Я отрежу тебе...

      Её лицо медленно вытянулось в удивлении, а чашка кофе так и осталась в воздухе, не дойдя до губ. Но от меня так же не ускользнули и те яркие искорки радости в ее глазах, которые она почти сразу попыталась скрыть.       Она что-то мямлила, типа « это неожиданно» и «что на тебя нашло», но мы оба понимали, что она хочет этого гораздо больше меня и сейчас тупо колышет воздух, играя недотрогу. Ненадолго её хватило, правда: уже через несколько минут мы сидели в полном молчании, играя в гляделки. Первым взгляд отвела она (даже в такой ситуации я приписал себе очко за победу) и, тяжело выдохнув, встала, расстегнула молнию на платье и села передо мной спиной на колени. Я аж крепче вцепился в кружку, которую до сих пор держал в руках.       Что ни говори, а тело у неё шикарное. Несколько секунд я наслаждался видом её светлой на фоне голубого платья кожи издалека и только после этого потянул к ней руку.       «Вау, а она светлее, чем я помнил. Такая гладкая, но в то же время очень упругая, и через неё чувствуются движение крепких мышц… »       Моя рука вдруг автоматически замерла, а глаза стали такими же огромными, как и у Тэён несколько минут назад. Почувствовав, что я остановился, девушка повернулась лицом и спросила, всё ли в порядке. Вот только никакую девушку я там не видел: для меня там находился человек с крепкими широкими плечами и лицом, на котором не было эмоций, но в глазах была испепеляющая ярость.       От всего этого голова пошла кругом, и я чуть не рухнул на плиточный пол кухни, лишь в последнею секунду восстановив равновесие и сумев удержаться на высоком стуле. Подняв голову на человека передо мной, я уже не увидел яростных глаз, вместо них ко мне был прикован полный беспокойства взгляд Тэён. Признаков кого-то ещё здесь не было.       «Кажется, я схожу с ума… »       Мне потребовалось немало сил и времени, чтобы убедить её оставить меня одного и наконец выпроводить из квартиры. Как только это случилось, я не спеша пересек прихожую и небольшой коридор, внимательно рассматривая стены, и очутился в зале напротив стеклянного журнального столика. Этот столик мне понравился сразу, как только я увидел его в магазине. Помню, я ещё заплатил за него двойную цену, так как он был последним, и его уже отложили для кого-то. Всё из-за его ножек необычной завернутой формы и очень тонкого стекла на крышке… осколки которого через секунду разлетелись по всей гостиной. Руку жгло от многочисленных царапин, полученных при ударе, и, возможно, нескольких застрявших в ней осколков. Кровь тонкими ручейками скатывалась по моей кисти и капала на светлый ковёр, оставляя на нем сильно заметные тёмные пятна…

*****

      На следующий день на работе я появился с перевязанной рукой и пластырем на щеке (один ловкий осколок добрался и до туда). И, кажется, каждый считал своим долгом по несколько раз узнать, что случилось, в порядке ли я и не болит ли ничего, а мне приходилось натягивать улыбку и сто раз отвечать «нет, всё хорошо», «спасибо за заботу» и т.д. В обычной ситуации я счел бы это всё даже милым, но сейчас мне было на всё это глубоко плевать. Я был зол. Чертовски зол. Поэтому, когда я увидел в коридоре, как всегда, окруженный девицами объект своей ненависти, то сразу же схватил того под локоть, буркнув «на минутку», и потащил в конец коридора, где располагалась старая студия. Благо, она была открыта.       Буквально затолкав туда почти двухметрового парня, я защелкнул дверь изнутри (на всякий случай) и наконец повернулся к нему лицом. У него как всегда были идеально ухоженные волосы, немного подозрительный взгляд, слегка поджатые губы и голубая, свободная атласная рубашка с завернутыми ¾ рукавами и заправленная спереди в штаны. Две верхние пуговицы были расстегнуты, а третья держалась только наполовину и готова была расстегнуться в любой момент. Проследив за моим взглядом, Сехун автоматически отошёл на пол шага назад, а потом опомнился и, сделав шаг вперёд, вызывающе кинул: —Что? Нравится? —Чтоооо? С чего бы вдруг мне должна нравится мужская шея? —Ну не знаю, может потому что ты впивался в неё, как хищник в добычу?       Тут уже шаг вперёд сделал я. —Никто бы никуда не впивался, если бы кто-то в открытую не развращался надо мной! —Чего? — снова шаг вперёд. — Ты сейчас к чему клонишь? — его взгляд стал более угрожающим, и он почти уже нависал надо мной. —А что? — не оставаясь в долгу, тоже сделал шаг вперёд, от чего сократил расстояние между нами до минимума. — Хочешь сказать, что просто ключи искал? Думаю, можно было придумать кучу других способов, но ты выбрал самый извращ… —Я НЕ ГЕЙ!       Можно только удивляться, как у него пар из ушей не пошёл. Я прям почувствовал, как меня сносит ударной волной. Он меня на пару секунд выбил из колеи, но я и сам тогда был не в лучшем расположении духа. И только я открыл рот, чтобы ответить ему чем-то колким, как внимание моё снова привлекла одна деталь: третья пуговица (та самая, что держалась на честном слове) благополучно расстегнулась, ещё больше открывая его грудь, и также открывая больший обзор на шею, на которой из-под голубой рубашки сильным контрастом виднелся не хилый засос. И я точно знал, что это не одна из его подружек оставила подарочек. Уж простите, но свои засосы я точно узнаю. Однако, видеть его на шее парня… Ну… Мягко говоря, я был в шоке.       Кажется, мелкий что-то прокричал мне, но я уже ничего не слышал. Я просто сбежал. Бежал со всех ног, а в голове крутилась картинка засоса на его белой шее, рядом с голубым воротником рубашки, и крик «Я НЕ ГЕЙ!»       Мне просто тошно от самого себя.