Суровые будни мини-Папируса

После случая с носком Папирус не разговаривал с братом до самого вечера. Он все же сумел выбраться из пыльного плена, при этом на собственных костях ощутив великую силу земного притяжения. Теперь младший мог уверенно сказать, что побывал во всех кругах ада. Все произошедшее за день очень сильно вымотало Папируса. С каждой минутой он зевал все громче и протяжнее, но самому подняться на второй этаж не хватало сил. Санс, проходящий мимо, заметил это. — Тебя отнести в комнату? — спросил он, склоняясь над Папирусом. Младший презрительно фыркнул и демонстративно отвернулся. — Ну, как хочешь. Санс пожал плечами и направился на второй этаж, как сразу же был окликнут братом. Все же сон брал вверх над гордостью. — Я передумал, — высокомерно произнес Папирус и сложил руки возле грудной клетки. Санс ухмыльнулся и подставил руку Папирусу. Он, немного помявшись, все же сел на ладонь к брату. Пара минут, и вот Папирус лежит у себя на кровати. Сейчас комната казалась особенно пугающей, а лунный свет отбрасывал жуткие тени стоящего рядом дерева. И хоть он знал, что в шкафу никого нет, но сейчас Папирус готов был поклясться, что слышит шорох где-то в глубине. Вдруг кто-то решил похитить Великого Папируса и ждет подходящий момент? И он, не успев сообразить, окликнул уходящего брата. — Да, бро? — Санс просунул череп в дверную щель и посмотрел на Папируса. — Можно мне... — он замялся, но страх оставаться одному в огромной темной комнате взял вверх, поэтому Папирус тут же мотнул головой и уверенно продолжил: — переночевать у тебя? — Конечно, — Санс молча взял Папируса и направился к себе. Младший молча, с гордо поднятой головой сидел на ладони и делал вид, что так и должно быть. Санс тихо хмыкнул. Иногда братцу становится страшно, поэтому он ночует у него. В данной ситуации это было вполне ожидаемо и логично. Даже детские кости пришли бы к такому выводу. Дверь тихо скрипнула, представляя взору жуткий беспорядок. По привычке Папирус закатил глаза, и Санс улыбнулся. Всегда, когда младший брат заходит в комнату, то закатывает глаза и ворчит. Это уже стало традицией, которую нельзя нарушать. Не включая света, он добрался до кровати, положил Папируса на подушку и лег сам. — Спокойной ночи, бро, — сказал Санс, но в ответ была тишина. «Утро вечера мудренее», — подумал он и плотнее закутался в одеяло. ***** Утро добрым не бывает. Особенно если твой брат рано встает. И в особенности, когда он маленького размера и прыгает по твоей лобной кости, крича о том, что пора вставать и готовить великолепный завтрак для Великолепного Папируса. — То есть ты на меня больше не обижаешься? — спросил Санс, когда вместе с братом на плече спустился на кухню. Папирус лишь молча отвернулся, всем видом показывая свою обиду. — Хех, на обиженных кости возят, бро, — подмигнул Санс, глядя на насупившегося Папируса. Он решил не заморачиваться с завтраком, поэтому разогрел брату позавчерашние спагетти. Пока радостный Папирус пытался придумать, как съесть данный завтрак, Санс направился в комнату за кое-каким предметом. Вернувшись на кухню, он обнаружил Папируса, который сидел с задумчивым видом на краю стола с вилкой в руке, на которую была намотана макаронина. Недолго думая, Санс сыграл короткую и столь нелюбимую братом мелодию на тромбоне. От неожиданности Папирус с диким воплем упал вниз, но сразу же соскочил и стал испуганно озираться вокруг. Увидев смеющегося Санса, он поднял вилку над собой и грозно начал ею трясти. — Санс, какого черта ты творишь?! — взревел он, чем вызвал еще больший смех. — Ты был сильно задумчив, поэтому я решил ПОДБЕДРИТЬ тебя. — Санс! Ну почему утро наступило именно так?! — прокричал Папирус, тряся столовым прибором. Санс пожал плечами и направился в гостиную к своему излюбленному дивану. Папирус хотел закричать очередную поучительную тираду по поводу шуточек брата, как услышал звонкий лай. Он медленно обернулся и увидел надоедливого пса, который сидел возле стола. Обрадовавшись, что на него обратили внимание, пес радостно залаял. — Санс? Ты не хочешь помочь мне? — проорал Папирус и со всех ног устремился в гостиную, при этом держа в руках вилку. — Ты же обижен на меня, а на обиженных кости возят. Или ты забыл? — Санс весело хмыкнул. Надо же эту ситуацию сделать поучительной. — Я, Великий Папирус, официально прощаю тебя! Санс не отреагировал на столь внезапное прощение и с заинтересованностью продолжил наблюдать за бегством брата. Это столь веселое зрелище гораздо интереснее тех шоу, которые показывают по зомби-ящику. Он быстро раскусил план Папируса, а именно спрятаться под комод. Папирус почти оторвался от надоедливого пса, но злосчастная вилка сыграла с ним злую шутку, а именно макаронина, которая решила размотаться в столь неподходящий момент. Папирус споткнулся, чем и воспользовался пес. Радостно схватив свою добычу, он с довольным видом помчался к Сансу. — Хороший пес, — Санс погладил его по голове и забрал уже изрядно обслюнявленного Папируса. — Ну, че как, бро? — Ты знаешь, “че как”, брат! — Папирус яростно затопал ногами. — Меня обслюнявила какая-то жалкая надоедливая псина! Это просто возмутительно! Такой неподобающий вид совсем не в духе Папируса! Санс тихо хмыкнул и прикрыл глаза. — Зато теперь ты знаешь, что... — На обиженных кости возят, я понял, — беззлобно буркнул Папирус. — Хех, молодец, — Санс взял брата на руки. — А теперь тебе надо вернуть прежний великолепный вид, поэтому мы направляемся в ванную. — Как только я верну свой прежний рост, я сотру тебя в костный порошок, нья-ха-ха-ха, — грозно произнес Папирус и рассмеялся. Санс лишь улыбнулся.