***
— Аллен… — неуверенно протянул дух, когда они вернулись в квартиру, — Может, не стоит? Юу боялся не только неправдоподобно сыграть удивление, но и то, как воспримет информацию Уолкер. Ему совершенно не хотелось рассказывать об этой странной, полной абсурдной логики истории. Если было бы можно оставить всё как есть, не считая их не до конца понятых отношений, то Канда бы так и сделал. Но что может призрак противопоставить живому человеку? После Лоу будет не одна девушка, даже, возможно, парни, и один из них когда-нибудь, но завоюет сердце Уолкера, этого нельзя было не признать. А что он может дать Аллену? Ничего, кроме снов. Они даже за руки взяться не могут, что тут говорить о… — Юу, ты как-то бледно выглядишь, — попытался поднять ему настроение глупой шуткой Аллен, распечатывая тетрадь, — Есть, что скрывать? Да, Аллен, Канде есть, что скрывать.***
Лави в эту ночь опять мучила бессонница. Он перекатывался с одного бока на другой, пытаясь найти удобное положение, закрывал глаза и представлял абстрактные мечтанья, которые прерывало чёткое тиканье часов. Без одеяла было холодно, а с ним — жарко. Тяжёлые мысли одолевали сознание, отгонять их каждый раз было всё сложнее. Кошмар с ужасным ликом ехидно улыбающегося призрака затягивал… «Трууус» — хрипло выло привидение, паря над неподвижным телом Уолкера. Внутренности Лави заледенели, он хотел проснуться и закричать от облегченья, но щупальца сна держали за запястья, давя на пульс, как бы говоря: Наслаждайся, ты заслужил эту пытку… Бледный, с лёгким налётом серости, Аллен лежал с закрытыми глазами, а японец перебирал его волосы, ореолом невинности выделяющиеся в этом мраке, и приговаривал: — Моё тело… моё прекрасное новое тело… Лави хотел отвернуться, чтобы не видеть этой сцены, но куда бы он не поворачивал голову, перед ним вставала одна и та же картинка. Да, он, чёрт возьми, будет виноват в смерти лучшего друга! Да, виноват… Почему он не рассказал экспертам о том, что знает, на ком повязан призрак? Потому что не такие уж они и хорошие эксперты, раз не смогли найти… Кровь стыла в жилах. А Линали? Она же тоже может умереть, стоит только Аллену случайно пересечься с ней… Все умрут по его вине. Все, кто его окружали и были дороги… Они не заслуживают такой смерти, но Лави ничего не мог сделать, чтобы пересилить себя и отдать своё тело в жертву. Какой-то мерзкий червяк мешал, раздувая внутри него слабодушие… Линали в рваном по краям серебристом саванне прижималась к парню в попытках задушить, а Аллен, одержимый духом, тем же могильным голосом смеялся и сверкал неестественными жёлтыми глазами, доставая непонятно откуда остро наточенную катану… «Трус» — с этим словом на губах проснулся Лави. Холодный пот струился по спине, а лоб горел огнём. На часах было два часа ночи.***
— Канда… — растерянно глядя на него, произнёс Аллен, — это… это правда, что написано в тетради? Юу закусил губу, отводя глаза. Вроде, уже надо признаться, но как-то страшно. — Да, — тихо ответил призрак, понимая, что сейчас отношение к нему у Аллена изменится. Парень печально скользнул взглядом по строкам (благо, перевод Элиада вложила сюда же) и тяжело вздохнул. В комнате повисло напряжённое молчание. — Я… не виню тебя. Наверно, если бы я был на твоём месте, я бы тоже не простил её, но такой жестокий способ мести… — упавшим голосом попытался он приободрить сжавшегося, как будто ожидающего удара, духа. — Аллен, я сам еле помню всё это. Я хочу исправить, но… — Канда в смятении уткнулся носом в макушку парня, вдыхая цветочный запах от шампуня. — А что надо сделать для этого? — Прищурился Аллен. — Если бы я знал…***
«Нет, так не может больше продолжаться!» — С этими мыслями Лави выскочил из постели. Он устал видеть этот неменяющийся кошмар. Включив на кухне свет, он поставил чашку с водой в микроволновку, ленясь ждать свиста чайника. Вазочка с печеньем и конфетами была пуста, а от пирога остался лишь крохотный кусок. В холодильнике, не считая пельменей и прочей заморозки, стоял борщ. Но борща Лави не хотелось, как и есть вообще. Во рту как будто накопилась куча противной на вкус слизи, и сколько бы её не сглатывал парень, меньше не становилось. Мысли вновь возвращались ко сну и Линали, тянущей бледные руки к его шее. Чая расхотелось, как и жить. Он чувствовал себя последним мудаком на земле, который не то, что не может исправить ситуацию, а даже сделать ход, который мог бы помочь изменить её к лучшему. Это выводило из себя. Часы показывали полтретьего, когда Лави выбежал на улицу в тонкой ветровке и устремился в сторону дома, где жила Линали с братом. На дорогах нечасто мелькали машины, светящие фарами за километр, а людей на тротуаре даже не было видно, не считая вывалившейся из ночного клуба компании подростков, громко распевающей какую-то популярно-тупую песенку. Громко чихнув под моргающим фонарём, освещающим подворотню с мусорными баками, Лави потёр глаза в неверии — это Линали там по дворам идёт? Её светло-салатовую курточку было тяжело не узнать — Ли целый день выносила ему мозг после покупки. Он недоверчиво присмотрелся. Походка у девушки была слишком механической, даже зомбированной, да и распущенные смятые волосы, как после сна, выглядели странно. «Может, наркоманка?» — подумал парень, как резко выдохнул — девушка повернула голову, как в ужастиках, и уставилась на него гипнотизирующим взглядом. Лави чуть не заорал от испуга — его Линали сейчас выглядела как мертвец. Неужели его сон уже сбылся?! — Лин, Лин! — потряс он её за плечи, но девушка лишь вывернулась из хватки, продолжая свой путь. Лави нахмурился — она шла в сторону дома Уолкера.***
Дневник странно светился в полумраке комнаты, а Юу будто сходил с ума. В его голове звучали голоса, его меч требовал крови, а он сам не хотел этого! Он метался по квартире, не желая слушать требование дневника, затыкая призрачные уши и мотая головой. Аллен пытался порвать тетрадь, выбросить, даже сжечь и утопить — она возвращалась целой и продолжала свои внушения. Глаза Канды посветлели до отбеленного голубого, а зрачки превратились в некое подобие пентаграммы, начерченной кровью. Катана уже была давно обнажена в его руках, но он изо всех сил сдерживался, до полупрозрачной крови закусывая губу. За окном что-то заскрежетало, и трубы натужно заныли, металлом противно скрипя. Аллен обернулся и вскрикнул — на балконе сидела Ли, в одном, уже неизвестно где порванном, платье. Тетрадь сама привела жертву. Юу заскрипел зубами. Он уже был на пределе, а сейчас, когда девушка вошла в квартиру… Его крышу основательно снесло, и последние рамки, удерживающие в сознании, были сломаны. — Ты не тронешь её! — Рявкнул появившийся из ниоткуда Лави, размахивая огромным молотом, горящим огнём. Он загородил Линали собой, встретив выпад Канды рукояткой, отшвыривая призрака подальше. Юу зашипел как дикий зверь — огонь задел его левое плечо, и сейчас по коже расползались уродливые чёрные пятна. Аллен оторопело глядел на противников, не зная, что предпринять, как Линали, сверкая зелёным цветом глаз, прошептала, глядя на него: — Дневник… Сожги дневник… «Но я его уже жёг!» — хотел воскликнуть Аллен, когда понял, что девушка имела в виду пламя, идущее от молота. Что-то внутри заставило его поверить её словам, и он без промедлений кинул дневник в гущу битвы. В эту же секунду Линали без чувств упала на пол, а Канда пришёл в себя. Рыжий, опершись на стенку, пытался отдышаться, а молот в его руках уменьшился до просто шариковой ручки. — Ли, прости меня, — прошептал Юу, пряча меч в ножны и садясь около Линали на корточки. Аллен удивлённо посмотрел на призрака — Канда стал уплотняться и таять на глазах. — Вот, что надо было сделать, — мучительно улыбаясь, произнёс Канда, смотря беловолосому в глаза. Парень подбежал, в попытках на прощанье обнять его, а Юу нежно поцеловал его, мягко сжимая в своих объятьях, и исчез, оставив после себя еле заметный запах лотосов. — Я пойду, отнесу Линали домой, а то Комуи наверняка волнуется, — стараясь не смотреть Аллену в глаза, смущённо произнёс Лави, хватая девушку на руки и выходя через балкон. По его лицу текли слёзы, и Аллен никак не мог их остановить.***
Время уже близилось к четырём часам утра, когда трое жаждущих расправы над несчастным призраком приблизились к двери квартиры Аллена Уолкера. Позвонив в звонок, эксперты переглянулись и приготовились применить все свои силы, если потребуется, чтобы удержать и обезвредить Канду Юу. Дверь открыл немного растерянный Уолкер, одетый лишь в одни штаны. Лоу Фа тут же покрылась красными пятнами и однозначно потеряла бы сознание, не будь рядом крутой лестницы вниз, слететь с которой у девушки желания не было никакого. — Чем могу быть полезен? — Спросил озадаченный Аллен, глядя на запыхавшихся колдунов. — Мы пришли за Кандой Юу. Нам известно, что призрак в течение некоторого времени находился рядом с вами, поэтому нам надо проверить вашу квартиру и вас, соответственно, — чётко ответил мужчина, строго глядя на парня, как на провинившегося ученика, не понимающего своего проступка. Уолкер, нахмурившись, кивнул в знак приветствия Лоу Фа и впустил экспертов, недоверчиво следя за их перемещениями, а Лоу, застыв каменным изваянием на пороге, чуть ли не слюни пускала на хозяина квартиры. Пока Элиада, странно дёргая руками, пыталась почувствовать ореол призрака, Кроули обошёл всю квартиру в поисках каких-нибудь следов. — Алистер, боюсь, призрака здесь нет, — неуверенно прошептала женщина своему напарнику, оглядываясь на безучастного парня, который должен быть, как минимум, напуган фактом наличия в его доме призрака. Лоу икнула от страха — ведь если призрака нет в доме, значит он уже… Неужели её страшные кошмары превратились в реальность? И она больше никогда-никогда не увидит солнечной улыбки Аллена? Нет, в это совершенно не хочется верить, но серьёзные лица экспертов вынуждали. Элиада пристально посмотрела на парня, будто пытаясь пронзить взглядом, и отрицательно помотала головой: — Нет, Алистер… его там тоже нет. Аллен громко хмыкнул: — Не хочу вас расстраивать, но Юу здесь нет. Он был, но исчез, выполнив свою земную миссию. — Но…, а где же он теперь? — растерялась женщина. — А вы как думаете? — Парень старался выглядеть равнодушным, пожимая плечами и садясь на диван, как будто ничего такого и не случилось, — Там, где и положено быть всем душам. Эксперты неловко потолкались в квартире, убедившись в словах Аллена, и смылись, досадуя, что проделали такой путь зря. Вся их миссия была провалена и выполнена другим. Лоу Фа же не могла не засиять от радости — её любимый теперь свободен! Уж теперь-то… — Лоу, прости, но сейчас как бы четыре часа ночи, а нам завтра в университет, — голосом, не терпящим возражений, попросил её уйти Аллен, выразительно глядя из-под упавшей на лоб чёлки. — Да-да, конечно… — встрепенулась Лоу, исчезая с его глаз за секунды, строя у себя в голове грандиозные планы на завтра. Квартира опустела, но сейчас эта пустота навалилась на Аллена, который, раскинувшись звездой на расправленном диване, смотрел в потолок бездумный взглядом. Сердце неприятно ныло, напоминая о последнем поцелуе, отдающим горьким шоколадом и горелыми печеньями на губах. За окном виднелся рассвет, а где-то далеко-далеко расцветали лотосы…