Re:Human

Легенда, в которую долгое время верили почти все люди, гласит, что поднявшиеся на гору Эботт никогда не возвращаются назад. В 20ХХ году человек по имени Фриск исчез, но после вернулся, поведав всем, что поднимался на гору и, пройдя по подземелью, сумел вернуться назад. Жизнь этого человека вскоре вернулась в привычное русло, а на гору больше никто не поднимался. С той поры прошло десять лет… Было тепло и солнечно. Стоял июль, и все люди радовались хорошей погоде и спокойному времени. Взрослые работали, параллельно обсуждая свои повседневные дела, дети носились по улицам, крича и смеясь, и, казалось, в деревне нельзя было найти ни одного недовольного жизнью человека, настолько чудесная открывалась картина. Молодая девушка, на вид ей нельзя было дать больше восемнадцати, с короткими темными волосами бодро шагала по улице, что-то напевая себе под нос. От других людей она ничем не отличалась, человек как человек. И также, как и остальные люди она наслаждалась ярким солнечным деньком. Останавливалась, чтобы сказать соседям пару слов, потрепать по голове пробегавшего мимо мальчишку, почесать за ухом дворового щенка со спутанной шерстью. – С утра на ногах, а, Фриск? – крикнула ей полноватая женщина, несшая вещи в стирку. Фриск приоткрыла один глаз и улыбнулась, вызвав у женщины смешок. Непонятно почему, но молодая девушка почти всегда щурила глаза, почти полностью закрывая их. Жители деревеньки уже привыкли к этому и даже находили забавным, а сама Фриск ничего не объясняла. Впрочем, практически каждый, кто жил в небольшой деревне находил её просто очаровательной, а подобные штучки считал «изюминкой», которая только украшала девушку. – Ага, – Фриск остановилась, облокачиваясь на невысокий заборчик. – Иду рассказывать детям о своих похождениях, – женщина понимающе кивнула. Среди тех людей, кто верил в легенду о горе Эботт, Фриск была почти что знаменитостью – единственным человеком, который поднялся на окутанную ореолом тайны гору, а потом сумел вернуться назад, хоть и через какое-то время, когда все посчитали, что искать ребенка было бесполезно. С тех пор прошло уже почти десять лет, героиня местных сплетен готовилась вскоре отмечать девятнадцатилетие, а жизнь текла своим чередом. Фриск обычно превращала рассказ о своем путешествии в красивую сказку, и все, кто её слышал, были уверены, что в подземелье живет лишь несколько животных и есть несколько невероятно красивых мест. О монстрах не знал никто, с каждым годом эта раса становилась для людей чем-то нереальным, просто интересной историей, которую рассказывали детишкам перед сном. Рассказы Фриск о монстрах были для всех именно сказкой. Жизнь в доме у огромной козы, шутки скелетов, игры с монстренком – чем не чудесная сказка? Детский дом встретил Фриск веселыми визгами и гомоном. Дети разных возрастов выбежали ей навстречу, каждый старался привлечь к себе внимание. Все обитатели приюта были давно знакомы с девушкой. После возвращения из подземелья она стала часто рассказывать им истории о своих похождениях, а после стала придумывать новые, уже о других местах. Космосе, океане, шумных городах, джунглях. Когда дело касалось сказок, Фриск не было равных. В последнее время она даже подумывала записать их и издать, чтобы ничего не забыть. – Давай сегодня о космическом корабле! – Нет, лучше про злой говорящий цветок! – Скелетов! – каждый требовал что-то свое, и Фриск не могла сдержать смех. Ей нравилось общаться с детьми, она и сама оставалась пока ребенком, пусть и с каждым днем беззаботная пора детства оставалась всё дальше, а её так хотелось удержать еще хоть немного подольше. А еще было это дурацкое чувство вины, которое Фриск так настойчиво пыталась затолкать поглубже. – Только не надо ссориться! – она шутливо подняла руки. – Я постараюсь рассказать побольше! – дети снова весело загалдели, повисая у гостьи на руках, суя ей свои рисунки и рассказывая последние события. Приют был один на много деревень, и детей тут было достаточно много, но почти всех их Фриск знала по именам, что очень радовало маленьких людей. Для них Фриск была самым любимым гостем, её визитов все ждали с большим нетерпением и воспринимали их как самый настоящий праздник. Следующие несколько часов прошли в играх, сказках и веселье. Фриск ни на секунду не прекращала развлекать своих маленьких друзей, постоянно смеясь и смеша их, пока её взгляд неожиданно не зацепился за одиноко стоявшую в стороне фигуру незнакомого – она могла поклясться, что никогда не видела этого человека – ребенка. Тот, заметив, что на него смотрят, вздрогнул и, прижав к себе плюшевую игрушку, убежал на улицу. Фриск не могла за ним последовать – остальные дети продолжали требовать её внимания, но до конца дня ребенок не выходил у нее из головы. Когда беседа была наконец-то закончена, а дети стали разбредаться по своим комнатам, прося Фриск прийти поскорее еще раз, девушка всё же решила найти того ребенка, который привлек её внимание ранее. Она, заверив всех, что вернется на следующей неделе, вышла на улицу, где уже начинали сгущаться сумерки. Ребенок сидел на пеньке, его игрушка лежала рядом. Он что-то строгал из куска дерева небольшим, но явно острым ножиком. Заметив девушку, он тут же спрятал поделку за спину, а нож поспешил сложить и убрать в карман, после чего снова прижал к себе игрушку. Ребенок, похоже, мальчик, недоверчиво и испуганно посмотрел на нее. Фриск попыталась ободряюще улыбнуться. Давно на нее так не смотрели, она уже почти забыла подобные взгляды. – Эй, привет, – мальчик не ответил на её приветствие, продолжая рассматривать девушку своими темными глазами. – Я Фриск, – представилась она, надеясь, что вскоре ребенок перестанет зажиматься. – Я не видела тебя раньше. Как тебя зовут? – Рик, – буркнул мальчишка, сдувая упавший ему на нос волос. – Очень приятно, Рик, – Фриск вытянула вперед руку, но мальчик только отодвинулся дальше, словно не доверял ей. – Не нужно бояться, я не кусаюсь. – А в сказке говорили, что кусаетесь, – ответил Рик. – Вы укусили большую козу, потому что хотели попробовать её мех, – Фриск хихикнула. Похоже, он все-таки слушал. А с мехом и правда была забавная история. Шерсть Ториэль когда-то показалась ей неестественно белой и мягкой, и почему-то девочка решила, что на вкус она тоже приятная, поэтому без какого-либо злого умысла укусила жительницу руин за лапу. Сейчас Фриск не понимала, чем думала в тот момент. – Ну ты же не большая коза, а людей я не кусаю, – она подумала, о чем еще можно поговорить. – Откуда у тебя такой нож? – глаза Рика сверкнули, видимо, Фриск затронула важную для него тему. Мальчик аккуратно вытащил инструмент из кармана, и девушка смогла получше рассмотреть его. Складной, с поцарапанной красной ручкой, с которой уже слезала краска, но очень чистым лезвием, кончик которого можно было видеть. – Это подарок, – кратко ответил Рик. Фриск подумалось, что, вероятно, нож и плюшевая игрушка были связью мальчика с семьей, поэтому он все время таскал их. – Я вырезаю фигурки из дерева, всем вроде нравится, – пробормотал он. – Вот как, – с серьезным видом кивнула Фриск, присаживаясь на землю рядом. – Это очень здорово. Скажи, Рик, откуда ты? – Из города, – также коротко ответил мальчик. В городе Фриск бывать не доводилось. Она собиралась туда пару раз, но все откладывала. – Я хочу назад, мне там нравилось больше, – продолжал Рик, не смотря на собеседницу. – Значит, ты обязательно вернешься, – заверила его Фриск, наблюдая, как медленно садится солнце. – Я же смогла вернуться из подземелья, вопреки легенде. – Что там, в подземелье? – поинтересовался Рик. – Все боятся горы и того, что под ней, – Фриск задумалась, как бы получше сформулировать ответ. Путешествие по подземному царству значило для нее очень много, но донести это до кого-то не так-то просто, особенно когда приходится опускать некоторые вещи, чтобы никого не напугать. – Скажем так, я никогда не ценила мир вокруг до падения, – пожала она плечами. – Мне всё тут казалось скучным и ненужным, хотелось приключений, а до мнения других людей мне не было никакого дела. Только когда исчезли и люди, и дома, и солнечный свет, я поняла, как скучаю по всему этому. Я захотела вернуться, снова увидеть свою семью, друзей, деревню. И моя душа наполнилась решимостью, – мальчик внимательно её слушал, хоть на его лице и не было обычного восторженного выражения, которое Фриск привыкла видеть у детей, которые слушали её истории. – Знаешь, мне казалось, что ничего не складывается, что если я влезу на гору, то каким-то образом изменю все. Что удивительно, так и произошло, – усмехнулась девушка. Она хотела сказать, что-то еще, но неожиданный оклик заставил её отвлечься. У забора, ограждавшего приют, стоял высокий молодой человек, с улыбкой смотревший на нее. Фриск мигом вскочила на ноги, отряхивая одежду. Она попрощалась и погладила Рика по голове, почувствовав, как вздрогнул мальчик от её прикосновения, после чего побежала навстречу молодому человеку, уже через секунду повиснув у него на шее. Тот рассмеялся и закружил девушку, после чего оба принялись шептать друг другу всякие глупости. Рик еще какое-то время смотрел девушке вслед. Она была милая, даже чем-то напоминала ему человека из прошлого. Пожалуй, ему хотелось, чтобы она пришла еще и снова рассказала что-нибудь о подземелье или о других местах. Его, впрочем, интересовала последняя часть. Изменить всё. Что такого есть на той горе, что помогло Фриск улучшить свою жизнь? Не могло же ей стать лучше просто из-за долгой прогулки по подземелью? Мальчик снова задумчиво покрутил в руках свой ножик. Если бы в подземелье, которого все боятся, но о котором так любят слушать, было что-то, что способно изменить реальность… Или Фриск имела в виду, что просто начала ценить обыденные вещи? Нет, такой вариант Рика не устраивал, ему нужно было поменять всё, внести новое. – Рик, ты идешь на ужин? – раздался голос одной из работниц детского дома, но мальчик не ответил, продолжая смотреть на нож. Подарок. Его вид наполнял мальчика каким-то незнакомым, непонятным чувством, которое требовалось на что-то выплеснуть, но Рик не знал, на что именно, хотя и очень хотел. – Да, сейчас, – ответил он и, взяв свои вещи, пошел внутрь. Все дети сидели за столами, толкаясь, стуча ложками, крича. Рик пристроился с краю, равнодушно смотря перед собой и продолжая обнимать игрушку. Не подарок, но он забрал её из дома, поэтому тоже старался держать поближе. Он не слушал, о чем разговаривали остальные дети. Из головы все не шли слова Фриск и поселившееся там сегодня желание влезть на загадочную гору в надежде каким-то образом изменить одну маленькую часть реальности, которая всё равно никому не помешает. Может, и правда залезть? В конце концов, что может случиться? Фриск же вернулась, даже сказала, что ничего опасного с ней не произошло, значит и Рику ничего не угрожало. Если чудо произойдет, то он будет просто счастлив. А если нет… Ничего удивительного, если нет. И Рик почувствовал решительность. Ночью, когда все крепко уснули, он вылез из кровати, оставив под одеялом свою потрёпанную плюшевую игрушку, после чего пошел к выходу, взяв с собой только нож с красной поцарапанной ручкой. Терять всё равно было нечего, так чего бы не попробовать?