alzheimer's disease

      Прошло несколько лет, а в моих снах все еще появляется Пак Чимин. Сначала этот страх селится глубоко внутри, и я не могу справиться с этим, просыпаясь ночью в холодном поту, пока не понимаю одну важную вещь. Чимин бы не стал злиться, ведь он так легко все прощал и так сильно любил. Он просто не в силах злиться, потому что это груз, в первую очередь, непосилен для него самого. Я возьму всю твою ненависть на себя, Пак Чимин, и буду ненавидеть себя в разы сильнее.       Теперь я спокойно засыпаю в надежде увидеть его лицо. Мягкие щечки и пухлые губы, хитрые глаза и нежную, самую добрую улыбку. - Хе-е-ен, не трогай, - возмущается парень, когда я дергаю его щечки. - Прекрати. - Ну чего ты? Они такие мягкие у тебя, - я снова трогаю его щеки, замечая как Чимин краснеет от злости. - Мин Юнги!! - Тише, - я улыбаюсь ему и замечаю ответную легкую улыбку на его детском лице.        Кажется, я сумасшедший, раз так боюсь забыть о покинувшем этот мир человеке. Все говорят, что такое оставляют в прошлом и живут дальше, но у меня не получается. Нет, я даже не стараюсь отпустить это. Я никогда не забуду о нем. Не хочу забывать. Пускай осознание того, как сильно Чимин был дорог мне, пришло очень поздно, я до сих пор сохраняю его облик, смех, искренность в глазах очень глубоко в своем сердце. Теперь невозможно оторвать эти воспоминания, даже нет шанса выколоть их оттуда. Они настолько прикоренились там, что лишись я их, мир потеряет краски. - Хен, как думаешь, почему красный цвет ассоциируется с любовью? - спрашивает Чимин, когда мы сидим возле его подъезда на скамейке. Его уже ждет дома мама, а я наслаждаюсь последними минутами его присутствия. - Мм, возможно, я знаю ответ, но тебе, мелочь, не понять, - я усмехаюсь, словно дед, знающий о жизни все. -Юнги-и, - как всегда ожидаемо ноет младший, а я таю, вслушиваясь в нотки этого голоса. - Хорошо, - я наклоняюсь к младшему, оставляя на его лбу легкий поцелуй. Парень краснеет. Вот он, цвет любви. Чимин не понимает, лишь смотрит своими глазенками, заставляя смущаться и меня, а после хватает рюкзак и убегает.       Я так скучаю по Чимину, что ноги сами после работы часто ведут меня к нему. И совсем не потому, что я чувствую вину, мне кажется это необходимым. Что бы не случилось, я прихожу и рассказываю ему, ведь первым об этом должен знать Чимин. Мне кажется, он всегда сидит рядом и слушает с улыбкой на лице. Он трогает мое плечо, когда мне грустно и легким потоком ветра пытается остановить мои слезы.       На его плите лежат бабочки, которые я вырезал из бумаги. Его взгляд всегда заманивали подобные безделушки, но он так радовался этой простоте, как никто не умеет. Пак Чимин умел видеть незначительное, но делать его таким божественным. - Юнги, прости.. Я не знал, что это твои документы.. - Чимин держит в руках ножницы и незаконченную бабочку, а я закрываю глаза, чтобы не разозлится еще больше. - Уйди. Я не хочу тебя сейчас видеть. Хен недоволен тобой. - Ты можешь меня ненавидеть. Ненависть тоже чувство.. - Чимин.. Я не собираюсь тебя ненавидеть. Тебе просто не стоило брать м.. - Хорошо, прости, хен.       Я переделываю всю работу в последнюю ночь перед защитой проекта, а Чимин лишь молча готовит кофе и ведет себя очень тихо, чтобы никоим образом не потревожить меня. Когда я просыпаюсь, парень еще работает с компьютером, протирая сонные глаза.       Возможно, скоро я себе кого-то найду. Это будет парень, который ничуть не схож с Пак Чимином. Нигде больше не найти таких глаз, которые никогда не осуждали и всегда верили. Невозможно найти такие руки, которые бы так нежно гладили по голове и так аккуратно касались лица с утра. Нельзя допустить того, чтобы в мою жизнь попал еще один такой человек, потому что Пак Чимин лишь один такой. В моем сердце. - Чимин, - откликаюсь сонно на прикосновение рук Пака. - Холодные. Я обнимаю мальчика, накрываясь одеялом с головой. - Хен, уже утро, хватит спать. - У нас выходной, давай еще немного поспим, - переосилив лень, проговариваю я. - Вообще-то сегодня день рождения твоей мамы, Мин Юнги! Я открываю глаза, всматриваясь в лицо Пака. - Мы отпраздновали его неделю назад.       Мне очень не хватает Чимина. Если бы я был немного увереннее в себе и сильнее, все могло быть иначе. После работы я бы приходил домой, где комнату захватил бы запах свежих булочек, а не сюда, где пахнет свежескошенной травой, чтобы не зарастали плиты. Меня бы поддерживали объятиями и поцелуями, а не надеждой на то, что Чимин сейчас рядом и слышит меня. Я бы слышал каждый день его голос, а не отворял его в своей памяти. И не пришлось бы вырезать этих глупых бабочек, Чимин бы украсил ими всю квартиру, чтобы наслаждаться.       Я оставляю еще одну бабочку, не сдерживая вновь слезу. Дует легкий ветерок, и я сквозь слезы улыбаюсь.