Я отрежу тебе...

      Утро было паршивое. На улице лил дождь, вставать вообще не хотелось. Даже менеджер не был таким активным сегодня и почти не разговаривал. В этом сером тлене вчерашние события казались просто сном, да я и сам не очень и уверен, было ли это в живую.       Как мне и было сказано, первым делом я отправился к «дорогим» стилистам, у которых в отличие от меня настрой и желание перекрасить меня были на высоте. Через 20 минут раздумий было решено сделать меня «вишенкой», от чего настроение моё опустилось вообще на дно. Не люблю я слишком яркие краски, но кто меня будет слушать? Покраской занялась моя обычная стилистка, парня видно вообще не было. Ну хоть что-то хорошее за утро…       Естественно, только я об этом подумал как ву-аля, вот и он! Правда, сегодня он занимался не моими волосами, а какого-то чувака, имени которого я не помнил. Вроде он был танцором или тренером. Сели они справа от меня через одно место, видимо, я новичку тоже по душе не пришёлся. Пфф, ну я переживу. А вот скуку я пережить не могу. Блин, покраска занимает слишком много времени, а ведь она ещё только выводит мой нынешний цвет. Ааа, ещё и настроение плохое, ну что это за утро такое, а?! От скуки я начал перекладывать разные парикмахерские штучки, но это занятие мне быстро надоело, попытался посидеть в телефоне, но мне сказали держать голову прямо, что затрудняет пялинье в экран. И знаете, что больше всего бесит? Весёлые разговорчики рядом с правым ухом. Со мной этот мелкий даже не заговорил, а тут пиздит как не в себя и таким милым дружеским тоном, что просто выворачивает. Учитывая, что делать мне нечего, а заднице скучно, я решил немного послушать, о чём таком интересном они говорят. —…ты был бы очень хорош. Почему ты отказываешься, Сехун? —Не знаю, меня вообщем-то и моя профессия устраивает. То — всего лишь хобби. —Знаешь, для любителя у тебя очень высокий уровень, да и мордашка ничего. Если бы согласился, у тебя было бы много поклонников и поклонниц, а? Ты же точно не отказался бы от поклонниц, паршивец. —Ахаха, хён, прекрати! Нас услышать могут. —Ой, какие мы скромняшки! Ладно-ладно, молчу.       Если бы стилистка не остановила мою голову на том моменте, когда новичок смеялся, я бы точно сломал шею.       «Сехун? Смеётся? Что за нах, этот придурок даже не заговорил со мной, а с этим уже и ржет? Шикарно, блять!»       С другой стороны, меня пробирало любопытство увидеть смеющегося мелкого. В конце концов, я видел только одну его эмоцию и даже не представляю, как выглядят другие. Но, как назло, они больше не смеялись и вообще через пару минут разошлись, а я так и остался с этим пакетом на башке, ожидая конец гребаной покраски.

*****

      В машину я садился, игнорируя все зеркальные поверхности. Я был не в настроении видеть ни свое отражение, ни фанатов, а потому в машину сел прямо в подземной парковке. —Слушай, если так не нравится цвет, мог просто об этом сказать. Зачем себя мучить? —Вообще-то ты лучше меня должен помнить, что было, когда я так сделал. Черт возьми, я два месяца потом работал почти бесплатно! —Ну тогда ты не был таким знаменитым айдолом и… — звонок телефона. Менеджер достал телефон. — Алло? Да… Да, я ещё здесь… Хорошо, сейчас поднимусь, — он отключил вызов и снова взглянул на меня. — Бэкхен, подожди меня в машине, мне нужно кое-что забрать. Я скоро. —Да-да, вали уже, — свалил он правда раньше, чем я это сказал.       «Один. В машине на парковке. Почему я чувствую себя брошенным? Черт, сегодня ужасный день, поскорее бы он закончился… А это ещё что?»       Напротив моей машины, возле ауди, стоял какой-то парень и пытался открыть дверь. Выглядело это, мягко говоря, странно: сначала парень уверенно подошёл к машине, потом выключил ключом сигнализацию, а когда потянул за ручку, чтобы открыть дверь, то резко отпрянул, ухватившись за плечо и сел на корточки. Через несколько секунд он, всё так же сидя на корточках, открыл другой рукой дверь. Затем кому-то позвонил и, ещё немного посидев, наконец поднялся, сел в машину и уехал.       «Наркоман что ли? »       Другого объяснения я найти не мог. Вроде пацан выглядел прилично, и машина была не из дешёвых… Если она его, конечно.       На этом моменте в машину вернулся менеджер с тремя коробками разной величины в подарочной обертке. —Э? Хён, разве у тебя день рождения не через 2 месяца, а? —Я рад, что ты помнишь, когда мой день рождения. И да, это не мне, а моей дочери. Ей сегодня исполняется 15. —Серьёзно? Чего ты мне ничего не сказал? —Ну, у тебя сегодня и так день был не очень, да и… —О боже, хён! Такая новость меня бы только обрадовала! —Да? Тогда извини… Вообще-то у меня есть к тебе одна просьба: моя дочь — большой твой фанат и очень просила привезти тебя. Ясное дело, что это невозможно, поэтому ты можешь оставить ей автограф? —А в чем проблема мне приехать? —Что? —Говорю, если ты не против меня отвезти, то я лично поздравлю и оставлю ей автограф. —Господи, конечно не против, но ты же занят и… —Дадада, просто отвези меня к дочери и всё! И в следующий раз предупреждай заранее, а то без подарка приходить неприлично.       Вай, менеджер-хён такой милашка! Когда дело касается работы, то увереннее и собраннее него человека просто не найти, но когда дело касается лично его, то становится такой скромняшкой!       По дороге он рассказал, что кроме меня из компании будет ещё человек 15, а это значит, что будет бухлишко, хе-хе. Встретившись в зеркале взглядом с менеджером, я сразу понял, что с мыслями я спалился и, не выдержав упрекающего взгляда, повернулся к окну, в котором не без удивления я обнаружил уже знакомую мне ауди.       «А вот это уже интересно. Совпадение?»       Мы стояли на светофоре, и я отчаянно пытался разглядеть водителя, но ни черта не увидел. Только то, что он был в кепке. Потом загорелся зелёный, и мы газанули, оставив ауди позади. Через какое-то время мы наконец доехали до дома менеджера: это был небольшой двухэтажный домик в частном секторе, откуда уже с ворот доносилась музыка. Здесь было очень много машин, видимо, гостей пришло немало. И только мы уже хотели зайти в дом, как к воротам подъехала ещё одна машина, которой я очень удивился. Да, подъехала та самая ауди, и, как оказалось, это было не самое удивительное… Из машины вышел и попер в нашу сторону (да, я в курсе, что вы все уже догадались, но я тогда был реально удивлён!) — сам О Сехун! Вот кого-кого, а его я никак не ожидал здесь увидеть. Когда они с менеджером вообще познакомиться успели? А хён тем временем пошёл красавчику навстречу, поблагодарил за то, что тот пришёл, и пригласил в дом, а этот, в свою очередь, тоже был таким любезным и милым, что прям начинаешь сомневаться, Сехун ли это. У входа мы вплотную встретились, и в свой адрес я получил холодный взгляд и еле заметный поклон. Да что не так с этим парнем, а?! Хотя… Раз уж это его машина, значит парнем на парковке тоже был он, а следовательно, с ним точно что-то не так. Лучше держаться от него подальше, вдруг это заразно.       Когда я зашёл в дом, голова моя хотела вылететь в окно: громкая музыка била по мозгам, как молотком, мелькающие повсюду детки-тинейджеры пытались танцевать, но смотрелось это как агонии из хоррора, а запашок…ну, мужские носки отдыхают. Из-за всего этого дерьма, меня внезапно накрыло чувством дежавю: громкая музыка, дрыгающие тела, запах пота с парфюмом… Точно, клуб! Как я мог про это забыть? Меня, чёрт возьми, чуть не избили, а я хожу, как ни в чём не бывало, и тот парень… —ВАААААААААААААААААААА! Это же Бэк! Сам Бён Бэкхён! Боже мой, я сейчас умру! — как мне нашептал менеджер, эти визги принадлежали его дочери. —Привет, — правда, в возрастающей какофонии голосов всех пришедших, меня уже никто не слушал.       Когда все немного успокоились, ко мне подошла именинница и попросила прощение за такой приём, мол, она не верила, что приду, и была очень удивлена, а я поздравил её с днем рождения, мысленно моля, чтоб она не грохнулась в обморок от счастья, раздал её друзьям автографы, а потом меня наконец вывели из этого ада на задний двор, где тусили взрослые. Там меня от менеджера забрали мои товарищи из компании и сразу подсунули в руку бокал. А я что? Они первые начали, я ни причём. Так, болтая и бухая, мы довольно весело проводили время, пока моё внимание не привлекла другая группа людей. Точнее группа дам, в центре которой возвышался наш стилист-новичок. Девушки на нём просто висели, а он стоял и мило улыбался. МИЛО УЛЫБАЛСЯ! Чёрт, я почему-то почувствовал себя каким-то ущербным, то ли из-за зависти, то ли из-за злости, то ли я просто перебрал. Скорее последние, но пихать в себя алкоголь стал в два раза быстрее и скоро я был просто в хлам. Я даже задремал и проснулся, когда меня посадили в машину. Ещё мне в руки дали бумажный пакет, но я его постоянно откидывал, ибо «мне не нужен пакет, дайте мне поспать, уёбки!» И я снова задремал и в этот раз проснулся из-за кочки на дороге. Я не хило так ругнул менеджера за отстойное вождение, а потом закрыл глаза в надежде снова уснуть, но спустя мгновение они сами собой резко распахнулись, так как кое-что было не так: запах в машине был не тот, что у менеджера, и только сейчас я заметил, что и сиденье совсем другое. Первая мысль — «меня похитили!» Я боялся посмотреть в сторону водителя и увидеть гангстера с автоматом на коленях и рубашкой с пальмами. Почему с пальмами, я сам не знаю.       Через минуту я наконец решился посмотреть в лицо своему похитителю, и неважно, что он со мной сделает, я готов ко всему. Я резко, даже истерично, поворачиваюсь в сторону водителя, но что-то пошло не так, и я тупо всем весом наваливаюсь на него и… Оказываюсь нос к носу с СЕХУНОМ! У него в глазах шок и испуг, ибо если бы он не вывел и не остановил машину на обочине, хрен его знает, где бы мы были. Но от этих маневров я только сильнее к нему прижался. Он повернулся ко мне с такой яростью в глазах, что будь я чуточку трезвее, то уже давно мотал оттуда и был бы где-то очень далеко, но сейчас я был лишь в двух см от его лица и думал, какой же, сука, он красавчик! —… Гребанный алкаш, я с тобой разговариваю! —Как же повезло… —Чо? —Девушке, чьим ты станешь, — я действительно думал именно об этом. Кем бы она не была, она выиграет самый крупный джек-пот в своей жизни.       После этого в машине нависла тишина. Кажется, он был в замешательстве, а я продолжал на него пялиться. Я был не прав насчёт его эмоций — глаза очень даже красноречивы. Правда, всё это быстро прошло, и его лицо вновь приняло режим «ноль». —Убери, — его голос тоже вернул свою обычную холодность. —Что? —Это, — он глазами указал куда-то вниз.       Проследив за его взглядом, я увидел свою руку, лежащую прямо у него между ног. Воу, видимо, упала «удачно», но убирать её я не спешил, а лишь продолжал тупо пялиться, пока раздраженный мелкий сам не отодвинул меня на своё место и пристегнул. В руки мне опять впихнули пакет, из которого я благополучно сделал самолетик и отправил в полёт за окно. Сехун было хотел отругать меня, но, видимо, счел это бесполезным и лишь сильнее надавил на газ.       Через несколько минут машина снова остановилась, но не потому, что мы приехали, а потому, что кому-то приспичило поблевать. Так как пакет улетел, а я был пристегнут, то добрая половина блевотины мило расположилась под моими ногами в машине. В сторону водителя посмотреть у меня не было времени, но исходящие из его стороны электрические разряды заставляли меня не хило так побеспокоиться о своей жизни, даже будучи бухим в хлам. Наконец выйдя из машины, не без помощи Сехуна, я чуть снова не свалился из-за резкого наплыва свежего воздуха, но опять же меня поймал мелкий, и я крепко ухватился за его рубашку, чуть не порвав тонкую ткань. На удивление, он ничего не сказал. На улице было уже темно и, после тёплой машины, очень холодно, прям до дрожи, а я чувствителен к холоду, и поэтому мне ничего не оставалось, как прижаться к единственному источнику тепла — Сехуну. Сначала я просто подошёл к нему вплотную и несколько секунд ждал, что он мне сделает. Он никак не реагировал. Немного осмелев, я обхватил его руками вокруг талии, а затем, ещё немного подождав, пустил их под рубашку. Его тело было очень горячим, и я прижался к нему ещё сильнее, пытаясь охватить руками как можно больше горячей плоти. Идеально! Я достиг самой оптимальной для себя температуры, его сердцебиение действовало на меня успокаивающе, а поднимающаяся при вдохах немаленькая грудь заставляла чувствовать себя в безопасности.       Я хотел стоять так вечно…