Леденец

— Пошлите внутрь, — предложил Сокджин, обращаясь к парочке, которая спокойно пила свои напитки и старалась делать вид, что ничего не происходит. Ей-богу, дети малые.  — Хорошо, Джин-оппа, — улыбнулась Тэхён, беря за руку Чонгука, как будто каждый день так делает, переплетая его пальцы со своими. А парня от этого словно током бьет, и сердце начинает стучать быстро-быстро. И вроде бы ничего привлекательного в этой девчонке нет: обычная внешность, не высокая и не низкая, чуть худая. Но эти холодные пальчики, которые аккуратно поглаживают его руку, и эти дурацкие, разноцветные, большие глаза вряд ли оставят теперь его в покое. Поэтому Чонгук крепко сжимает ее руку и идет по направлению к служебному входу. Там уже стояли рэперы, которые на сегодня закончили здесь свои дела и собирались идти на свою вечеринку. Но никто не мог уйти, потому что Рэп Монстра сейчас невозможно было сдвинуть с места: он ждал свою сестренку. Парню уже представлялось, как этот мелкий засранец обжимался с его маленькой Тэ, и от этого нервы были на пределе, а кулаки сжимались. И вот перед ними появились трое. Стоп, а почему трое?  — О, сонбэ, видишь, жива твоя сестра, — сказал кто-то из толпы, намереваясь уже идти гулять. Но его слова подействовали совсем по-другому: Намджун резко ударил Чонгука в челюсть, что уже полчаса как хотел сделать. Гук по инерции дернулся в сторону, так что наброситься бы Рэпмону на него, повалить на землю и избить до смерти. Но его схватили с двух сторон Юнги и Хосок и не дали закончить начатое.  — Отпустите, суки! — закричал всегда спокойный Ким, — я его сейчас отпизжу, чтобы знал, как с моей сестренкой хуй пойми что делать! Все парни понятия не имели, что случилось с Намджуном. Всё-таки настолько разъяренным его никто еще не видел. И вроде казалось, что злее быть некуда, но это оказалось не так. Когда Тэхён подошла к Чонгуку и аккуратно тронула уже проявляющийся ушиб, Рэп Монстр почти вырвался из крепкой хватки и заорал с новой силой. Просто Джей-Хоуп слишком сильно держал парня, потому что младшего брата было жаль. Родная кровь всё-таки. А в голове так и крутилось: «Идиот малолетний». И сдалась ему эта девчонка. Но по глазам Гукки видел: сдалась. Иначе тот не ухмылялся бы и не терпел холодные пальцы на лице.  — Ой, заткнись, Джун, надоел, — наконец, подал голос парень, который пришел с этой парочкой. Никто не знал его, но Рэпмон внезапно успокоился.  — Но, хён…  — Да с ними вместе я был все это время, — протянул блондин, подходя к парням и забирая у них своего брата, которому почти вывернули обе руки. «Нечего дергаться было», — подумал Шуга, растирая свои запястья. Несмотря на то, что Намджун тощий, силы у него было достаточно. И пока парни разбирались, откуда на их голову свалились все дети семьи Ким, Тэ продолжала держать Чонгука за руку. Девушку уже не сильно волновало, что там выйдет с ее двумя братьями, сколько она переживала за своего нового друга.  — Извини, Чонгук, — тихо пробормотала девушка, смотря своими невероятными глазами на парня. От ее взгляда у Гука щемило сердце: столько боли там было. А тут еще слезы понемногу собирались в уголках.  — Хэй, ну, не плачь, — неловко улыбнулся парень, хотя вышло откровенно херово. Просто своим ударом Намджун еще и губу ему разбил, поэтому рот открывать было неудобно. А от улыбки рана снова закровила. И Тэхён все-таки заплакала.  — Правда, извини, Чонгук-а, я не хотела, — плакала девушка, не смея теперь поднять глаза на парня. Слезы душили, поэтому слова выходили какими-то рваными. А Чон в мыслях проклинал себя: в первый же день знакомства довел девушку до слез. Хорош, ничего не скажешь. Свободной рукой он дотронулся до своей губы, морщась от боли. Рану бы обработать, но сейчас явно не до этого.  — Я же просил не плакать, — притягивая к себе Тэ, произнес Чонгук, — ну, не надо. Женских слез парень терпеть не мог. Просто понятия не имел, что в такие моменты вообще можно сделать. Вот если бы ее кто обидел — тогда да, он бы избил этого ублюдка. Но тут жертвой вроде как стал он сам, причем дать сдачи априори нельзя. Во-первых, это ее старший брат. Во-вторых, это вроде как его кумир. «Жизнь — говно, Чон Чонгук», — констатировал он сам себе, вдыхая запах шампуня Тэхён, пока она сама уткнулась в его толстовку. Запах был крышесносящим: не приторно сладким, а, скорее, свежим. Похоже на какие-то травы, но вот какие, Гукки не знал. Поэтому просто запомнил, что потом спросит. Ведь у них по-любому должно быть «потом», иначе зачем он крепче ее обнимал, а она между всхлипами сильнее сжимала его руку своей ладошкой?  — Отлипни от моей сестренки, Чонгук, пока зубы остальные не выбил, — уже как-то устало произнес Намджун. Остальные парни, кроме Шуги, Чимина и Хосока, уже начинали психовать. Не так они хотели провести свой вечер. Особенно раздраженным был Зико, который вообще не мог понять, из-за чего поднялась такая шумиха. Но все решили, что братья Ким сами разберутся, поэтому не лезли в открытую, как Юнги и Хосок, которые не хотели, чтобы Чонгук попал под раздачу.  — Полегче, Намджун, — попросил старший брат, потому что уже заметил состояние Тэ. Ему было неприятно, что сестренка плачет, тем более что они вдвоем были виноваты в этом. Чонгук тяжело вздохнул, прежде чем отпустить Тэхён. Она затравленно посмотрела на парня, но все так же держала его руку. Только теперь сильнее ладонь сжимал Чонгук, поворачиваясь к ее старшим братьям. Вот неймётся же людям.  — Хён, ну, не сделал же я ей ничего, — попытался оправдаться подросток, — это ты ее до слез довел. Мог бы и завтра меня избить вообще-то, никуда бы не делся. И действительно, никуда бы не делся, потому что внезапно до одури захотелось быть рядом с этим недоразумением. Недоразумение вытирало ладошкой оставшиеся капельки, аккуратно, чтобы не размазать подводку. Но она все равно размазалась, делая ее похожей на тот рюкзак в виде панды, который Чонгук видел у нее днем. Поэтому, не сдержавшись, парень сам вытер ее заплаканное лицо, снова улыбаясь. ТэТэ только сморщила нос, улыбаясь в ответ. От всей этой картины в воздухе повисла тишина, разрываемая приглушенными битами. В клубе люди жили своей жизнью, даже не задумываясь над тем, что происходило в этот момент за его стенами. А Намджун чувствовал себя очень херово. Просто он никак не ожидал, что его сестренке может хоть кто-то понравится. Она же… маленькая вроде как. Но ее огромные, полные грусти глаза резали без ножа. И причиной этой грусти был он сам. Поэтому Тэ стояла рядом с этим придурком, а не рядом со своими братьями. Чтобы избавиться от всех этих ужасных мыслей, он понял: надо было срочно выпить  — Да делайте, что хотите, — выдавил из себя Рэпмон, — только чтобы потом не прибежала жаловаться. И где-то на задворках сознания подумалось, что реально не прибежит. Ведь это Чонгук, маленький мальчишка, который всегда рядом со своим старшим братом, заразительно улыбается и неплохо танцует, в отличие от бревна Намджуна. Этому парню, в целом, можно доверять.  — Спасибо, Джун-оппа, — радостно улыбнулась Тэхён, подбегая к своим братьям и обнимая их двоих за шею. Из-за того, что девушка была намного ниже, им пришлось нагнуться от ее хватки, — и тебе спасибо, Джин-оппа! Зато у Чонгука было все не так спокойно. Подошедший Чимин хорошенько стукнул его по голове. На «за что, хён?» Чим только замахнулся еще раз, но удар нужно было ждать с другой стороны — это Хоуп решил добавить, чтобы не расслаблялся.  — Мы с тобой еще дома поговорим, — предупредил старший брат и обратился уже ко всем остальным, — эти двое меня уже запарили, пошли тусить. Его предложение все приняли единогласно, по дороге забрав с собой Рэпмона и Джина, с которым собирались познакомиться поближе. Все-таки не каждый день видишь кого-то, кто был бы настолько близок с таинственным Намджуном. А Чонгук мог теперь вздохнуть спокойно: никто больше донимать его не будет. Поэтому он сел на ступеньки возле входа и опустил голову на ладони. Он был вымотан сегодняшней ночью. «Вот и отдохнул», — внезапно подумалось ему.  — Хэй, ты как? — рука аккуратно опустилась на его плечо, а сама Тэ присела на корточки возле парня. В разноцветных глазах снова поселилось беспокойство, и Чонгуку это совсем не нравилось.  — Все в порядке, — тут же заверил он ее, вставая с лестницы и поднимая вместе с собой девушку. Насчет этого самого «в порядке» она бы поспорила, но не стала.  — Пойдем, тебе губу обработать надо, да и лед не помешает приложить, — только и сказала она, снова беря парня за руку. Через квартал от них находилась круглосуточная аптека, о чем Чонгук сразу рассказал. Поэтому двое подростков медленно направились в ту сторону. И уже потом, сидя в парке, Тэхён аккуратно ваткой вытирала кровь с лица, а Чонгук морщился, когда терпеть жжение было совсем невозможно. К челюсти же решили приложить банку холодной колы, которую теперь стоически держал Гукки, хотя хотел на все наплевать.  — Синяк будет еще больше, — хмурилась девушка и брала его руку в свою, чтобы парень не смел убирать банку. Так могли сидеть по минут пять, потому что Тэ не хотела убирать свою руку, а Гук был не против. Но потом она вновь принималась лечить разбитую губу, в мыслях обещая отомстить любимому братику. Когда все уже было закончено, Тэхен сидела на лавочке и болтала ногами в воздухе, допивая уже порядком согревшуюся колу. Чонгук молча наблюдал за ней, как бы невзначай переплетя их пальцы.  — И откуда вы здесь появились? — спросил парень, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони девушки, — до этого все думали, что Рэпмон-хён всегда один.  — Мы из Дэгу, — после минутного молчания медленно начала Тэхён, — Джун-оппа уехал от нас, когда ему было лет 15. Жил у нашей тетки, мечтал стать звездой. Джин-оппа тоже хотел уехать, ему как раз 18 исполнилось, он хотел поехать учиться в Сеульский университет. Но остался со мной, чтобы мне скучно не было дома одной. Поэтому стал поваром. Тут я подросла, и теперь мы все вместе приехали сюда, чтобы Джин-оппа открыл свой ресторан. Под тихий, низкий для девушки голос Чонгук смотрел на темное небо, где не было видно ни одной звезды. Голос убаюкивал и успокаивал, так что слушать и слушать его парню. Но что-то не давало покоя, и тут он понял.  — Подожди, в смысле ты подросла? — спросил Гук, поворачиваясь к Тэ, — тебе сколько лет, получается? Как-то он сразу сделал ее своей ровесницей, тем более девушка сама начала разговаривать с ним неофициально. Хотя, если она старше, то это и понятно. Выходит, это Чонгук повел себя неправильно. Но девушку это явно не волновало, поэтому и его не сильно должно волновать.  — Мне прошлой зимой исполнилось 20, — улыбнулась Тэхён, смотря на Чона разноцветными глазами, — а что такое?  — А то, что ты меня старше на два года, — хмыкнул Чонгук и добавил, усмехнувшись, — нуна.  — А что, мне нравится, — засмеялась девушка, потрепав Гукки по волосам. Как решил для себя парень, ему, в принципе, тоже нравилось. Он бы принял Тэ и тридцатилетней женщиной, правда, смотря, насколько хорошо бы она сохранилась. Но ему повезло: перед ним симпатичная молодая девушка, которая улыбалась ему своей широкой улыбкой. Из-за нее он получил от Рэп Монстра, получит и от Сокджина. А дома его ждет серьезный разговор с Хосок-хёном. Но кого это волнует, когда рядом есть она?  — Нуна, а пошли, поедим сладенького, — хитро улыбнувшись, предложил Чонгук. У них впереди вся ночь все-таки. И они могут делать все, что угодно.  — А пошли, — счастливо согласилась девушка, поднимаясь.

***

Они наперегонки бежали до круглосуточного супермаркета, играли в «камень-ножницы-бумага», чтобы решить, кому достанется последнее шоколадное мороженое, а потом внезапно решили пойти к Чонгуку в гости. Время на часах — 3 часа ночи. До дома Чонгука идти полтора часа.  — Идеально же, — облизывая свое мороженое (шоколадное все-таки, хотя выиграл Чонгук), засмеялась Тэхён. На том и решили. Вот только девушка устала уже через полчаса, так что оставшееся расстояние Гуку пришлось нести ее на спине. Но он был готов выдержать, ведь Тэ сладко дышала в его шею, а ручки держались за его плечи. Она иногда рассказывала смешные и нелепые истории из детства, но чаще всего просто молчала, любуясь ночным городом. По крайней мере, так казалось Гукки, а на самом деле Тэ рассматривала его затылок, воображая, какими на ощупь будут темные волосы. Она давно уже отдохнула и могла спокойно идти сама, но ей было слишком приятно ощущать сильные руки, широкую спину и мощные плечи. Поэтому с радостью прижималась щекой к его плечу, обнимая уже за шею. Им оставалось идти еще минут 20, когда она почувствовала, что ее клонит в сон.  — Чонгук-и, я спать хочу, — пролепетала Тэ ему в шею, отчего кожа покрылась мурашками. Гук из последних сил старался не обращать на это внимание. Все-таки она такая ласковая и наивная, а они идут к нему домой поздно ночью…. «Тебя уже ударили сегодня, с тебя пока что хватит», — уговаривал себя парень, а вслух только произнес:  — Мы почти пришли, потерпи немного. Подойдя к маленькому двухэтажному дому, Тэхён немного удивилась, отчего сон прошел. Она, если честно, не знала, чего ей ждать от жилища двух интересных парней. Но увидеть совершенно обычный дом было для нее сюрпризом.  — Только тише, родители давно спят. Замок в скважине повернулся с тихим щелчком, но на этот звук никто в доме не отреагировал. Просто родители давно привыкли к ночным похождениям сыновей, как тем исполнилось по 15. И если Чонгук еще мог получить за это, то на исчезновения Хосока уже не обращали внимания. Комната родителей находилась на первом этаже, в то время как для парней выделили второй этаж. Так что Тэ аккуратно поднималась по лестнице, пока Гукки решил сходить на кухню и приготовить им какао. Несмотря на теплое время года, по ночам все равно было холодно, и они порядком замерзли. Когда Чонгук зашел к себе в комнату, девушка уже завернулась в одеяло и листала его школьный альбом.  — Нашла что-то интересное? — спросил парень, садясь на кровать и протягивая одну кружку Тэхён.  — У вот этой девушки, — показывая пальцем на фотографию, сказала она, — очень интересный цвет волос. Хочу такой же. Чонгук нисколько не сомневался, что она может перекраситься в вишневый цвет, как у его одноклассницы. Хотя на самом деле девушку отругали и заставили перекраситься заново, но именно в этот день ее смогли запечатлеть с ярким цветом волос. И снова пошли разговоры ни о чем. Тэ рассказывала о своих планах на будущее, что пока она помогает в ресторане у брата, и только сегодня она смогла уговорить Намджуна привести ее в клуб. А Чонгук впервые заговорил с кем-то посторонним о своем желании поступить в университет искусств. Просто с Тэхён было настолько легко, что парень забыл о своих проблемах, ему хватало просто слушать ее голос и ощущать ее тепло.  — А знаешь, я сегодня, или уже вчера? — замялся Гукки, смотря на циферблат часов, — точно, уже вчера. Так вот, вчера я встретил потрясающую девушку.  — Да неужели? — удивилась Тэ, чуть приподнимаясь на локтях. Они лежали под одеялом и обнимались. Им вдвоем было очень хорошо вместе и уютно. Пока Чонгук не сказал последнюю фразу. Но он продолжил, как ни в чем не бывало. -Честно, — кивнул он, хотя в темноте было сложно разглядеть, — и кажется, она мне понравилась. От такого заявления Тэхён очень обиделась. Значит, он тут лежит с ней, а сам думает о какой-то другой девчонке? Она уже хотела встать, когда ее притянули заново. И неожиданно поцеловали в лоб.  — Глупая ТэТэ, — тихо засмеялся Чонгук, обнимая ее крепче, — Эта девушка кинула мне в лоб леденец. Представляешь? Наверное, именно этим она мне и понравилась. Кстати, у меня теперь на том месте шишка. Тэхён чувствовала, как после его слов щеки заливает румянцем, а на лице появляется предательская улыбка.  — Тогда я тебе тоже могу кое-что рассказать, — шепотом произнесла Тэ, как будто рассказывает самый важный секрет, — на самом деле эта девушка кидает леденцы только симпатичным парням.

***

Утром, когда родители уже ушли на работу, Джей-Хоуп вернулся домой. Голова нещадно болела от бессонной ночи, но все-таки он решил сначала поговорить со своим братишкой. А то Намджун изливал душу Хосоку всю ночь, ведь это первый раз, когда его маленькая сестренка куда-то пошла гулять с парнем. Наверняка ревнивый брат просто не знал о ее похождениях, но такой ранимой личности, особенно после такого количества выпитого, как Рэпмон, лучше этого не говорить. И каково было удивление Хоупа, когда он зашел в комнату к Чонгуку и увидел его спящим с Тэхён. Пришлось закрыть дверь так же, как он открыл ее несколько секунд назад. Чон-старший мудро решил: пусть дети отоспятся, а там уже сами решат, что им делать. А дети и впрямь сами решили, что им делать. Еще несколько часов назад, когда рассвет стыдливо пробирался в окно комнаты, как будто извинялся за то, что портит такую атмосферу. Они решили, что весь следующий день явно проведут вместе, а там будь, что будет. Ведь они еще молоды, а впереди целая жизнь, так что нечего загадывать заранее.