BURNITUP!

Члены жюри порядком устали, ибо отборочный день был в самом разгаре, а никаких выдающих танцоров ни Саймон, ни Гарри пока не увидели. Конечно, по правилам именитые хореографы выберут участников своих команд только после третьего этапа соревнования, но профессионалу не нужно столько времени, чтобы увидеть алмаз, который к финалу он может отшлифовать в бриллиант. Вот только из всей руды, что выступала перед ними, драгоценные камни попадались крайне редко. Может, сказывалось то, что это первый телевизионный проект таких масштабов и такой тематики, может и то, что Саймон и Гарри, несмотря на все уважение к заслугам друг друга, на самом деле враждовали между собой, ибо их подход к делу всегда различался. Стайлс начал основывать свою команду, когда впервые еще начинающим танцором пришел на отбор в мюзикл «Чикаго», который ставил его теперешний коллега по жюри. Выслушав нелицеприятные замечания в свой адрес и окунувшись в океан желчи и сарказма, Гарри ушел с четкой мыслью в голове, что танцам в этой стране надо дать новый путь развития, показать новые стили и направления, открыть дорогу андеграундному движению. Так со своими самыми близкими друзьями, Лиамом Пейном и Зейном Маликом, он создал группу, побывал на мастер-классах в Америке, Аргентине, Бразилии, Кубе, Италии и Испании, проще говоря, практически по всему миру, участвовал во всех международных конкурсах, завоевывая все больше титулов и наград. Молодых парней заметили, и уже через некоторое время их стали приглашать для постановки танцевальных номеров звездам мировой величины, а также на всевозможные телевизионные шоу, где балетные труппы не знали, что и как сделать. Рейтинги Саймона стали стремительно падать, в отличие от признания и востребования Стайлса и его команды. Когда же Коуэлл забил тревогу, то было уже поздно – Гарри прочно укрепил свое лидерство, еще и став одним из самых талантливых танцоров, который в короткие сроки смог сделать блестящую карьеру. Злости у Саймона и сейчас выше крыше, именно поэтому он хочет разгромить высокомерного парня, как он считает, в пух и прах, так что борьба за алмазы шла нешуточная. - Ребят, может, после этого конкурсанта сделаем перерыв? – Джеймс ерзал на стуле, так как у него не хватало терпения столько сидеть на одном месте, к тому же ему очень нравилось шутить с Гарри над Саймоном, естественно в отсутствии последнего. - Да, я бы выпил кофе, - Коуэлл явно был настроен переманить третьего члена жюри на свою сторону, - кстати, Стайлс, твой стиль не пользуется популярностью, так странно, ты же вроде звезда. - Твой сарказм, Саймон, совершенно напрасен. Просто джаз-фанк надо исполнять с особой манерой, многие боятся не справиться с данной актерской задачей. Пострадать то на сцене всегда легче, - честно говоря, Гарри уже устал от постоянных подколов и нападок со стороны его коллеги. Парню даже страшно представить, что будет на самом конкурсе. Да, Стайлсу палец в рот не клади – его язык остер и подвешен, иначе не выжить в данной индустрии, но внутри все всегда переворачивалось и сжималось, ибо это была его защитная маска. Манерность и самоуверенность спасала как его, так и его команду, за которую кудрявый парень всегда стоял горой. - Ну, посмотрим, кто на этот раз придет на сцену страдать, - Коуэлл никак не мог разрушить броню зеленоглазого юноши, хотя насолить или сделать какую-то гадость очень хотелось. - Номер 110256, - послышалось из-за кулис, и все члены жюри открыли свои списки именно на этом номере. В их листах были прописаны краткие сведения о конкурсантах – фамилия и имя, год рождения, место учебы или работы, сколько лет занимается тем или иным стилем. Однако это не мешало Кордону каждый раз спрашивать танцоров об одном и том же. На сцену выбежал совсем еще юный мальчик, а Гарри при виде этого чудного создания чуть не потерял дар речи. Румяные щечки, что выдавали стеснение и легкую неуверенность танцора, шелковые карамельные прядки разлетались в разные стороны, и Стайлсу в этот момент очень захотелось провести по ним своими длинными тонкими пальцами, чтобы создать еще больший креативный беспорядок. Легкая и плавная походка, в которой ощущалась грация и внутренний шарм юноши, а тонкие, слегка загорелые руки поправляли белый жакет, временно закрывая оголенный торс. Гарри сожалел, что мальчик так стеснялся и боялся себя, ибо, по его мнению, шатен был неотразим. А как только парень подошел к микрофону – у зеленоглазого члена жюри разлилось внутри невероятно теплое чувство легкости и желания забрать это невинное создание себе, оберегать и защищать от всего, а главное – дарить уверенность в себе. Длинные ресницы отбрасывали невероятные тени на острые, точеные скулы, легкая улыбка касалась милого лица, а глаза…. Гарри забыл, как дышать в этот момент. Его любимой стихией всегда была вода – спокойная и покладистая, но в то же время суровая, буйная и беспощадная. Кудрявый мужчина обожал тонуть в бирюзовых оттенках, которые переливались и поблёскивали на солнце. Он растворялся в этой природной стихии как растворялся в музыке и танце. Она дарила гармонию и покой, возвращала внутреннее равновесие. Вот и сейчас, видя этот потрясающий холодно-синий цвет глаз, в которых загорались задорные искорки, Гарри хотел тонуть в них все глубже и глубже. Зеленоглазому парню казалось, что он пропал. По крайней мере, он точно нашел свой алмаз, за который будет биться до последнего. Стайлс настолько был заворожен мальчиком перед ним, что звуки голоса Саймона доносились до него как в тумане, он понял, что что-то не так, только когда в бездонных океанах на мгновение отразилась боль и обида, а тело начало слабо сжиматься, будто защищая ранимую душу своего хозяина. - Луи Уильям Томлинсон, двадцать лет, учитесь в Университете искусств. А сколько лет вы занимаетесь танцами? – Джеймс начал спокойную беседу, ибо почувствовал прострацию Гарри и хотел растопить лед, что сквозил в сканирующем взгляде Саймона. - Да, все верно. Танцами занимаюсь больше десяти лет, но профессионально семь лет, - Луи держался неуверенно, немного заламывая руки и закусывая губу от волнения. - Если не ошибаюсь, мы сейчас увидим контемп*? – Кордон повеселел, ибо уже мог разбираться в этом стиле. - Да, но с элементами современной хореографии, - шатен улыбнулся, замечая на себе добрый и, как ему показалось, нежный взгляд своего кумира. - А в команду, небось, к Гарри хотите? – самому веселому члену жюри явно импонировал Луи. Джеймс понимал, почему Стайлс сейчас сидит неподвижно и просто любуется конкурсантом. - Я буду рад попасть в любую команду, - скромно признался шатен. В таких конкурсах сперва нужно держать нейтралитет, ведь мало ли, как сложатся обстоятельства. - Молодой человек, простите, а что с вашим телом? – Саймон резко оборвал милую беседу, возвращая из задумчивости Гарри, и заставляя Луи просто сжаться внутренне в комок под грозным взглядом. - Я не совсем понимаю, - шатен тихо промямлил эти слова, сильнее запахивая полы пиджака. Он знал, на что обратил внимание Коуэлл, но не думал, что член жюри сейчас начнет унижать его из-за этого, ведь на этой сцене были конкурсанты и с более плохой фигурой. - Вы понимаете, что вы груша? Где ваши танцевальные формы? Нам должно быть эстетически приятно на вас смотреть. Возможно, вы танцующий юноша, но вы груша. Я бы не хотел, чтобы мою команду представлял человек, чье телосложение далеко от атлетического. Если вы прошли предкастинг в своем городишке, это совсем не значит, что вы можете пройти его у нас, вы же это понимаете? – Саймон шел на танцора как безжалостная машина, заставляя того потерять всю уверенность в себе и гармонию. Каким-то чудесным образом Коуэлл понял, что Гарри положил глаз на этого парня, а наметанный взор говорил, что этот шатенчик еще и прекрасно танцует – это можно было понять по пластике, походке, даже по тому, как парень стоял по пятой балетной позиции**. Значит, ему нужно было как-то разрушить уверенность юноши, чтобы тот провалил свой танец и его не взяли в проект. А учитывая стеснение Луи, сделать это труда не составило – надо было просто надавить на его комплексы. Что Коуэлл с радостью и сделал. А Луи готов был заплакать, останавливало только то, что ему будет стыдно перед Гарри, если он все же хорошо станцует, и ему разрешат участвовать в конкурсе дальше. Однако слезы и боль сразу вышли на первое место, заставляя сильнее кутаться в пиджак, как в последнюю опору и поддержку на земле. - А что ты пристал? Сначала надо посмотреть на него в деле, - Стайлс должен был прийти на помощь этому милому мальчику, но в то же время не испугать его. Поэтому кудрявый мужчина подарил Луи свою самую прекрасную улыбку и кивнул головой в знак того, что тот может начинать. Тут же специальный человек унес микрофон со сцены и зазвучала музыка, в которой основную роль играли бит и звук, что создавали ударные инструменты. Луи абстрагировался от всех вокруг, погружаясь в знакомые волны. Сейчас, за полторы минуты он должен не просто показать свои возможности, а в первую очередь рассказать свою историю именно Гарри. И Стайлс уловил этот посыл, погружаясь в эту бездну. Он будто жил сейчас на сцене вместе с этим мальчиком с волосами цвета карамели. Только молодой, такой, каким он был лет семь назад. Тот же неуверенный взгляд, но потрясающая техника и душа, пропитанная танцем. Все боль и одиночество всплыли наружу, все обвинения близких и родных, вся обида на окружающий мир, но теплилась вера и надежда в лучшее. В этом танце будто слились воедино их души, а когда изумрудные и бирюзовые глаза нашли друг друга, и танцовщика, и члена жюри прошибла волна тока, что побежала по венам. Гарри понимал Луи. И сейчас, Стайлс больше всего хотел подарить этому прекрасному шатену уверенность в себе, надежду на счастливое будущее и на то, что он все же действительно создан для любви. « Oooh, I was never sure of a God before But I know he must exist He created this...» *** А Саймон смотрел на технику и не видел, к чему можно придраться. Четкие и плавные линии, натянутые носки, прекрасная техника вращений, а когда Луи сделал свой фирменный прыжок, который раскрывался в поперечном шпагате в воздухе – Коуэллу ничего не оставалось, как поднять перекрещенные руки, призывая остановить музыку. Гарри спрыгнул со своего стула, хватаясь руками за голову, ибо был слишком эмоциональным человеком. Ему хотелось еще раз прожить эту жизнь на сцене, еще раз погрузиться в душу этого великолепного юноши. - Мне все равно, что сейчас скажет Саймон, - Стайлс оперся руками о стол, - ты просто гениально танцуешь! Я буду драться не на жизнь, а на смерть – но ты будешь в моей команде! Луи не смог сдержать восторженной улыбки, ведь впервые в жизни ему говорили настолько приятные и греющие душу слова. - Ну, я бы тоже предложил тебе место в своей команде, - Коуэлл явно старался быть каким-то лицемером, только чтобы задеть чувства другого члена жюри, однако это выглядело жалко, смешно, и, в конечном счете, некрасиво. - А пока, Луи, иди дальше в следующий тур, - Джеймс не хотел, чтобы уставшие хореографы устроили разборки посередине отборочного дня. - Спасибо, - Луи запрыгал от счастья и быстрее вихря побежал за кулисы.

***

- Ура, он прошел! – Нати сама запрыгала от радости, когда услышала объявленный своему новому другу приговор. В зале ожидания висела маленькая плазма, которая транслировала все, что происходило на сцене. - Радуешься за своего парня? – девушка даже не обратила внимания на того, кто задал ей этот вопрос, внимательно ожидая появления шатена. - За нового друга, - улыбаясь, ответила Нати, - мы с ним не сможем быть вместе, не в моем вкусе, да и я его не интересую. Нас обоих устраивает дружба. - Похвально, что друзья так поддерживают друг друга. Я тоже когда-то так переживал за одного кудрявого засранца, - бархатистый голос продолжал говорить. - А почему его так долго нет? – только в этот момент девушка обернулась и застыла в смущении, ибо только что разговаривала с Лиамом Пейном. Один из самых востребованных хореографов в команде Гарри, его друг и даже правая рука. - У него Амбра**** интервью берет. Ведущая, как никак. А ты тоже конкурсантка? – брюнет мило улыбнулся, а его карие глаза по-доброму смотрели на девушку, обволакивая, как любимый Нати молочный шоколад. - Да, я скоро тоже пойду на сцену, - брюнетка скромно улыбнулась, немного опуская взгляд в пол. - Удачи, честно, попади в команду к Гарри, я всегда хотел поработать именно с таким типажом девушек, - Лиам подмигнул и ушел в направлении репетиционных залов. - НАТИ, Я ПРОШЕЛ! – неожиданно на девушку навалился Луи, сжимая ее в объятиях. - Я видела, ты был просто потрясающим на сцене, я так рада, - девушка развернулась в руках друга и крепко его обняла. - И я точно знаю, что Гарри хочет видеть меня в своей команде, - шатен светился как рождественская елка, может даже сильнее. - И это я слышала, окрыленный мальчик, надеемся, что мы вместе к нему пройдем! - Да, когда твой выход? – Луи прислушался к объявленному номеру конкурсанта. - Через два человека, так что я пойду ближе туда, - Нати поправила волосы и направилась к выходу на сцену. - Удачи! Ты пройдешь! – шатен крикнул подруге вслед и сел на скамейку. Его эмоции сейчас переполняли изнутри и хотели громким криком вырваться наружу! Неужели его мечты наконец-то стали сбываться? Главное теперь, не спугнуть удачу!