со своих губ сладковатый след, и садится на другой конец дивана, пока второй парень вновь бренчит коробочкой. — Кто вообще принимает посреди такого важного мероприятия? Ты точно безмозглый, — фыркает Франта. — Я собирался уходить и уже даже вызвал машину. И да, надеюсь, у тебя нормальные весёленькие приходы, а не паронадоидальный ад, и ты не убьешься по моей вине. — Об этом стоило уточнять минутой назад, не находишь? Они несколько минут молчат, пока Коннору не становится жарковато, отчего он ослабляет галстук и расстегивает горловину рубашки: это значит, скоро срубит. — Помнишь 2013? — неожиданно Трой подает голос. — Первый раз, когда я тебя снимал? — Нет, первый раз ты меня снял в 2015, — хохотнул он. — Поубавь гордость, — Франта возмущенно разворачивает голову к собеседнику, на другой конец дивана, — первый раз был в 2014, прими уже тот случай за полноценный. — С каких пор отсос в кабинке для переодевания на пляже считается за полноценный случай? — С тех самых, как ты сам это предложил, а потом убегал, перелазя через стены, чтобы Хорвиц тебя не спалила. — Как же ты меня бесишь, — Меллет разворачивает голову и натыкается на пристальный и немного удивленный взгляд. — Что не так? — У тебя такие голубые глаза, — Коннор улыбается, как умалишенный. — Я смотрю на них и чувствую, как мои руки, моё тело обволакивает лазурная теплая вода, а огонь в них напоминает мне палящее солнце. — Ты что, уже? — смеётся Трой, хотя у самого тоже с каждой секундой всё быстрее увеличивается скорость пульса. Он сгибает одну ногу в колене, подминая её под себя, и всем корпусом оборачивается к парню. — А твои такие зелёные, как комната моего брата дома в Австралии, и я слышу, как меня с первого этажа зовет мама ужинать, а я обдалбался и она меня спалит. Они смеются, пока их самих не пугает звук собственного смеха, а оглушающе эхо от каблуков приближающихся к двери туфель заставляет Меллета поспешно схватить Коннора за руку и буквально швырнуть его в ближайшую кабинку, в которую тут же забегает сам. — Тихо, — шипит он на Франту, которого пробивает на смех, и затыкает ему рот ладонью. Они пристально смотрят друг на друга, вслушиваясь в окружающие звуки и успокаивая свой страх, иначе можно словить бэд-трип, а это крайне нежелательно. Когда становится ясно, что человек вышел из уборной, парни расслабляют спины, но руку Трой так и оставляет на губах Коннора. — Закрой глаза, — приказывает он ему. — Я хочу, чтобы ты думал обо мне, чтобы ты представил меня. Франта стоит, зажмурившись, какое-то время, а потом, после следующего указания, открывает глаза. — Вау. — Что ты видишь? — Тебя. Нет, серьезно, ты… такой большой. Раза в полтора больше обычного. Все вокруг какое-то голубоватое, а твои глаза особенно, как фонарики, — зрачки Коннора беспрерывно мечутся от одной детали к другой, и он, сам того не замечая, крепко сжимает предплечья парня. — А ещё у тебя рожки, — шепот, — как у дьявола. Трой ухмыляется и тоже зажмуривается. — Твою мать, — смеется он, удивленно оглядываясь вокруг, — все черно-белое! — Что ты чувствуешь? Вместо слов Меллет просто поддаётся вперед и целует его, отчего тот резко дергается, отстраняясь. — Ты в порядке? — Твои губы будто прожигают меня, — говорит Франта немного испугано. — Расслабься, ты привыкнешь, — Трой медленно передвигает одну ладонь по предплечью, а вторую выше по затылку, оттягивая волосы до боли, в то время как парень у него под руками рвано выдыхает, потому что ему кажется, что холодные пальцы плавят его кожу. Постепенно он привыкает к этим ощущениям и начинает получать удовольствие, и уже тогда берет ситуацию под свой контроль и с грохотом, который слышит где-то отдалённо, прижимает Меллета к стенке кабинки (какое же везение, что здесь они чистые, просторные, а перегородки достигают до самого пола). Коннор, не затрудняясь, резко распахивает пиджак Троя, отчего пуговица отрывается и отлетает куда-то в угол. — Аккуратней, эта пуговица дороже ежедневной зарплаты среднестатистического американца. — Мне плевать, — после чего он, со всей неприязнью к дорогим пуговицам и костюмам от кутюрье, затыкает парню рот, к чёрту сминая его черную рубашку под своей рукой, вытягивая её из-под тугого ремня. И ему просто сносит голову: он чувствует их шумное дыхание, пульсирующий вокруг них воздух, а прикосновения ощущаются как теплая рябь на воде. Франта оставляет от линии челюсти до ключиц влажную дорожку из размазанных поцелуев и настойчиво оттягивает пряжку чужого ремня, пока ладони Меллета делают из его укладки, над которой трудились в салоне, самое настоящее гнездо, беспорядочно елозя пальцами в волосах. — Нет-нет, сегодня моя очередь, — протестует Трой, меняя их позиции, и теперь уже он прижимает Коннора к стене. — Что ты делаешь? — Как "что"? Не остаюсь в долгу, — парень так быстро опускается на колени и расстегивает ширинку Франты, что тот даже не успевает отслеживать его действия. — Ты больной, не здесь же, — он только собирался оттолкнуть Меллета, как у него в кармане завибрировал телефон. — Блять, Арден меня потеряла. — Ещё лучше, — хитро усмехается Трой, уже зацепив пальцами резинку чужих боксеров. — Ну уж нет, мой друг, — строго предупреждает Коннор и крепко хватает его ладонью за челюсть, резко притягивая парня наверх. — Больно, вообще-то, — шипит тот в лицо. Франта прижимает его корпусом к перегородке и ладонью закрывает рот, попутно принимая входящий вызов. — В чем дело? — Франта, ты где пропал? — по голосу девушки ясно, что она паникует. — Надеюсь, что тебя там поносит, потому что ко мне только что подошла Гленда и спрашивала тебя! — Твою мать... — шепчет парень, пока Меллет каким-то чудным образом сбрасывает его ладонь со своих губ, а Коннор поспешно, чтобы хоть как-то заткнуть его, запихивает четыре своих пальца ему в рот. — Пожалуйста, скажи, что это была не Гленда Бэйли, а какая-то другая Гленда? Трой в отместку сильно прикусывает зубами пальцы Франты и беззвучно смеётся, потому что не каждый день тебя разыскивает человек, находящийся на шестом месте самых влиятельных людей в мире моды по списку Forbes, по совместительству начальница, а ты обдалбался ЛСД и зажимаешься в туалете со слащавой моделью. — Не могу тебя обрадовать, так что да, это она, поэтому хватай свои культяпки в руки и бегом сюда! — после чего Арден сбрасывает звонок. — Как дела? — с издёвкой интересуется Трой, когда Коннор освобождает его рот обтирает свои пальцы об его пиджак. — Смешно ему, — он закатывает глаза и приводит себя в порядок, заправляя рубашку в штаны и застёгивая их, то же проделывает и Меллет. Они выходят из кабинки и поправляют перед зеркалом волосы. — А если серьёзно: ты в порядке? — Франта проходится по комнате, и выглядит это вполне обычно. — Да, вроде бы. Правда всё непонятных оттенков и предметы немного шевелятся из стороны в сторону, особенно стены, но спасибо, что спросил, — Трой, в долю секунды ставший серьёзным, понимающе кивает. — И каков план действий? — Так... — Коннор глубоко вдыхает, — жди меня на парковке, а я пока вернусь к Арден и разберусь со всем. — Зачем мне тебя ждать? — Ты меня накачал, ты и терпи меня. — Охренеть, теперь уже я виноватый? — Меллет возмущенно немного повышает тон. — Забей. Пофоткаю тебя, посмотрим, что из этого выйдет. — Переспим. Так бы сразу и говорил. Франта ничего на это не отвечает, и парни выходят в коридор, где их пути и расходятся. Они кивают друг другу, подтверждая, что всё в силе, и уходят в разные стороны. — Я на месте, — объявляет Коннор для Роуз, присаживаясь на свой стул. Она сурово смотрит на него, пока он нервно барабанит пальцами по столу. — Ты в порядке? — Что ты сказала? Я не расслышал, — он и правда слышит её очень приглушенно. Девушка косится на его пальцы, затем подозрительно оглядывает его широкие зрачки и расстегнутый ворот рубашки. — Какой же ты идиот, — стонет она и опускает лицо в свои ладони. — О том, где ты раздобыл наркоту за эти полчаса, мы поговорим позже, а сейчас лучше убирайся отсюда. — Почему? Разве так заметно? — взволновано спрашивает Франта. — Конечно! В толпе, со стороны, нет, но при разговоре с Глендой ты спалишься по самое не балуй, — в голосе Арден чувствуется злость и обида, но на первом месте всё-таки переживание за судьбу друга. — Поэтому быстро уезжай. Лучше пусть в её глазах ты один раз свалил с мероприятия, чем закинулся прямо на работе! Я тебя прикрою. — Ладно, хорошо. Прости меня, Арден, — Коннор поднимается из-за стола и извиняющееся закусывает губу. — Поговорим потом, — строго отвечает она, но потом её тон смягчается. — Уходи, скорее. Франта неспешно доходит до коридора, ведущего к выходу, опасливо оглядываясь вокруг, не желая натолкнуться на знакомых, особенно на Бэйли. Когда он бесшумно прикрывает за собой дверь, то практически сразу замечает Троя, стоящего в паре метров от выхода. — Быстро ты, — он убирает телефон в карман и подходит к парню. — Арден сказала, что со мной всё плохо и лучше уйти. Я ей верю. — У, да тебя трясёт, — Меллет обеспокоено оглядывает его и берет за руку. — Спокойней, теперь всё в порядке. Коннор благодарно улыбается ему и сжимает его руку сильнее. — У тебя тот же водитель? Он помнит мой адрес? — Трой согласно кивает и открывает дверь машины, пропуская Франту вперёд, после чего садится сам. И они уезжают, не заметив в силу своего состояния одного: затворов камеры и свет вспышки. Без последствий это всё же не обошлось.