Леденец

Чонгук сидел в своем любимом парке и нещадно пытался найти хоть какой-то отголосок музы. Но ничего не могло в эту минуту помочь парню: он исписался. Его картины внезапно стали однообразными, скучными и просто неживыми. И он понятия не имел, что с этим делать. Сама мысль, что он больше не сможет рисовать, пугала до чертиков. Ведь практически это единственное дело, которое доставляло ему удовольствие. В редкие моменты, когда все доставало: учеба, тренировки, друзья и родители – парень шел в парк, садился на скамью и делал зарисовки, чтобы чуть позже, часа в три утра, создать из этого полноценную картину. Но вот теперь ему чего-то недоставало. Карандаши укатились в разные стороны по скамье, а некоторые и вовсе упали на землю, подгоняемые ветром. Листы скетчбука шуршали, давно не прикрытые обложкой. А хозяин всего этого просто не обращал внимания и сидел, упираясь локтями о колени. Глаза были закрыты, так как они все равно не видели интересного сюжета. Делать ничего не хотелось. - Лови. В голову резко прилетело что-то твердое. Дернувшись, Чонгук хотел накричать на идиота, что посмел кинуть в него какую-то ерунду, но смог только открыть рот да так и застыть. Перед ним стояла рыжая девчонка в короткой юбке и растянутом свитере, которая смотрела на него огромными разноцветными глазами. Конечно, Чон понимал, что зрачки не могут быть настоящими, но чересчур идеально они смотрелись на милом лице. Правый глаз был розовым, а левый – голубым. Вместе с ярко рыжими волосами, полосатыми гольфами и рюкзаком в виде панды эти глаза создавали впечатление ожившей Пеппи Длинныйчулок. Так что непонятно, что именно шокировало Чонгука: ее глаза, ее одежда или ее волосы. «Да все вместе», - подумал парень и, наконец, посмотрел на землю, где лежало то, что послужило снарядом. Это оказался самый обычный леденец. Сладость была в виде радужного кролика, у которого одно ухо треснуло после удара о его голову. На прозрачную упаковку уже залезал маленький муравей. - Зачем? Конечно, вопрос показал интеллектуальные способности молодого человека на все 100, но ничего другого Чонгук выдавить из себя не мог. Просто все это вышло слишком неожиданно для его серой и никчемной жизни. - Ты слишком грустный, - легко отозвалась девочка и улыбнулась. Улыбка вышла широкой, чуть квадратной, а в разноцветных глазах появились хитрые искорки. Как будто их хозяйка знала такое, что простому, как пенек, Гуку этого никогда не понять. И так же неожиданно, как появилась, она развернулась и ушла, оставив парня с его мыслями. - Чудачка, - только и смог выдавить Чонгук, улыбаясь во все 32. День внезапно перестал казаться совсем уж плохим. Да и что плохого может быть, когда солнце светит ярко, на небе ни облачка, а ты только что повстречал симпатичную девушку? На дворе конец весны, скоро каникулы. Поэтому, перестав загоняться, парень аккуратно поднял леденец, раскрыл упаковку и засунул его в рот.

***

Придя домой, он снял кроссовки и прошел в зал. Там уже сидели его родители, как обычно перебирая документы. Они работали в одной фирме, поэтому даже дома продолжали заниматься делами. Обычно это отнимало все их свободное время, так что Чонгук жил своей собственной жизнью. Но иногда они замечали сына, и тогда его свобода заканчивалась. Видно, сегодня был один из таких дней. - Сынок, подойди на минуту, - позвал его отец. А ведь все начиналось так хорошо: он бросил возле кресла рюкзак, взял со стола планшет и уже собирался подниматься к себе в комнату. Но, видимо, не судьба. - Да? Тяжело опустившись на пол рядом с журнальным столиком, Чонгук спрятал свои уставшие глаза за челкой. После внезапной встречи со странной девочкой в полосатых гольфах он еще часа два гулял по городу и иногда срывался на бег. Просто энергия, что пряталась в нем все эти дни, теперь била по легким, не давая возможности продохнуть. Вот парень и бежал, пока не оказался рядом с береговой линией. Там, в тишине морских далей, он дал себе волю и кричал что есть сил. Вместе с криком выходила напряженность последних недель, и он ощущал, как тело становилось свободным. Спокойствие накрыло его с головой. Но сейчас он чувствовал только усталость. За весь день он сильно вымотался и теперь хотел просто принять душ и лечь спать. - Через две недели начинаются экзамены, - напомнила ему мать, привлекая его внимание. Ее раздражало такое отношение сына к своему будущему. Ведь он даже не выбрал, куда будет поступать! - Я помню, мам, - устало выдохнул Чонгук, поднимая глаза на мать. Он знал, что ни к чему хорошему разговор не приведет. Просто родители не хотели принимать его выбор поступать в университет искусств. А другой вариант был для него неприемлем. - От того, что ты помнишь, ничего не меняется, - вновь заговорил отец, осуждающе смотря на безалаберного сына. Но этот взгляд давно на него не действовал. Уступать родителям он перестал в классе седьмом, поэтому совершенно не понимал, как поступать в подобной ситуации. Нет, он любил и уважал своих родителей. Но именно в этом случае выхода он не видел. Компромисса пока что достигнуть они не могли. - Я не хочу об этом говорить, - сказал Чонгук и встал, - в любом случае, единственный, кто сдает в этом доме экзамен, - это я. Вот и предоставьте все мне. Возможно, родители хотели сказать что-то еще, но парень был просто не в состоянии слушать их дальше. Это был не первый и, насколько он знал своих родителей, далеко не последний раз, когда он выслушивает нечто подобное. Поэтому смысла во всем этом было столько же, сколько энтузиазма в самом Чонгуке поступать куда бы то ни было. Нет, он понимал, что поступление в университет – это важная и неотъемлемая часть взросления. Еще один этап в становлении его как личности. И в этом плане Чон был согласен с отцом, который уверял, что от его выбора сейчас зависит дальнейшая судьба. Но ему всего 18. Ему хочется веселиться с друзьями, пить запрещенный алкоголь и рисовать граффити по ночам, пока не попадешься копам. Но никак не хотелось думать о далеком возможном будущем, превращаясь в копию своей матери, которая вечно сидит перед ноутбуком, заваленная работой. Подросток быстро вбежал по лестнице, пытаясь скрыться от негодующего взгляда родителей. Он так отчаянно мечтал оказаться в своей комнате, что не заметил старшего брата и врезался в него. - Гукки, осторожней, - усмехнулся Хосок, придерживая младшего за плечи, чтобы тот не навернулся на ступеньках. - Извини, хён, - пробормотал Чонгук, переводя дыхание и стараясь не смотреть Хоупу в глаза. Парень боялся увидеть в его взгляде укор, который видит каждый день в глазах родителей. Ведь Хосок – гордость и радость семьи Чон. В отличие от своего тонсэна, Джей-Хоуп определился с выбором будущей профессии уже в средней школе – он учился на ветеринара. Это не могло не радовать родителей, поэтому они на многое закрывали глаза. Например, на частые штрафы за превышение скорости во время езды на мотоцикле или на отсутствие драгоценного сына в ночное время. Именно старший брат «заразил» Гука любовью к искусству, только если младший любил рисовать, то страстью старшего были танцы. Поэтому после занятий он спешил в свой любимый клуб, где подрабатывал диджеем, а в свободное от работы время устраивал дэнс-баттлы. Чонгук очень любил своего старшего брата и неимоверно уважал. И если он мог спорить с родителями в важных вопросах, то всегда прислушивался к мнению Хосока. Так что сейчас он бы лучше остался внизу слушать нотации, чем видеть понимающий и немного грустный взгляд. Но хён решил не добивать Чонгука, видя его затравленное состояние. - Да все в порядке, - улыбнулся он и отошел чуть в сторону, чтобы младший мог пройти. Чуть склонив голову в поклоне, Гукки побежал дальше. Дышать стало чуть легче: хоть кто-то в доме понимал его. Уже на последней ступеньке Хосок решил окликнуть тонсэна, а то слишком грустным он выглядел: - Сегодня вечером в клубе Намджун собирается выступать, - произнёс Хоуп, и Чонгук замер рядом со своей дверью, - приходи, должно быть весело. - Я подумаю, - осторожно ответил парень, поворачивая ручку, - но спасибо за приглашение, хён. И с этими словами Гук зашел в комнату. Поэтому он не увидел, как старший брат повернулся в сторону родителей и чуть нахмурился. Мать принципиально сделала вид, что не видит рассерженного взгляда сына, а отец только пожал плечами. В конце концов, он еще ребенок, так что нечего давить на него – думается Хосоку, но озвучивать нечто подобное он не решился. Родители ведь тоже не звери, плохого своему ребенку не посоветуют. Поэтому Хоуп просто накинул капюшон толстовки на голову, засунул наушники в уши и ушел по своим делам, чтобы вернуться домой уже на следующее утро. Чонгук практически повторил действия старшего брата. Он накинул капюшон черной толстовки, включил музыку на полную громкость, правда, вылез на крышу через окно. Погода стояла хорошая: дул легкий ветерок, а солнце понемногу уходило за горизонт. Такую картину надо запечатлевать в ярких пейзажах, но сил у Чонгука уже не осталось. Парень просто откинулся на кровлю и смотрел на зеленую листву деревьев, которые росли неподалеку от их дома. Думать ни о чем не хотелось. Когда глаза уже закрывались, почему-то вспомнилась яркая девочка с разноцветными глазами. - Ты слишком грустный. Действительно, что-то он совсем загрустил. Надо срочно что-то придумать, пока на него не накатила депрессия. Ведь Хосок звал его в клуб. «А почему бы и нет?» - решил Чонгук и аккуратно принял сидячее положение. Казалось, что он провел на крыше чуть меньше пяти минут, но солнце давно зашло, а на небе появились первые звезды. Уже залезая обратно в комнату, парень подумал, что все могло быть гораздо хуже. Все-таки юношеский максимализм играл двойную игру: он не помогал прислушиваться к родителям, но зато восстанавливал силы после их упадка. Поэтому парень вытащил телефон, чтобы позвонить хёну и предупредить, что он скоро придет. Пусть охранники знали его в лицо, но чем черт не шутит. Он ведь все еще школьник.

***

В клубе громко грохотала музыка, а полуголые тела парней и девушек нервно дергались ей в такт. Чонгук не сильно любил эту атмосферу, но именно здесь собиралось все его окружение, так что он не спорил. Просто отстранялся от всего внешнего шума, поднимаясь на второй этаж, лишь изредка присоединяясь к танцевальным баттлам, если в качестве соперников выходили новички. Но больше всего ему нравились выступления андеграундных рэперов, которые иногда появлялись здесь, благодаря связям Хоупа. Старший Чон и сам зачитывал свои тексты, но чаще всего его можно было встретить именно на танцполе, где он был сейчас. Его светло-каштановая макушка выделялась на фоне темной толпы. Видно, парень нашел себе девушку на одну ночь, ведь сегодня у него был выходной. - Привет, мелкий, - послышалось со стороны, и Чонгук автоматически дернулся от этого прозвища. Рядом с ним стоял Мин Юнги – сонбэ брата со школы. Но в этом клубе его знали как Шугу, сладкого рэпера с горькими и резкими текстами, которые втаптывали любого в грязь. Никто не знал, какой он на самом деле, но Гуку, по большому счету, было все равно. Этот хён ему нравился, несмотря на колкие выражения, которые он использовал в речи. Поэтому и разрешал называть его, как тому было удобно. Взамен Шуга часто выручал парня, если тому требовалась помощь. Их можно было бы назвать друзьями, если бы не большая разница в возрасте – 4 года. Юнги в шутку говорил, что написал свой первый трек, когда Гук только научился ходить. - Привет, хён, - поздоровался Чонгук, пожимая протянутую руку, - сегодня один? Всем было известно, что Шуга редко появлялся без своего личного сопровождения – Пак Чимина. И сегодня не было исключением. - Он рядом с твоим братом, - усмехнулся Юнги, головой кивая на толпу внизу. Действительно, рядом с Джей-Хоупом можно было заметить ярко-красную шевелюру парня, вокруг которого собралось порядочное количество девушек. Всех их ужасно привлекал красивый Чимин, чье тело становилось магнитом для всего женского пола. О его накачанных мышцах и силе ходили легенды. Конечно, по этой же причине многие его и боялись. Но на самом деле он таким не был. Лишь несколько друзей, в круг которых входили братья Чон, знали, что этот парень очень добрый и ласковый. По этой причине Чонгук не сильно заморачивался в общении с Паком, обращаясь к нему, как к равному. Причем иногда младший смотрел на него сверху вниз, пользуясь своим ростом. Но Чимин никогда не обижался, зная, что Гукки это не всерьез. Ведь если бы он действительно хотел унизить друга, то давно бы разболтал самый главный секрет Шуги и Чим-Чима. А дело было в том, что они не были просто лучшими друзьями, кем их считали окружающие. Вот уже год эти двое встречались. Пусть поначалу многие не могли адекватно воспринять информацию, но потом все сошлись во мнении, что они идеальная пара. Бледный, хрупкий на вид Юнги с острым, как бритва языком, и тяжелым характером мог ужиться только с сильным, ярким и очень дружелюбным Чимином. Поэтому Чонгук не переживал даже, что его друг танцует по той же причине, что и его брат. Девушки того совсем не привлекали. - Юнги-хён, вон та, со светлыми волосами, положила глаз на твоего парня, - заметил Гукки и криво улыбнулся. Подразнить-то всегда можно. - Мне нужно спуститься и вырвать ей все эти волосы? – до невозможности спокойно спросил Шуга, не оценив шутку. Видно, он уже мысленно сосредотачивался перед выступлением, которое начнется через полчаса. - Кстати, я слышал от брата, что сегодня Рэп Монстр придет, - вспомнил Гук, полностью развернувшись к собеседнику. Ким Намджун – это местная легенда. Его знают все, но при этом не знает никто. Он известен под многими псевдонимами, но именно народное «Рэп Монстр» намертво приклеилось к парню. Его читка нравилась абсолютно всем слушателям, а местные опытные рэперы признавали талант хубэ. Среди них оказался и Шуга, который в первый же день сдружился с парнем. - Мон сегодня не один, - протянул Юнги, хитро прищуривая и без того узкие глаза. Чонгук уже хотел спросить, о ком это он, когда из толпы показался Чимин, приветливо кивнул Гуку и увел своего парня куда-то в сторону. А Чон остался один на один со своим любопытством. Просто никто толком не знал, откуда появился Намджун. Внезапно в один день на сцену вышел ничем не примечательный парень с дурацкой прической на голове, выбеленными волосами и слишком милыми ямочками на щеках. Худощавый, в рваных джинсах, он совсем не производил впечатления ярого рэпера. К сожалению, Чонгука не было в тот день в клубе, поэтому он мог лишь представлять, насколько в зале стало тихо, когда Джун начал читать. И даже потом, когда его брат познакомился поближе с новой звездой хип-хопа, Ким не перестал быть загадкой. Никто не знал, где он живет, чем на самом деле занимается и кто он такой за пределами сцены. И вот сегодня он пришел не один. Впервые за полтора года, которые он провел здесь. Чонгуку было очень интересно, кто же это мог быть. Просто в тайне парень был фанатом этого неразговорчивого типа, который своими текстами словно вскрывал душу подростка. Поэтому ему хотелось знать о нем больше. «Надо найти брата», - подумал Гук, всматриваясь в людей. А вдруг среди них сейчас сидит Рэп Монстр? Они знакомы довольно неплохо, поэтому парень спокойно мог бы подойти к нему и поговорить. Вот только планам не суждено было сбыться. Только повернувшись в сторону лестницы, Чон взглядом встретился с разноцветными глазами. Один был розового цвета, а другой – голубого. Широкая, чуть квадратная улыбка медленно появлялась на лице у хозяйки. - Парень с леденцом! – радостно произнесла она, резко подбегая к Чонгуку, - я знала, что мы с тобой встретимся. «А я вот совсем не ожидал», - пронеслось в голове у парня, прежде чем он стряхнул с себя наваждение. - И я тоже рад видеть тебя, Чудачка, - усмехнулся Гук. Его рука непроизвольно потянулась к голове, чтобы поправить торчащие в разные стороны волосы. Он знал, что был вполне симпатичным, а реакция девушки только добавила уверенности. - Ким Тэхён, я говорил тебе, чтобы ты не убегала от меня. Видно, Чонгук сильно сосредоточился на новой знакомой, что не сразу заметил другого парня рядом с ней. Недалеко от них стоял Рэпмон, о котором Чон только недавно думал. Но теперь у него была более важная цель, чем просто пообщаться с рэпером. «Значит, Ким Тэхён, - протянул в своих мыслях имя девушки Чонгук, - на этот раз ты от меня так просто не убежишь». А в разноцветных глазах парень читал ответный вызов, как будто Тэхён спрашивала, кто еще от кого будет бежать….