Вы, должно быть, шутите?!

Сегодня прекрасная ночь, не так ли? Да, конечно! Я мысленно общалась с собой, на небе ярко светила луна, а лёгкий ветерок перекидывал волосы на глаза, не давая видеть, что находится впереди. А вот и вывеска пиццерии! Увидев эти горящие буковки, я потопала быстрее, дабы добраться до, так называемого, «ужастика». Кинув быстрое «Привет» аниматроникам, я щёлкнула себя по лбу, дошагала до офиса, помахала рукой сидевшему в кресле Джереми и упала в кресло, ожидая, пока «Муз-улитка» доползёт сюда. Часы пробили полночь — сказало подсознание. Я согласилась с ним, думая о том, почему говорю сама с собой. Джереми пытался усесться в кресло поудобнее, ёрзая в нём, как будто сидел на иголках. Мой Муз безэмоционально сидел в кресле, откинувшись назад, даже не пытаясь хоть как-то защищаться от вышедших на «охоту» роботов. Так, вспоминай, кто сегодня активный. Э-э-э… Старички, вроде как, игрушки… все, вообщем-то. Активность — ясна, а вот стратегии — выучены на память, как говорила учительница математики: «Хоть ночью разбуди — вы должны рассказать это, ясно?!», поэтому способ защиты от всех или почти всех у меня на «быстром наборе». — Там… кто-то упал или что? — вдруг задал вопрос Джереми, услышав из зала шум, будто железо, много железа, упало на пол, отчего по всему заведению пронёсся неприятный для ушей звук. — Я должен проверить, — вызвался Фитцджеральд. — Погеройствовал и хватит, Джереми, сядь, — попросил мой Муз, видя, что тот поднялся и собирается идти на звук. — Они же убийцы, только выйдешь — и считай, что больше не увидишь света дня, разве что из костюма робота-варана! — протараторил Чеш, поучительно размахивая пальцем. — Не спрашивайте… — поняв, какую ерунду он сказал в конце, попросил Ник и прикрылся планшетом. Но, пока Чеш рассказывал всё это, а я слушала и смотрела на него, Джереми уже ветром сдуло, и, скорей всего, в зал. Нет, идиотина, что ты делаешь?! Арг, у кого я спрашиваю, ё-моё?! Мы с Ником вскочили с места и поспешили было к охраннику, как вдруг перед нами появился Фокси. — О-оу, — пропищала я, готовясь уже умереть, что, судя по вчерашней ночи, не удастся так уж легко. Фокси прямо в паре шагах от меня, любимчик публики и фикрайтеров. Я уже думала о том, что Фокси прыгнет скримером на меня или «напарника», но… Вдруг из зала разнёсся крик. Джереми. Пират почему-то не двигался, переводя взгляд с меня на Муза. Всё таки, в конце концов обдумав всё, я посветила фонарём в глаз лиса, тот, прикрыв глаз рукой ускакал в соседнюю комнату. Мы же с Музом понеслись в зал, дабы спасти жопу Фитцджеральда, но парня там не оказалось. Только не говорите мне, что эти роботы настолько умны, что послали Фокси нас отвлекать, дабы засунуть бедного охранника в робота! Что за идио… Стоп, Джереми! Из комнаты, где должны находится старые роботы, донёсся крик. Мы с Музом как можно быстрее побежали на звуки… Единственное, чего я не поняла, так это откуда они взяли костюм для Джера. Ладно, потом узнаю. Вбежав в комнату меня чуть не вырвало. Как? Как вы, мать моя женщина, успели засунуть его в чёртов костюм?! Как?! Описать увиденное? Фредди, стоящий у стены лишь полуприкрыл глаза, разглядывая своего нового «товарища». А «товарищ» лежал там, где по идее должен быть пират. Костюм какого-то тёмного Фредди дёргался, хрипел, кашлял… Из глаз, которые, к сожалению, было видно, текли кровь и слёзы, весь экзоскелет был в крови, которую при плохом освещении еле видно, но, благодаря серой «шерсти» везде, это всё-таки реально. — Д. Джер… Б-боже… — выдавил из себя Муз, увидев это. И вдруг в комнате ярко зажёгся свет — я включила фонарь. И вот теперь мне точно нужно в туалет. Или куда-то, где можно… Вы поймёте. Знаете, я вообще крови боюсь, даже если это просто игра или типа того. Свет упал на «Джереми». Обшивка на животе порвана так что из неё выглядывали кишки. Это, может, парадокс, но при боязни крови, я всё равно люблю насилие. Ладно, это было не в тему. Там, где по идее должно было сердце, было видно железку. На этом я не выдержала и выбежала из помещения, дабы не украшать помещение съеденным сегодня. Я выбежала за пределы комнаты и скатилась по ближайшей стене. Что-что, а смерти охранника я не ожидала. Да, я его, считай, не знала. Но всё же… Чтобы сделали вы, если бы человек, хоть и практически не знакомый, умер на ваших глазах? Вы видите это и ничего, совершенно ничего не можете сделать. Через минуту вышел и Муз. То есть… Вышел, схватил меня за руку и потащил в кабинет. Натянув на себя и меня маску, он схватил фонарик и посветил в коридор, где стоял игрушечный Фредди. — Т-то есть, тебе плевать на произошедшее? — выдавила из себя я, повернув голову в сторону Ника, который отчаянно заряжал шкатулку. — Нет, но, — Чеш повернулся ко мне, — знаешь, надо и самим как-то спастись. Я решила не истерить, так как парень прав. Ведь нужно выживать в этой пиццерии, а не Ваньку валять!.. Стоп. У меня в голове вдруг родилась идея. Что, если я «умру»? То есть, перезапустив игру, можно и спасти Джера? Я сама себя мысленно похвалила. Вот только… У меня вопрос: в какое время я «возрожусь»? Ладно, просто дождусь скримера. — Ты серьёзно? — спросил Муз, когда я стала перед столом в позу звёздочки. — Ты сдохнуть хочешь? Сядь и выживай! — приказным тоном сказал Чешир, указав на моё место. Я лишь фыркнула и продолжила смотреть в коридор. — Сядь. Быстро. — Нет! Ты хоть понимаешь, что есть возможность спасти Фитцджеральда?! — закричала я, покосившись на Муза. Только вот то, что я увидела на лице парня, немного смутило меня. Очень смутило. — Что? — спросила я. — Спасти? Умершего? — лёгкая самодовольная улыбочка вырисовалась на морде рыжего. — Да, подруга, ну у тебя и фантазия… А, ну да. Я лишь фыркнула и продолжила ждать скримера. От скуки, я отобрала у Муза фонарь и посветила в коридор. Передо мной находились лисы. Любимцы многих шипперов, игроков и так далее… И тут я не сдержалась: — ОТП многих, вы ж мои хорошие, уже вдвоем ходите, — чуть ли не пропела я, дабы разозлить аниматроников. Фокси издал звук похожий на рык и убежал, так как фонарь всё ещё не выключен, а лиса лишь пошатнулась и исчезла в тени коридора. — Эй, а напасть? Какого, извините, х*я вы не напали?! — прокричала я. Послышались громкие шаги. Из коридора прямо на меня вылетает Марионетка, хватая за плечи, и трясёт. — Ты совсем что ли, материться при детях вздумала? — я мельком глянула на Муза, который вжался в кресло и наблюдает за нами, вооружившись планшетом и маской. На тряску со стороны куклы я лишь хмыкнула. — Убивай! — гордо сказала я, зажмурившись. Кукла фыркнула, отпустив меня, от чего пятая точка поцеловалась с полом, а взгляд устремился на Мари, которая свысока посмотрела на меня. — Убью, если захочу, да только, — кукла наклонилась ко мне и взяла за шиворот рубашки, — без возможности восстановления! — чёрно-белая ушла к шкатулке, позабыв, наверное, о том, что хочет убить Чеша. — О чём это она? — убедившись, что Марионетка залезла в шкатулку, спросил Ник, как-то подозрительно глядя в мою сторону, будто он что-то знает или обвиняет меня в чём-то. Я лишь глупо улыбнулась и, встав, медленно повернулась к нему. — Я имею в виду… цитирую: «Убью, если захочу, да только без возможности восстановления!», — загробным голосом повторил слова куклы Муз. — Давай потом объясню, ладно? — я села на место и решила ждать скримера там, ведь я забыла о лазающих вентиляциях. Чешир лишь тяжело вздохнул, давая понять, что согласен с предложением. Я посветила фонарём в коридор и увидела морду Фредди. Муз натянул на себя маску и опустил планшет, поднял и снова опустил его. За считанные секунды мишка оказался в офисе, свет заморгал, а я, решив, что это идеальный шанс возобновится, залезла на стол и стала в позу звёздочки, ожидая скримера. Но… — Фредди, ты куда?! — закричала я в спину уходящего певца. — Ладно, Фёдор, ладно, — процедила я сквозь зубы, уже злясь на аниматроников, которые, почему-то, не хотят убивать меня. Я мельком глянула на Муза. — Ладно, я расскажу тебе об этом… «восстановлении», — я села на место, сложив руки на груди. Через десять минут я, всё-таки, объяснила Чеширу происходящее. Он вдруг встал и уставился на меня, будто смерть увидел. Я лишь попыталась отвести взгляд, чтобы не видеть это нахмуренное выражение лица. Обычно, это значило, что улыбака что-то задумал, но в этот раз я не уверена. — Так это ты перезапустила мир?! — вдруг закричал Ник, вырывая меня из воспоминаний о своей обыденной жизни. Я лишь кивнула, поняв, что вопрос прозвучал для меня. Муз задумался о чём-то, а я посветила в коридор. — Так вот, почему ты хочешь умереть… ради Джереми… — я прогнала Фокси, запоздало поняв, что сделала глупость и посмотрела на Чеша. — А почему… почему ты не ушла домой без меня? Ведь… была возможность, — вдруг спросил Муз, обернувшись ко мне. Я пожала плечами. — Я просто не хочу терять своего Муза, — карие глаза с удивлением посмотрели на меня. — Я просто привыкла к тебе, так что никакой «заботы», дорогуша. Остаток ночи мы почти не разговаривали. В три часа к нам пожаловал сам певец Фредли! От него спасался мой Муз, но… на меня этот жирдяй даже не глянул! Я решила кое-что проверить. Что будет, если я не буду одевать маску. Результаты эксперимента: Бон-Бон будто меня не видит, старые роботы просто одаряют меня взглядом, не подходя слишком близко, а Чакки, Мангл и Фредли вообще чуть ли не сквозь меня нападают!.. От чего на лбу остался синяк, так как я всё ещё пытаюсь умереть, встав перед аниматрониками, но те идут напролом. Я была возмущена таким хамством. Нет, по идее, я должна радоваться и плясать, но… жизнь пусть и не друга, но человека дороже. К концу смены, а именно к половине шестого, я уже отчаялась и, было, решила забросить это дело… Но, как говорится, «надежда умирает последней», да? Нет. Это не работает. Кто бы не приходил, что бы не происходило, никто не хочет убивать меня! На Муза, напротив, почти все хотели напасть, но действовали по правилам игры, убегая от маски или света, а шкатулку я постоянно заряжала, так как слова Марионетки меня напрягали. Стоп. А не Марионетка ли в этом виновата? Я имею ввиду… Не она ли сделала так, что никто не нападает на меня? Настроила аниматроников как-то и сидит, не ожидая перезапуска. Так что, если Муз умрёт, я не смогу возобновится, так как не могу умереть от скримера. О «самоубийстве» и думать не стоит, потому как это будет странным… Я просто не хочу причинять себе боль. — Эй, шесть утра наступили, — вырвав меня из раздумий маханием руки перед лицом, сказал Муз, устало смотря в коридор. Он сегодня почти не снимал маски, а фонарик мы истощили почти полностью, освещая вентиляции и коридор. — Да, конечно, ты иди…, а мне нужно поговорить с кое-кем, — я встала и направилась к шкатулке, а Муз поплёлся в зал, дабы, дождавшись открытия пиццерии, позавтракать главным блюдом таких мест. А особь вида «злая я» потопала к шкатулке, где сейчас находится Мари, в чём я полностью уверена, дабы узнать ответ на вопрос: Марионетка ли это обезвредила «несущих для меня смерть аниматроников»?