Возьми мое сердце...

Алёна видела, как напряжён и угнетён Толик, и ничем не могла ему помочь. Она даже не думала, что нахальный Вовка может приехать не один. И — на тебе! Ей страшно хотелось врезать «по наглой рыжей морде», чтобы мозги на место встали. Но — увы! — это было невозможно, просто сил не хватит. Значит, надо поговорить с Анатолием. И женщина не стала откладывать разговор в долгий ящик. И как только Света была спроважена на улицу под благовидным предлогом, хозяйка решительно начала:  — Толя, ты только на меня не сердись, ладно?  — Ты о чём, Алёнушка? — с напряжённым удивлением спросил тот, медленно рассыпая сахар по яблочным долькам.  — Это я заставила Лёлика позвать вас обоих сегодня. Я думала, что поговорю с Вовкой, заставлю его хоть немного задуматься. Чтобы он перестал тебя мучить! Я же вижу, что ты совсем с лица спал, похудел, под глазами круги. Ты несчастлив, Толенька! А мы с Лёшкой виноваты… — из глаз Алёны потекли крупные слезы. Анатолий растерялся. Он никогда не знал, как нужно успокаивать плачущих женщин, но потом решил, что от объятий никому хуже не станет. И притянул соседку к плечу, чуть поглаживая по вздрагивающей спине.  — Ну, что ты, Алёнка?! Не надо плакать. Всё хорошо. Я не сержусь. И вы с Лёшкой ни в чём не виноваты! Вы же не могли предугадать, что всё так получится. Что я влюблюсь, что Володя окажется таким… Все думают, что я не вижу, не знаю, не замечаю. Но я же «не сплю, не пьян, не под наркозом»! (5) Просто люблю я его… А он из меня посмешище делает, издевается, как хочет. Это ж он меня родителям сдал! Я только потом понял, что он это специально подстроил… Господи, да я чуть не умер от позора и ужаса, когда узнал, что у отца из-за этого с сердцем плохо было. А этому — хоть бы что! Позавчера ушёл и два дня не появлялся дома. Не позвонил, даже СМС не прислал. Я устал, Алёнушка, так устал от всего этого… Наверное, я его выставлю. И пусть делает, что хочет. Нет у меня больше сил терпеть и его самого, и его жестокие закидоны. Пусть ищет себе другую игрушку. Да хоть модельку эту… Это была последняя капля. Лучше уж одному сдохнуть, чем так. Ты меня одобряешь? — Толик чуть отстранил женщину от себя и мягко вытер ей мокрые дорожки на щеках. — Не плачь. Я сам виноват, мне бы его сразу послать, а я рассиропился, как тряпка… Теперь всё будет по-другому, обещаю.  — А вдруг не сможешь? — жалобно спросила Алёна и хлюпнула носом.  — Смогу. Мужик я или не мужик?! В конце концов, я — человек, а не кисель. А любить кусок дерьма — честь невеликая и радость никакая.  — Толь, я тебя поддержу в любом случае, ты так и знай! Хоть мы с Вовкой знакомы чёртову тучу лет, я выбираю тебя! — торжественно поклялась женщина и ласково улыбнулась. Анатолию вдруг стало так тепло и радостно от того, что кто-то в него верит, его любит, его поддерживает и защищает. И не потому, что может от него что-то получить, а просто так. И захотелось оправдать такое доверие, подтвердить правильность выбора. Он чмокнул Алёну в припухший носик и подмигнул:  — Смотри представление! Толик расстегнул на приталенной рубашке еще пару пуговиц к тем двум, что уже были не при делах, вытащил рубашку из брюк, которые спустил пониже на бёдра, взъерошил свои тёмные волосы и снова подмигнул женщине, но уже с лукавой улыбкой. Его подтянутая фигура мелькнула в дверном проеме, на ступеньках прозвучали шаги, а через миг с улицы послышалось протяжно-жеманное:  — Ми-и-и-лый, ты даже не поздоровался со мно-о-ой. Пра-а-а-тивны-ы-ый! То «давай займемся сексом», а то даже «привет» не скажешь! Ну-у-у, поцелуй своего зайчика, люби-и-и-мый! На первых звуках этого шоу Алёна выскочила на крыльцо и увидела, как вытягивается лицо Владимира, как бледнеет Ивонна, как ошарашенно замирают Антон и Семён, а шокированная Светлана начинает икать от неожиданности. А Анатолий, провокационно покачивая бёдрами, подходит к Вовке и запечатлевает на его губах смачный поцелуй. После чего проводит пальцами по щеке, спускается по шее и негромко и очень интимно спрашивает:  — Ми-и-и-лый, а что сказал доктор про сыпь в паху? Глаза Владимира вылезают из орбит, ужаснувшаяся модель отскакивает на пару шагов, её каблуки пулемётной очередью стучат по плиткам дорожки, а истошный вопль доносится уже из-за калитки:  — Я уезжаю немедленно! И ты мне больше не звони! А Анатолий, вдруг резко потерявший свою томность и жеманность, категорически рубит короткими фразами:  — Ты мне — никто. Ты мне не нужен. Убирайся из моей жизни. Оставь ключи от квартиры и машины здесь и сейчас и пиздуй на все четыре стороны. Твои вещи я пришлю с курьером. Ты — ничтожество и тварь, который недостоин моей любви. Я не хочу тебя больше знать.  — Да пошёл ты! Пидор грёбаный, ты сам хотел, чтобы я тебя трахал! А теперь — «ты мне не нужен», да? Да кто ты такой?! Кусок дерьма! Это ты никому не нужен, у тебя ничего нет, и сам ты — ничто! — Владимир в ярости махал руками и брызгал слюной. — И машина — моя! Хрен, я её тебе оставлю! Ты мне её подарил, она — моя!  — Нет, — раздался спокойный ответ, — я тебе доверенность не давал, а оформлена она на меня. Так что свободен, безлошадный ты наш. Язвительная ухмылка Анатолия добила Вовку, рыжий выдернул из кармана ключи, швырнул их в сторону бывшего любовника и повернулся к Алексею, молча наблюдавшему этот «цирк с огнями»(6).  — А ты что молчишь, друг, называется?! Притащил в нашу компанию долбаного пидора и молчишь?  — Знаешь, Вов, я всегда считал тебя легкомысленным, но не злым. А теперь понимаю, как ошибался. Я не знаю, как ребята, а я больше с тобой на одном поле срать не сяду. Ты мне не друг, я знать тебя не хочу. Уходи. Совсем. И никогда больше мне не звони. Владимир резко развернулся к Антону и Семёну и подковырнул:  — Тоже будете гнать? Или у вас всё-таки своё мнение есть? Антон прищурил голубые глаза и мягко ответил:  — Гнать тебя отсюда мы не имеем права. Мы здесь сами в гостях. Но сказать своё мнение право имеем. И я говорю: «Сука ты, Вован!» Я тоже не хочу больше иметь с тобой ничего общего. И буду просить прощения у Анатолия, что не распознал гниду в бывшем друге. Семён тоже не смолчал и, глядя с ненавистью в лицо Владимиру, сообщил:  — Падаль ты, Вовка. Никогда бы не подумал, что скажу такое. Но то, что я видел последние месяцы, это… Слов нет, паскудство одно. Не прощу тебе. Владимир вдруг как-то съёжился, опустил голову и побрёл к калитке. Друзья от неловкости не могли смотреть в глаза друг другу. А Анатолий стоял и думал, что никогда в жизни он не получал такой безоговорочной поддержки от своих немногочисленных близких. И тихонько радовался тому, что у него, кажется, стало на три друга больше… Возникшую неловкую паузу порвала на британский флаг возмущённая Алёна:  — Нет, как вам это нравится?! Сделали все правильно, поставили подонка на место, защитили хорошего человека — хоть и поздно! — и замерли в непонятках! Можно подумать, что вам стыдно за свой поступок! Прекратите рефлексировать, у нас всё-таки праздник!  — В самом деле, — заметил самый рассудительный и здравомыслящий Антон, — мы же всё правильно сделали. И нечего себя поедом есть. Толь, ты прости меня, что я тебе не открыл глаза на своего друга… бывшего друга… Но кто же знал?..  — Перестань, Тоха, ты ни в чем не виноват. Я сам дурака свалял… повёлся на красивую обложку. И хватит обо мне! Лёша, с днём рождения! — и с этими словами Анатолий вынул из кармана брюк продолговатую серебристую коробочку. — Держи, пользуйся на здоровье! Растерявшийся Алексей уронил в траву вилку для мяса и забормотал:  — Я ж сказал, не надо… подарков не надо… только пива и закусь… а ты вон… зачем… Толик вложил коробку в руку Лёшки и сказал:  — Ты же меня не слушал, когда на праздник приглашал! И я тебя не послушал. Так что квиты! Покрасневший Лёлик сдвинул крышку, вынул кожаный чехол и с удовольствием выдохнул: внутри лежал швейцарский складной нож с огромным количеством лезвий, отверткой, штопором, ножницами и другими полезными вещами. Гордый подарком новый владелец тут же начал пробовать всё подряд, требовал восхищения и зависти от окружающих и сводил с ума женщин громкими восклицаниями. Даже чуть не забыл про шашлык! Но Алёна вовремя пресекла этот восторженный фонтан и позвала всех к столу. _______________________________________ Примечания (5) — «не сплю, не пьян, не под наркозом» — цитата из фразы Глеба Жеглова (В.С.Высоцкий) из т/ф «Место встречи изменить нельзя». (6) — «цирк с огнями» — из словаря русского арго (или советский цирк, цирк с огнями, цирк с конями, к нам приехал цирк и т. п.): смешная, абсурдная, крайне странная ситуация.