ИСПОВЕДЬ И РАСКАЯНИЕ АРНАВА

Мысли и чувства Арнава после того, как он объявил, что женится на Кхуши второй раз. ИСПОВЕДЬ И РАСКАЯНИЕ АРНАВА Сегодня Кхуши получила пощечину от матери, а я на нее разозлился … Как я могу быть таким твердолобым? Сколько еще она будет терпеть боли и унижения из-за меня? Почему я такой? Сейчас вспоминая все с самого начала, я понимаю, что всегда был не прав, по отношению к Кхуши! Я всегда верил только своей сестре. В то, что она меня любит, что искренне заботиться и переживает. Но что касается любви других женщин… Всегда был уверен, что меня полюбить нельзя. Да я и сам не хотел никакой любви. С моим взрывным характером… Да и внешность у меня не очень-то привлекательная. Вечно хмурый, со злым взглядом. Все мои девушки были падки на мои деньги, мой статус, мою известность и высокое положение. Долго меня никто не мог вынести. У них было больше страха, чем влюбленности. Я никогда не верил в любовь и не влюблялся по-настоящему. Обычно девушка сами предлагали мне себя. Они использовали меня ради моих денег, а я их ради секса. Когда я впервые столкнулся с Кхуши, я был поражен ее красотой и не только. Когда на показе она упала ко мне в руки, и я увидел ее совсем близко от себя, во мне что-то изменилось в тот момент. От нее исходила какая-то неведомая мне энергия, которая на мгновение погрузила меня в состояние, которое испытываешь, когда ты счастлив. Я не мог оторвать взгляда от ее лица. Время остановилось. Я тонул в ее глазах, как в омуте. Ее губы, как лепестки роз, манили, и мне непреодолимо хотелось ее поцелуя. Вокруг меня всегда много красивых женщин-моделей. Это часть моего бизнеса. Я перестал обращать внимание на кокетливые взгляды и заигрывания этих прелестниц. Но таких, как Кхуши, я прежде никогда не встречал. Ее близость смутила меня и я разозлился. Я привык держать все под контролем. Свои чувства и эмоции в первую очередь. Это смущение было недопустимой слабостью. После первой встречи с ней, я уже не мог ее забыть. Ее лицо стояло у меня перед глазами. Мне хотелось лишь одного — избавиться от этого наваждения. Я никак не мог понять, что со мной случилось? И решил про себя, что эта девушка — охотница за богатыми мужчинами. А как еще объяснить, что мы с ней постоянно сталкивались? Когда она объявилась в моем офисе, я и вовсе пришел в ярость! Оказывается, она преследует меня! Но каждый раз, когда она подходила ко мне близко, мне хотелось только одного — утонуть в омуте ее прекрасных глаз. Целовать ее нежные губы. Ее запах сводил меня с ума. Я ненавидел ее за то, что она имела такую власть надо мной, сама того не подозревая. Я попытался выбить клин клином, ища утешения в объятиях Лаваньи. Но стоило мне снова увидеть Кхуши, как все мои старания шли насмарку. Однажды в гневе, я выдал себя с потрохами. Я кричал на Кхуши, говоря ей, что она хочет поймать в свои сети богатого мужчину. А она стояла и смотрела на меня, ничего не понимая. Да, я так думал о ней тогда. Я был уверен, что ее интересуют мои деньги, но только не я сам. А за что еще можно было меня полюбить? Я постоянно чувствовал, что меня непреодолимо тянет к этой странной, ни на кого не похожей девушке. Но почему — я не мог понять. Ведь она совсем еще юная. Я старше ее почти на 10 лет… Как я хотел тогда вырвать ее из своих мыслей! Не думать, не вспоминать о ней. Мне совсем не нужно было это чувство! Оно мешало мне жить, работать! Оно лишало меня покоя! Я страшно злился на Кхуши. Старался уязвить ее, как можно больнее. Прогнать ее от себя, думая, что когда она уйдет, я успокоюсь. Но когда она ушла, мне стало еще хуже. Мне нужно было хоть изредка видеть ее. Я ненавидел ее и себя, и дико скучал по ней. Даже Лаванья не могла помочь мне забыть Кхуши. И вот она снова появилась в моем доме, чтобы научить Лаванью традициям нашей семьи. Постоянно сталкиваясь с ней, мне хотелось только одного — снова и снова видеть ее лицо, ее глаза. А еще мне страшно хотелось поцеловать ее. Снова я терял контроль над собой. Эта зависимость злила меня больше всего, и я снова и снова вымещать свой гнев на Кхуши. Но самое удивительное в этой девушке было то, что она осмелилась мне противостоять! С первой нашей встречи она выводила меня из себя своей дерзостью! Она имела наглость спорить со мной, возражать мне, читать мне нравоучения! Она говорила мне в лицо то, о чем другие даже думать боялись в моем присутствии! Я видел, что она меня страшно боится, но не смотря на страх спорит, поучает, говорит правду в глаза! Ее смелость восхищала и злила меня одновременно. Мои предубеждения и моя гордость не давали ей ни единого шанса победить меня, но она побеждала! У меня вошло в привычку бороться с ней. Мне хотелось заставить ее подчиниться! Но для нее не существовало авторитетов, когда дело касалось правды и справедливости. Постепенно, общаясь с ней, я смог разглядеть ее душу — ее душа была наивна и чиста. Я видел, что она лучше меня и не мог с этим смириться. Я искал в ней изъяны, доказательства притворства, лжи. Мне не верилось, что такие чистые души существуют в нашем грешном мире. Вот почему я так легко поверил Шьяму… Наконец-то я нашел то, что искал в ней — изъян! Но оказалось, что мне совсем не это было нужно. Ведь я окончательно и бесповоротно влюбился в Кхуши. Поверив Шьяму, я вонзил нож в собственное сердце. Моя ревность сделала меня жестоким зверем. Испытывая невыносимую боль, оттого, что моя любимая предпочла меня другому, я мучил и истязал Кхуши своей ненавистью и презрением. Я был уверен, что Шьям, как мужчина, более привлекателен. Что в меня нельзя влюбиться, а в него можно. Она любит его! Она выбрала его, а не меня! Я ревновал ее до ненависти! Я любил ее до безумия! И все, что я делал, было не правильно! Моя девочка, я так виноват перед тобой. Я причинил тебе столько боли, я превратил твою жизнь в ад. Ты стойко вынесла всю боль, которую я тебе причинил, все унижения. И ни разу ты не упрекнула меня. Не обвинила ни в чем. Каждый раз ты милосердно прощала меня! А я… Я должен покаяться перед ней. Извиниться за все, что я натворил. Прямо сейчас я поеду в ее дом и поговорю с ней. Мне жизненно необходимо, чтобы она выслушала мою исповедь, мои извинения и простила меня…