Леденец

Солнечный осенний день. Сентябрь в этом году радует своей погодой, поэтому первокурсник Чонгук, которому теперь официально 19, чуть спокойней воспринимает неуловимые изменения в окружающем мире. Совсем недавно он ходил каждый день в одной и той же форме, подчинялся одним и тем же правилам изо дня в день в течение 12 лет, чтобы после этого все эти законы резко перестали действовать. И если раньше родители постоянно давили на подростка, то теперь молча отпускают его гулять, лишь изредка узнавая о состоянии дел, и «как там вообще в университете? не сложно?». Парень обычно пожимает плечами, мол, все нормально, и продолжает заниматься своими делами. Хотя проблемы были. Поначалу архитектура стала именно тем направлением, которое казалось идеальным компромиссом. Стабильная работа с карандашом в руке. Вот только теперь листы остаются девственно чистыми, потому что Чонгук больше не может рисовать. Раньше он мог изобразить хоть что-то, но не быть довольным результатом, но сейчас графитная крошка вызывает зуд, а длинные пальцы постоянно режутся об острые края бумаги. И никакая терапия не поможет. Он просто выдохся. За лето все снова встало на свои места: образ милого, но наглого паренька вернулся, а Чон вовсю начал флиртовать с женским полом. Брошенные нуны были снова в восторге от хорошо воспитанного мальчика, который совсем не по-детски с ними заигрывал. И вроде бы все так, как и должно быть, но почему-то постоянно ощущалась пустота внутри. Брат советовал пойти и напиться, друзья — завести себе нормальные отношения, а новые знакомые — заняться, наконец-то, учебой. Всех таких советников Гук нещадно посылал по известному адресу, лишь иногда прислушиваясь к мнению остальных, чтобы найти оправдание очередному напрасно убитому дню. И так бы, наверное, продолжалось дальше, если бы одна милая девчушка из параллельной группы не перевернула весь его мир с ног на голову. Кан Минджи. Серые волосы, пирсинг в носу, рваные джинсы и белые Мальборо в кармане кожаной куртки. Чонгук бы в жизни к ней не подошел, но судьба решила по-своему. В итоге им обоим нужно было подготовить макет для торгового центра. Сначала абсолютно незнакомые люди просто игнорировали друг друга: Гукки остерегался парней в юбках, а Минджи терпеть не могла самолюбивых индюков. К сожалению, их плану не суждено было сбыться. Будущие архитекторы затеяли нешуточный спор по поводу того, как должен выглядеть цокольный этаж. Дошло до того, что Чон даже взял в руки карандаш и быстро создал набросок, чтобы его можно было понять. Упертость обоих студентов стоила им двух потраченных впустую дней, кучи испорченной бумаги и убитых нервов. Причем уступать так никто и не захотел. Просто однажды, когда они сидели у парня в комнате и в очередной раз ругались, зашел злой Хосок и наорал на обоих.  — Услышу хоть писк из этой комнаты, разнесу все нахер, — в итоге предупредил он и хлопнул напоследок дверью. Как ни странно, это сработало. Чонгук конкретно вымотался, поэтому был готов согласиться на что угодно. А Минджи, что было совсем уж неожиданно, перестала спорить вообще. Оказалось, что на девушку произвел сильное впечатление Чон-старший. Его громкий голос, сверкающие от злости глаза и длинные пальцы, которые сжимали ручку двери до побелевших костяшек. Она тогда не знала, что на самом деле перед ней стояла Надежда всея семьи Чон, который, вдобавок, умел заразительно смеяться и радоваться всему, чему только можно. Пришлось в срочном порядке подружиться с его младшим братом, чтобы иметь возможность видеться. А Чонгук, узнав Минджи получше, нашел себе нового друга. На самом деле она была очень ранимой, любила смотреть слезливые дорамы и читать классику в стиле Джейн Эйр. А еще она очень переживала, когда парень рассказал свою историю недолгой любви.  — Все будет в порядке, Чонгук-а, — неловко поддержала Мин, похлопав сокурсника по плечу, — как-нибудь да решится все. Из них вышла хорошая команда: исполнительная Кан и импровизирующий Чон. И пусть парень навсегда забросил рисование, карандаш в руках уже не смотрелся так дико. Теперь его отдушиной стали чертежи. Обедали ребята вместе, а потом шли к Чонгуку домой, чтобы поиграть в любимые игры и просто провести свободное время с пользой. Мин верила, что своими проектами принесет нечто оригинальное в этот мир, а Гук понемногу приходил в себя, заряжаясь ее энергией. Через какое-то время к их дуэту присоединился и Хоуп, правда, когда не был занят подготовкой к выпуску из университета. Потом два брата уже познакомили девушку с друзьями из клуба, где она тут же была принята Чимином за общие интересы и Шугой за любовь к одним и тем же сигаретам. Зависали они там по пятницам, чтобы потом приходить в себя на выходных и доделывать домашку сразу за троих: гуманитарные дисциплины Хосока Минджи решила взять на себя под предлогом помощи. Чонгук только издевался над подругой, что ее подкаты стары как мир, но не лез. Он опасался, что старший брат может принять наивную девочку за свою очередную подружку, а потом бросить ее.  — Не лезь в это, — как-то посоветовал Намджун, — я был в такой ситуации недавно. Боялся, что один отморозок испортит мою хорошую сестренку, а в итоге она разбила ему сердце. Гукки в ответ только криво усмехнулся и залпом выпил ромколу. Эту гадость ему притащил брат, чтобы младший не сильно пьянел. К сожалению, его попытки не увенчались успехом, потому что Гук решил количество перевести в качество. А все потому, что Рэпмон напомнил о Тэхён.  — Как у нее дела, хён? — все-таки не удержался парень и спросил у своего собеседника. Как бы он ни старался, девушку из головы было не так-то просто выкинуть.  — Недавно звонила, говорила, что все хорошо, — после минутного размышления ответил Рэп Монстр, решив умолчать, что Тэ собирается возвращаться. Просто Чон и так смотрелся не очень, но пытался выкарабкаться, создавая себе новый мир и новое окружение. Нечего ему возвращаться в прошлое, если сестренка захочет снова поиграться с ним и бросить. На самом деле Джун не считал, что Тэхён реально была способна на такое. Но кто знает ее тараканов в голове? Если она решила исчезнуть насовсем, то пусть так оно и будет. Если же нет, то они разберутся в этом сами. Намджун и так в самом начале уже много чего сделал.  — Не кисни, Чонгук-а, — хлопнул по плечу он своего тонсэна, — лучше присмотри за своей подружкой, твой брат вовсю с ней танцует. Действительно, Минджи просто светилась от счастья, кружась в руках Хосока. Тот тоже выглядел довольным жизнью, не обращая внимания на голодные взгляды со стороны противоположного пола. И это вселяло надежду, что все у них будет хорошо. Другая парочка, претендующая на звание самых счастливых в мире, стояла в углу и жадно целовалась. Шуга в такие моменты явно оправдывал свое прозвище, потому что у Чима был невероятно потрепанный, но до одури счастливый вид, как будто он объелся сладкого. Вот уж за кого Чонгук никогда не будет беспокоиться. Может случиться все, что угодно, но Юнмины будут вместе.  — Все в порядке, Рэпмон-хён, — улыбнулся парень, пусть и немного грустно. Потому что все действительно в порядке: его близкие счастливы и рядом с ним. Что еще ему нужно? Учеба протекала тихо и мирно. Чонгук не пытался вырваться в десятку лучших студентов в рейтинге, просто задержался где-то в середине, чтобы родители не волновались. Все свободное время он либо проводил с Минджи и Хоупом, либо был на тренировках. Он решил снова заняться танцами, потому как это здорово помогало снимать усталость и заряжаться энергией на целый день. По сути — банальная замена рисованию. Сентябрь медленно, но верно подходил к своему концу, передавая бразды правления холодному октябрю. Жизнь Чон Чонгука полностью вошла в привычное русло. Теперь он каждый день ходил на занятия, лишь изредка прогуливая первые пары, чтобы выспаться. В обед ходил на тренировки, а перед тем, как уйти гулять с друзьями, выполнял домашнее задание. Единственное, чего ему не хватало, чтобы считаться совсем обычным, — это девушки. Как бы Мин ни билась, уговорить Гука сходить хоть на одно свидание с любой девушкой у нее не получалось. Парень просто вежливо отказывался, уводя разговор в сторону Хоупа.  — Если у тебя все так замечательно с моим старшим братом, нечего распространять эту заразу на окружающих, — отшучивался Чон, а сам каждый раз вздрагивал при виде рыжих волос. Он просто не был морально готов к новым отношениям. Минджи хмуро на него смотрела, но соглашалась, что пока отдавать своего разбитого друга кому-то еще она не может. И вот однажды, когда тренировка подходила к концу, Чонгук собрался принимать душ, а потому направился к своему шкафчику с одеждой. На который двусторонним скотчем был приклеен… леденец. Тот самый леденец, который прилетел в его голову полгода назад. Конечно, он понимал, что леденец абсолютно тем же быть не может, потому что сам съел его в тот день, когда они познакомились. Но ощущение дежавю никак не покидало парня. Просто именно с появлением леденца в его жизни начался самый настоящий пиздец. Американские горки, когда не знаешь, что случится с тобой за поворотом.  — Успокойся, Чон Чонгук, — прошептал парень, забрасывая сладость в свой рюкзак, — это просто леденец. И забыть бы ему про этот случай, зарывшись в учебники, но прозрачная упаковка притягивала взгляд, блестя в свете ночника. Зачем он вытащил леденец и положил на стол, Чонгук не знал и разбираться в себе совсем не хотел. Просто так вышло. Возможно, он только хотел подбодрить себя перед сложными занятиями, потому что после его первой встречи с лакомством жизнь вроде как не казалась такой уж ужасной. И в этом он был прав: выпускные экзамены далеко позади, и он уже студент. Все, что от него требовалось, он выполнил с успехом. Конечно, леденец не был к этому причастен, но чем черт не шутит?  — Ай, пофигу, — вздохнул Гук, разрывая упаковку. Так хоть успокоится, попробовав сладкое. После съеденного леденца совесть совсем не давала покоя парню. Ему вечно мерещился знакомый взгляд, рыжие прядки и назойливый панда. Как будто своим действием он снова принял в свою жизнь Тэхён, хотя девушка даже не появлялась рядом с ним. И это не могло не пугать окружающих.  — Чонгук, — уставшим голосом позвал Джей-Хоуп, отрывая Гукки от чтения учебника, — что происходит с тобой?  — Ничего, хён, — таким же тоном ответил младший, тяжело вздыхая, — я просто немного устал от учебы. И в этом на самом деле был смысл. Как только преподаватели поняли, что их новые студенты освоились, на их плечи легла полная нагрузка. Времени практически ни на что не оставалось.  — Не ври, я же вижу, что что-то не так, — заупрямился Хосок, садясь на кровать. Видно, просто так отставать он не намеревался.  — Хён, разбирайся лучше со своими отношениями, — не выдержав, огрызнулся Чонгук, захлопнув учебник, — сам полмесяца ебешь мозги Минджи, но ни разу так не пригласил ее на свидание. Было немного жестко, но парень не считал себя виноватым. Он давно хотел сказать все брату в лицо, но подходящего случая все не было. А тут как раз вырвалось. Хосок весь покраснел и, сказав на прощание, что с таким Чонгуком он не собирается иметь ничего общего, вышел из комнаты. Чон остался один. Пришлось глубоко вздохнуть. Вся ситуация его порядком достала. Старший брат вечно старался опекать, Намджун с Сокджином считали себя виноватыми, а другие прятали глаза, как будто корили себя за неспособность поддержать в трудную минуту. Вот только трудной минуты никакой не было. Да, его банально так бросила девушка, в которую он влюбился. Но никто ведь не умер, жизнь продолжается. И нечего другим делать из него жертву. И вроде бы все, он справился с депрессией, больше ничего не требуется. Но зачем тогда Чонгук каждый раз оглядывается, выискивая в толпе хоть что-то знакомое? Приходится винить леденец за неимением лучшей кандидатуры. Ведь кто-то же подложил его, сбив с толку и так замученного Гука. И он бы рад прекратить вести себя подобным образом, но подсознание настойчиво кричит о приближающейся трагедии. И чем все обернется, он понятия не имеет. Развязка всей истории не заставляет себя долго ждать. Через три дня Чонгук выходит из своего корпуса вместе с Мин, чтобы пойти в кино на любимых «Мстителей». Тони Старк — главный герой его жизни после старшего брата, разумеется. Минджи соглашается, разве что ее героем навечно останется Тор, так как Крис Хемсворт в этом фильме ну очень уж залипательный. Гукки не особо разделяет ее мнение, но деваться некуда. Лучше слушать про мускулистого блондина, чем про родного брата, которого видел в самых ужасных моментах его жизни. Но Кан это знать не обязательно. Настроение у обоих отличное, солнце раздает последние теплые лучи этого года, и они только что сдали тест на отлично. Судьбе, видно, это очень не понравилось. Просто как иначе объяснить то, что сейчас на Чонгука смотрят слишком удивленные голубые глаза?  — Гукки? А волосы она действительно перекрасила в вишневый цвет, как у его бывшей одноклассницы. Так что зря он постоянно выискивал в толпе рыжую макушку. Только панда остался неизменным, вися на плече растянутой толстовки. Причем именно его толстовки.  — Привет, Тэ, — практически прошептал парень, став в ступоре посреди дороги. И неважно совсем, что вокруг происходит. А все потому, что вот она, Тэхён, снова рядом. Ему можно спокойно протянуть руку, и он сможет дотронуться до ее холодных пальчиков и тонких запястий. Вот только рука не поднимается. Ситуацию спасает Минджи, которая после приветствия Чона сразу узнает, кто стоит перед ними. Как и Джей-Хоуп, она не сильно понимает, от чего тут Чонгука плющит, но, на вкус и цвет, как говорится…  — Хавальник закрой, мартышка, — обращаясь к Гуку, выдает Мин и проходит чуть вперед, поворачиваясь в сторону подошедшей девушки — да, это он. И хули ты так его называешь? Такое позволяется только мне. А для тебя и других левых баб он Чонгук, усекла? Чону хочется спрятаться под землю, чтобы только не слышать нечто подобное от Кан, потому как лицо Тэхён вмиг из удивленного превращается в оскорбленное. И ничего тут не поделать.  — Я вообще-то его девушка, — выгибая бровь, произносит Тэ, — а кто ты такая, я понятия не имею. В воздухе магическим образом разве что искры не летают между двумя девушками, а такое Чонгук никогда не понимал. Девушки сами по себе — странные создания, но взаимоотношения между ними — это вообще уму непостижимо. И, к сожалению, спасти из этого положения его никто не сможет.  — Тэхён, познакомься, это Кан Минджи, — вздыхая, представляет Гукки, правда, договорить до конца он так и не смог.  — Его невестка, — гордо объявляет Мин, — будущая жена Джей-Хоупа. Сказать, что Тэхён была в шоке — ничего не сказать. Чонгук, если честно, тоже, но возразить попросту побоялся. Это только при его брате девушка выглядит белой и пушистой, а в такие моменты ей в рот палец не клади — заглотит тебя целиком. На самом деле ни Чонгук, ни Тэхён не представляли себе их встречу после такого долгого расставания именно так. Но что поделать, когда таким образом сложились обстоятельства?  — Поздравляю, — отходя от шока, огрызается Ким, сужая глаза. Вызов брошен, осталось только поднять перчатку, — тогда я, выходит, будущая жена Чонгука. Так что нечего лезть в наши отношения, сестричка. В их паре никогда не было спокойствия: эксцентричная Тэ и раздолбай Гук. И вроде бы ко всему после этого можно было привыкнуть, но…. Чонгук еще никогда так не ошибался. К Тэхён просто невозможно привыкнуть, поэтому ее слова стали невероятным сюрпризом для него. Ведь все это время он считал, что они расстались.  — Минджи-а, — после минутного молчания зовет парень, — можешь оставить нас наедине? Его просьба удивляет обеих девушек, но возражений не находится. Поэтому, сказав на прощание «я ради тебя все равно не собираюсь пропускать Хемсворта», Мин спокойно уходит в сторону кинотеатра. Они остаются одни.  — Так что, все еще встречаемся?  — А с чего бы мы расставались?  — Тебя не было пять чертовых месяца, Тэхён-а!  — Но мы же не расставались.  — Тэ…  — Гукки, не говори глупостей. И она аккуратно достает из рюкзака леденец. Дурацкий леденец, который Чон после секундной заминки вынимает из упаковки и кладет в рот. FIN!