Хватит мечтать?

7.13 am. Если утро начинается не с ароматного кофе, как в рекламе, то скорее всего с истеричных криков, от которых не спасет даже громкая музыка. Лина часто опаздывала, и это вошло у нее в привычку. Даже после того, как девушка перевела время на телефоне на тридцать минут вперед, чтобы вставать раньше, ничего не вышло, ведь она к этому быстро привыкла, продолжая просыпать. «Черт! Я опаздываю!» — эту фразу знали все ее соседи, даже не пытавшиеся больше возмущаться по поводу повышенного уровня громкости с утра. Но в этот раз не было криков или чего-то подобного. Лина резко распахнула глаза и рывком приподнялась на локтях. Она прерывисто дышала. Странное чувство поселилось где-то под ребрами. Сердце, бешено стуча, выпрыгивало из груди. «Снова тахикардия?» Девушка слезла с кровати и поплелась на кухню. Налив себе валерьянки из почти закончившихся запасов, она залпом опустошила стакан. Лину давно беспокоило сердце. В прошлом девушка была неустойчива к разного рода стрессовым ситуациям: постоянно переживала, волновалась, накручивала себя из-за мелочей. Прошло полтора года после того, как ее близкая подруга покончила жизнь самоубийством из-за сильных, но безответных чувств к светловолосой. Шок. Лина оказалась в больнице. «Чувства вырывались из груди острыми ножами, будто они хотели меня убить. Но убила здесь только я…» — гласила одна из строчек, принадлежащая записям ее личного дневника. Она винила себя в смерти подруги. Немного позже Лине диагностировали энцефалопатию, а расстройство личности являлось симптомом этой болезни. Девушка надолго замкнулась в себе, большую часть времени проводя вдали от общества. Пытаясь разобраться в своей голове, Лина прочла много книг по психологии, но ничего из этого ей не помогло. Разочарование в людях, апатия — единственные вещи, которые появились вследствие прочтения этих книг. «Психологическая толпа, не имеющая сознания», — так она обозначала общество. Однако именно тогда девушка стала теснее общаться с людьми из других городов через социальные сети. Она познакомилась в одной группе с девушкой по имени Кристина, и они за короткий срок очень сблизились. Настолько, что Лине хотелось верить в то, что новая подруга ее поймет. Но Кристина не оправдала ожиданий. Открывшись, Лина чуть ли ни сразу получила в ответ тупое непонимание, а вместе с этим и нож в спину: Кристина рассказала их общим знакомым об ее проблемах с психикой, переведя это в шутку, назвав девушку глупой школьницей, которая придумывает себе заболевания, так как это сейчас модно. Светловолосая окончательно претерпела крушение своего корабля под названием «Доверие к людям». Состояние Лины ухудшилось. Она в буквальном смысле сходила с ума: внезапно начинала смеяться, не имея сил остановиться, а через несколько секунд из глаз текли слезы; молчала во время разговора, а потом что-то говорила невпопад, при этом глупо улыбаясь; могла довольно сильно ударить кого-нибудь, не понимая, что делает… Девушка чувствовала, будто кто-то управляет ее языком и телом. Она не хотела никому причинять боль, но это выходило непроизвольно. Потеря контроля над собой. Ее личность разделилась на несколько других, которым позже Лина дала имена: «Высокомерие», «Апатия», «Подавленность». Девушка кардинально менялась, переходя в любую из них. Боязнь самой себя, охватившая Лину, заставила ее обратиться за помощью к своей матери, которая, на ее удивление, поверила дочери и немедля отправилась вместе с ней к психиатру. Тот прописал лечение на год вперед. Болезненные уколы, горькие таблетки, которыми светловолосая посадила желудок, вечная затрата огромных усилий на подавление личностей, — все это осточертело девушке. Но ей определенно стало гораздо легче. Правда, впредь и до сих пор она могла быть спокойна, только разговаривая со своим отражением. Так было проще жить. Лина пообещала себе, что никогда больше не доверит свои чувства людям. Так и случилось. Она очерствела. Ничего не выводило ее из себя, ничего не нарушало душевного спокойствия. Личности были подавлены медикаментами, воспоминания были частично стерты ими же, а сама девушка полностью отдалась подготовке к близившимся экзаменам. «Всем нам нужен свидетель нашей жизни», — прозвучала цитата в одном известном кинофильме. И автор ее был определенно прав. Неважно, как тебя оценивает общество: хорошо или плохо, без этой оценки не обойтись. Одни ведут себя аморально, другие, наоборот, культурны и вежливы. И те, и другие хотят получить одобрение окружающих. И все это лишь для самоутверждения. Так и появляется лицемерие. Каждый без исключения боится быть отвергнутым обществом. Оценить нас, как личность, могут только другие, поэтому люди часто забывают настоящего себя в погоне за тем, что угодно подавляющему большинству. Лина прекрасно понимала мотивы поступков Кристины: она испугалась и, не пытаясь как-то поддержать свою подругу, решила свести все ко лжи, обсмеяв девушку перед другими. «Один против всех» никогда в нашем мире не выиграет. Поэтому, а может из-за своей же глупости, все стали поддерживать Кристину в ее интерпретации ситуации. «Психологическая толпа…» Лина не забыла, кем является. Продолжая играть в обществе спокойного, приятного человека, она упорно саморазвивалась, стремясь освоить более высокие ступени жизни. Иногда появлялись симптомы ее заболевания, но девушка старалась не допустить этого. Пока она владела своим телом и сознанием, — ей ничего не угрожало… 7:45 am. С ужасом уставившись на круглые настенные часы, Лина бросилась принимать душ. После наспех натянула узкие синие узорчатые джинсы и широкую бледно-розовую вязаную кофту, посушила короткие волосы, и, быстро обувшись и прихватив сумку с учебниками, приготовленными перед сном, вылетела из дома. В школе было как обычно шумно. Ученики разговаривали между собой с помощью сленга и сокращений слов. Лина испытывала отвращение к подобной речи раньше, но сейчас, привыкнув к этому, она не вслушивалась и воспринимала весь шум не более чем жужжание мухи. Единственное, что девушку иногда напрягало — нарушение ее зоны комфорта идиотами одноклассниками, которым, бывало, приспичит тупо пошутить над ее соседкой по парте. Оставалось всего несколько минут до начала первого урока. Лина невольно поморщилась. Неприятное утреннее чувство появилось снова. Внезапно она вспомнила сегодняшнее сновидение. Задержала дыхание. Стук. Еще один. Она слышала свое учащенное сердцебиение, и это была отнюдь не тахикардия. Сон Лины был о человеке из прошлого, на которого ей до этого момента было плевать. Но что же случилось? Почему ей кажется, будто она соскучилась по нему? Девушка махнула головой. «Что за чертовщина», — протирая виски, подумала Лина. Но осознание странности этого чувства не помогло ей от него избавиться. Как бы девушка ни старалась, но весь следующий урок она продолжала думать об этом человеке, вспоминая прошлое. Прозвенел звонок, выведший Лину из глубоких раздумий. Тяжело вздохнув, девушка достала из сумки свой потрепанный личный дневник, выведя там всего одну строчку: «Я бы хотела снова увидеть тебя…». Она не успела написать что-то еще. Соседка по парте, явно очень заинтересованная личной жизнью Лины, задала ей вопрос: — По кому скучаешь? Кто же этот счастливчик? Светловолосая напряглась. Девушка никогда не говорила о себе, всяческие избегая подобного рода вопросов. Как бы Лине ни хотелось выговориться в этот момент, она подавила свои эмоции и, дружелюбно улыбнувшись, ответила: — Я давно не видела свою двоюродную сестру. Мы с ней очень дружны. Как жаль, что она живет в другом городе. Девушка спокойно вздохнула, увидев по лицу соседки, что этот ответ ее отчасти удовлетворил, хотя она явно надеялась на раскрытие каких-то интересных секретов. Зря. День в школе был абсолютно обычным. Отличался он от других лишь тем, что на уроках Лина была совершенно невнимательна, постоянно проваливалась в воспоминания, не обращая внимания на текущее время. Ее волновало лишь свое прошлое. Она бы полностью ему предалась, если бы ничто не отвлекало. Так как в школе находилось много разных раздражителей, Лина была впервые за долгое время так рада возвращению домой. Девушка, только скинув обувь, распласталась на своей кровати и с наслаждением улыбнулась, погружаясь в согревающие воспоминания. Нет, она не уснула. Наоборот, чувства, которые Лина все ярче и ярче ощущала, призывали ее к какому-нибудь действию. В этот раз девушка решила не сопротивляться своим желаниям. «Ведь надо хоть когда-нибудь совершать странные поступки?»— пронеслось в голове у светловолосой. Появилось ужасающее чувство, что это снова не ее желания. Но послав все к черту, Лина потянулась за телефоном. Она с некоторыми трудностями отыскала переписку годовой давности и, недолго думая, напечатала самый банальный текст сообщения: «Привет. Как твои дела?»