Под объективом папарацци

— Драко, вставай… Драко, — девушка нежно шептала на ушко своему молодому человеку, а тот спал как убитый. Хотя после вчерашней ночи он примерно так себя и чувствовал. Парень закутался в одеяло, и тогда девушка не выдержала. — Малфой!!! Парень резко вскочил с кровати, и тут же его голова загудела, как будто её приложили чем-то тяжелым. — Ой, Панси, ты чего так орешь? Голова же раскалывается, — слизеринский принц стонал от боли, придерживая руками внезапно потяжелевшую голову. — А как тебя еще разбудить? Вчера нажрался с Поттером, а сегодня, между прочим, на работу надо! — На какую работу, м? — голова все еще болела. — Эй, мы не нажрались! Мы всего выпили по рюмочке… — Это ты помнишь только рюмочку! Да вы за воротники закладывали все, что было в баре, даже эту отвратительную маггловскую водку! — Ой, вот только не начинай, а! — Малфой гневно посмотрел на свою невесту и снова укутался в одеяло, тут же почувствовав его тепло. Панси лишь закатила глаза, кинула в парня подушку и направилась в ванную. А Малфой тем временем погрузился в беспокойный сон… Он стоял на вершине Астрономической башни, направив свою палочку на директора Хогвартса. Тот стоял неподвижно, почти не моргал и пристально смотрел слизеринцу в глаза, в которых читался страх. Да, страх. Он боялся убить, но в то же время боялся, что Темный Лорд будет пытать его и мать. Он не думал об отце, как тот не думал о них. В голове гулким эхом отдавались крики Белатриссы, его сумасшедшей тетушки: — Давай, Драко, будь хорошим мальчиком. Убей его. Убей!!! — Драко, ты же не хочешь этого делать, — невозмутимо произнес Дамблдор, все также прожигая его взглядом из под очков. Перед глазами все плыло. Слеза потекла по щеке, но тут же северный ветер осушил ее. Он не понимал, что происходит. — Авада Кедавра! — Неееееееееееет!

***

— Неееееееееееет! Драко вскочил с кровати в холодном поту. Сердце готово было выпрыгнуть из его груди, а ему только и оставлось, что смотреть на дверь в надежде успокоиться. — Это был сон, всего лишь дурной сон… Но этот кошмар он видел почти каждую ночь с конца шестого курса. С тех пор прошло уже семь лет, а он все никак не мог прийти в норму. Слизеринец чувствовал себя виновным за смерть Альбуса Дамблдора, и тот являлся ему во снах, как в наказание. А осознание того, что смертельное заклинание слетело не с его губ, так и не могло его переубедить. Ведь это он привел Пожирателей смерти в Хогвартс. Успокоившись, Малфой направился в душ. Панси уже ушла на работу, а он, как обычно, опоздал. Включив воду, слизеринец тут же почувствовал себя в своей стихии. Последние отголоски сна ушли вместе с пеной, а хорошее настроение пришло вместе с песней, которую он пел в душе, не стесняясь. Ведь никто его не услышит: в квартире никого нет, а соседи уехали, оставив им ключи от квартиры, чтобы в их отсутствие Драко поливал герань. Для Малфоя было дико поливать цветы или вообще делать по дому что-то вручную. Но приходилось мириться с жизнью маггла. После победы Поттера в войне против Волан-де-Морта почти все приближённые к Темному Лорду были либо отправлены в Азкабан, либо изгнаны из магического мира, либо разорены. Семья Малфоя не стала исключением. Люциуса приговорили к поцелую Дементора, а у Нарциссы с сыном забрали поместье и почти все деньги, что были на их счету в банке Гринготтс. Что уж говорить, Малфои стали отбросами общества волшебников. Над ними возвышались и смеялись, как прежде они себя вели с другими. Нарцисса не смогла пережить потерю любимого мужа и насмешки и скончалась спустя два года после победы, а Драко перебрался на самую окраину Лондона, где снимал маленькую квартиру в доме магглов. Парень высушил волосы, почистил зубы и вышел из ванной, все еще напевая запомнившийся трек из последнего альбома великолепных «Ведуний»: — Напою тебя любовным зельем, вместе мы пройдем с тобой по подземелью. И там я сделаю тебе предложение! Малфой открыл шкаф, чтобы выбрать себе костюм. И вот он уже допевал последние строчки из песни, параллельно застегивая рубашку. Он посмотрел в зеркало у шкафа и только тогда заметил, что позади него в мягком кресле сидела очаровательная рыжеволосая леди. — А ты неплохо поешь. Не знала, что хорьки обладают музыкальным слухом. И когда это ты успел полюбить «Ведуний»? На вчерашнем корпоративе? Драко обернулся и увидел свою гостью, которая совсем не стеснялась и даже по-доброму усмехалась над ним. — Как ты сюда пробралась, Уизли? — Во-первых, Поттер. Уже пять лет как Поттер. Тяжело запомнить, что ли? А во-вторых, есть такая замечательная штука, называется «летучий порох», если ты не знал, — ответила Джиннерва Молли Поттер, указывая на камин. Малфой ухмыльнулся, вызвав искреннюю улыбку у девушки, взял со стола чашку уже остывшего жасминного чая и бутерброд, который непонятно откуда взялся. — Это я сделала, — ответила гостья на молчаливый вопрос, который читался в глазах Драко. — Ты же голодный небось. А Панси ничего тебе не оставила, кроме булки и сыра. Вот и решила тебя накормить. Так сказать, картина «Завтрак бедного аристократа». — Очень любезно с твоей стороны, но я бы справился сам, — ответил Малфой с набитым вкусным бутербродом ртом. — Ага, вчера ты тоже «справился сам»… — Ой, и ты туда же, — он закатил глаза, проглотив кусок хлеба. — Все вы девушки одинаковые и злопамятные. Ну перебрал я немного, и что с того? — А то, что ты чуть не сорвал торжественное мероприятие своими выходками. Да и мужа моего споил! — Да он первый начал! — возмущенно, но в тоже время как-то по-детски, воскликнул Драко. — Но я не отношения выяснять сюда приехала. Джинни достала из сумки пудреницу, из которой спроецировался экран с каким-то текстом. — Ого, прям как в маггловских фильмах про шпионов, — насмешливо произнес Малфой. Тут уже Поттер закатила глаза, еще немного повозилась в настройках и, явно добившись нужного ей эффекта, начала свою речь: — Итак, сегодня вечером в поместье Забини состоится бал, на котором объявят, кто же стал избранницей так хорошо тебе известного Блейза. — Да уж, очень хорошо, — слизеринец хмыкнул в подтверждение своего знакомства, а девушка продолжила: — Так вот. Нам нужно узнать, кто она. — А в чем проблема? Завтра все в дешевых газетах узнаете. — Ты дурак? Мы и есть газета! Конечно, не из ряда тех жалких копий изданий... «Ежедневный пророк» всегда должен писать обо всем первым! Мы уже написали статью. Нам требуется только имя счастливицы и ее фото. Вот для этого ты мне и нужен. Драко Малфой допил свой чай и пристально посмотрел на свою начальницу — главного редактора «Ежедневного пророка». — Ну и как же простой фотограф попадет на это закрытое мероприятие? — ухмыльнулся он. — Мы достали три приглашения на бал: для тебя, для Фреда и для Джорджа. Вот только есть еще одна проблема: если к ним все относятся хорошо, то тебя могут и выкинуть как отброса. Поэтому важно, чтобы тебя не узнали. — Ну, знаешь ли, такого красавца, как я, трудно не заметить, — на этих словах Малфой шутливо поправил свою прическу, вызвав улыбку у строгой супруги Поттера. — Но так уж и быть, я постараюсь не привлекать к моей прекрасной персоне внимания. — Вот и отлично! — Джинни уже было направилась к выходу, как что-то вспомнила и остановилась. — Ах да, там будет бал в смокингах и масках. Так что оденься как-нибудь поприличней. Аристократ же… И на последних словах Поттер подмигнула Драко и трансгресировала из его маленькой комнатушки, оставив парня наедине со своими мыслями. Ему снова придется преодолеть себя и пройти через унижения и насмешки. Вероятность того, что его никто не узнает, приравнивается к нулю, и Джинни это прекрасно знала. Он неоднократно пытался вернуться в высший свет, но везде его выгоняли, как бродячего пса, который назойливо просит еду. От него отвернулись все, в том числе и лучший друг — Блейз Забини. И вот ему снова придется идти к нему в дом. В дом, в котором все ему будут не рады. Разве что близнецы помогут предотвратить еще большие высмеивания. А ведь всего этого могло и не быть, если бы не отец… Тот думал только о себе. Наивно верил, что Темный Лорд победит, а сам станет его правой рукой. Люциус шел по головам, омрачая честь фамилии. Да что там говорить, заставлял сына следовать его примеру. А после войны эта самая фамилия стала ругательством, опозорив всю семью. Драко ненавидел отца. Он презирал его, когда тот молил о помощи из Азкабана. Он не горевал, когда из отца высосали душу, и когда он скончался в холодной тюремной камере. Но он захотел повторной смерти отца, когда у него на руках скончалась мать. После этого Малфой-младший стал отшельником. А чтобы не умереть с голоду, устроился в «Ежедневный пророк» фотографом. Ведь это была единственная возможность остаться на плаву в магическом мире. И там не обошлось без нападок в его сторону. Но тогда ему помогли те, от кого он совсем не ожидал помощи: Поттеры и близнецы Уизли. Конечно, сначала и в их взаимоотношениях не все было гладко, но вскоре они стали для Драко близкими друзьями. Можно даже сказать, семьей. Панси решила последовать вслед за ним, вызвав в волшебном мире непонимание и неприязнь. Ведь ее семью оправдали в ходе расследования, так как ее отец не совершил ни одного преступления, будучи в рядах пожирателей. Но девушка влюбилась в Малфоя еще на пятом курсе. Но он знал, что ей просто с ним комфортно. Не сомневался, что она уйдет, когда захочет, забыв про свои же слова о вечной любви. Однако ему было все равно. Ведь его все еще мучала адская боль от приземления после падения с огромной высоты тщеславия и богатства. Незаметно для себя Драко вновь оказался на широкой кровати и вскоре уснул.