Агония

Оуджи бежал вперед, не разбирая дороги. Он несколько раз натыкался на деревья и кусты, а иногда чуть ли не падал, спотыкаясь о камни и корни. В голове билась лишь одна мысль: "Нуки, Нуки, Нуки...". Он не позволит этому случиться! Только не с Нуки! Если бы только у него не было этой проклятой материнской защиты, он смог бы накинуться на ангелов и попытаться спасти возлюбленного. Хотя шансов у него все равно бы не было, но это лучше, чем стоять и смотреть, как Нуки казнят, не в силах что-либо изменить. Он должен, должен хоть что-нибудь сделать, чтобы предотвратить неизбежное! Перед глазами парня всплыл образ улыбчивого ангела с черной прядкой в золотистых волосах. Оуджи стиснул зубы, чувствуя, как внутри взрывается ком пронизывающей боли, которая, не найдя другого выхода, начинает медленно растекаться по венам. На Великой площади уже начинал собираться народ. Ангелы все продумали: само место казни, как и дорожка к нему, было огорожено прозрачным барьером, который никому не позволил бы вмешаться и прервать казнь. Хотя вряд ли у Нуки нашлись бы сторонники, за исключением Оуджи, который все еще находился под материнской защитой и угрозы не представлял. Астартов редко впускали в город ангелов, совершенным созданиям не хотелось портить себе настроение созерцанием низших отбросов на улицах своего пышущего великолепием города, но сегодня вход был свободным. Оуджи доводилось быть здесь всего один раз, когда ангелы делали какое-то важное объявление для всех астартов. Великая площадь была огромной. Однако даже с самого дальнего ее конца можно было отчетливо видеть две гигантские статуи воинственных ангелов в самой середине площади, которые и являлись местом казни. В одной руке они держали вскинутый к небесам меч, а в другой - несколько массивных цепей с крюками на концах. Зрители, собирающиеся на площади, были возбуждены. Никто не помнил, когда публичная казнь вообще проводилась в последний раз, а уж над ангелом и подавно. Это было событие, которое ни в коем случае нельзя пропустить. Оуджи ненавидел их всех. Как они могут так спокойно говорить об этом?! Нуки ничего им не сделал! За что каждый желает поскорее увидеть его смерть?! Астарт неспешно шел по площади вперед, к двум статуям, вершащим "правосудие". Он был потерян. Что ему делать? Неужели все вот так вот окончится? Еще вчера они с Нуки весело смеялись, лежа под открытым небом на мягкой траве, и наблюдали за проплывающими мимо облаками. Почему нельзя отмотать время назад и остановить его на том дне?! Если бы только... Как же Найтро ненавидел этот мир вместе с его законами и предрассудками. Наверное, Нуки все-таки был прав, было бы здорово родиться слабыми, но свободными от всего этого людьми. Астарту было страшно поднимать голову и смотреть на холодные каменные лица статуй, на которых отчетливо читалось безразличие. Нуки... Неужели Оуджи будет единственным, кому не все равно на судьбу впавшего в немилость ангела? Время шло, а Найтро продолжал стоять, устремив невидящий взгляд в землю. Он выбрал место чуть правее статуй, рядом с дорожкой, где будут проводить Нуки. Астарт отдал бы все, только бы сегодняшний день оказался всего лишь кошмарным сном. Он до последнего надеялся на чудо, но реальность оказалась жестокой. Оуджи не знал, сколько простоял так, погруженный в не самые веселые мысли, когда среди стоящего на площади народа прошла волна оживления. Найтро вскинул голову, и его сердце ухнуло вниз. - Нуки... - едва слышно выдохнул парень, едва удерживаясь, чтобы не рухнуть на колени. Одетые в блестящие доспехи ангелы с длинными копьями в руках вели его Нуки к эшафоту. Стук их сапог по вымощенной камнем площади гулким эхом отдавался в голове Оуджи, словно отсчитывал секунды до свершения страшного суда. На их каменных лицах нельзя было прочесть ни единой эмоции. Два стража спереди и два сзади, а посередине Нуки, его возлюбленный Нуки. Сердце больно сжалось в груди. Оуджи смотрел на отрешенное лицо своего ангела не верящим взглядом. Нет, пожалуйста! Нет! Скажите, что это неправда! Астарт бросился вперед, но тут же встретил преграду в виде невидимого барьера. Нуки поднял голову и начал скользить взглядом по лицам в гудящей толпе. Сейчас был его единственный шанс увидеть Оуджи, но парень сомневался, придет ли его любовник. А что если он так и не узнал о казни? Но тут взгляд ангела наткнулся на любимого астарта, который тщетно пытался пробиться через барьер. Окружающие Оуджи зрители были возмущены поведением странного астарта, которые толкал невидимый барьер, материнская защита не позволяла ему наносить яростные удары, а эликсир он с собой не прихватил. Растерянность, беспомощность, боль, отчаяние, все это смешалось внутри астарта, грозясь вот-вот вырваться наружу. Как бы Нуки сейчас хотелось обнять его, прижать к себе и сказать, что все в порядке, но он не мог. Он сам еле сдерживал слезы из-за жестокой судьбы, выпавшей на их долю. Но нет, он не должен показывать перед Оуджи свою слабость, он не должен делать ему еще больнее, он не должен утянуть его за собой. Нет, только не Оуджи. Этот астарт заслуживает нормальной жизни, он заслуживает счастья и Нуки не имеет права это у него отнимать. Ангел на секунду прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Ради Оуджи, он не будет бояться и сожалеть, он с гордо поднятой головой встретит свою судьбу. Проходя мимо Найтро, Нуки услышал полный боли и отчаяния голос любимого астарта: - Нуки! Нуки! - Оуджи прислонил руки к невидимому барьеру в безнадежной попытке дотянуться до ангела с черной прядкой в светлых волосах. - Оуджи, помни то обещание, которое ты мне дал. Пожалуйста, не забывай о нем, - Нуки подарил парню свою последнюю теплую улыбку. - Разговоры! - один из стражников больно пихнул пленника в плечо, но тот его проигнорировал. - Нуки! Я не хочу! Пожалуйста! Нуки! - отчаяние в голове Оуджи било через край. Это слишком жестоко! Если его любимому суждено погибнуть, то ему нечего делать на этом свете! Он тоже пойдет за ним! - Помни о нем, Оуджи. Не предавай меня... - стражник еще раз грубо пихнул Нуки, подталкивая его к эшафоту. Больше крики Оуджи до ангела не долетали, их глушил общий рев толпы. Нуки знал, что с ним собираются сделать. Какая жестокая и ужасающая расправа для того, кто всего лишь отличается ото всех. Неужели он действительно такое заслужил? Нуки сглотнул, пытаясь выглядеть спокойным. Стражи возвели его на эшафот и встали рядом, когда вперед вышел ангел в богатых одеяниях. Мириэль, вершитель правосудия. Ангел взял в руки камешек, испещренный голубоватыми рунами, и надавил на него. Это был довольно редкий камень, который можно отыскать только на территории нефилимов. Он позволял усиливать голос, чтобы оратора могла слышать вся площадь. - Сегодня, здесь и сейчас, состоится казнь ангела, который нарушил строжайший запрет! - прогремел голос Мириэля. - Он ложился в одну постель с астартом, добровольно предлагая себя, как последняя шлюха! Это великий позор, который просто обязан быть стерт с лица нашей планеты! Этот ангел опозорил весь ангельский род и должен понести наказание! Пусть каждый видит, какая участь постигает тех, кто идет против правил! Да свершится правосудие! - потом ангел повернулся к стоящему у него за спиной Нуки и продолжил. - Я буду милостив и дам тебе право на последнее слово. Можешь покаяться в своих грехах, и тогда твое наказание смягчат. Мириэль поднес камень к Нуки, уверенный в том, что парень начнет плакать и молить о прощении, но он ошибся. Нуки улыбнулся и громко произнес: - Я ни о чем не жалею. По толпе пронесся возмущенный рокот. Вот ведь наглость! Ему дали такой шанс! Этот ангел действительно величайший позор на лице их планеты! Мириэль фыркнул и, убрав камень, небрежно отдал приказ: - Да будет так! Приступайте! Стражи схватили несопротивляющегося Нуки и развернули его спиной к той части толпы, где стоял Оуджи. Нуки закрыл глаза, мысленно готовясь к тому, что сейчас должно было произойти. Его руки дрожали, но он отчаянно старался не выдавать своего волнения. Если такова расплата за счастливые дни, проведенные с Оуджи, он ее примет. Он не откажется от своих слов только, чтобы сделать свою смерть чуть менее мучительной. Стражи взяли в руки цепи с крюками, что держали статуи, и подошли к Нуки. Один из них схватил пленника, чтобы тот даже не думал сбежать или начать вырываться, а другие без единой капли жалости начали втыкать крюки в нежную плоть и крылья виновного ангела. Нуки не смог сдержаться и закричал. Нет! Оуджи снова с силой надавил на ненавистный барьер. Нет, нет, нет! Не делайте этого! Пожалуйста! Только не это! Он отчаянно бился о невидимую преграду, предательские слезы катились по щекам, а зубы были сжаты так сильно, что грозились вот-вот раскрошиться под таким натиском. Белоснежные перья на крыльях возлюбленного ангела окрасились в яркий красный цвет. Безжалостные палачи, сделав свое дело, отошли назад. Нуки почти ничего не соображал от разъедающей его боли, но он был рад, что Оуджи не видит его искаженного лица и этих смешавшихся с кровью слез. Мириэль взмахнул рукой и статуи пришли в движение. Цепи лязгнули и начали натягиваться, поднимая израненное тело ангела вверх. Нуки сорвал голос, он лишь мог хрипеть, не в силах закричать вновь. В глазах все помутнело, а дыхание сбилось. Оуджи... Перед глазами парня всплыл образ любимого астарта. Нуки улыбнулся, когда статуи, подняв тело на необходимую высоту, на секунду остановились, а потом резко двинулись в разные стороны. Послышался треск разрываемой плоти, а в следующий миг в том месте, где только что был Нуки, не стало ничего, лишь окровавленные перья, кружащие в воздухе, и куски плоти, лежащие на эшафоте. У Оуджи был шок. Он стоял и наблюдал за легким белым перышком, которое, кружась, неспешно опускалось на землю. Когда-то он поймал точно такое же перышко в первый день их встречи. Оно до сих пор лежало в первом ящике его прикроватной тумбочки. Шум ликующей толпы и все посторонние звуки исчезли, оставляя Оуджи наедине с легким перышком. Неужели это все, что осталось от его возлюбленного Нуки? Только лишь перья... Неужели Нуки, такого теплого и родного больше нет? Но как так?! Он ведь только что был здесь. В горле встал колючий ком. Нуки... Перед глазами всплыл образ улыбающегося ангела с черной прядкой в золотистых волосах, а в следующую секунду этот образ распался на тысячи окровавленных перышек. Нет, этого ведь просто не может быть. Не может и все! Оуджи отказывался верить. Его умоляющий взгляд, словно ища помощи, заскользил по забрызганному кровью эшафоту, по кускам плоти, по перьям, по окровавленным раскачивающимся цепям с крюками. НЕТ! Оуджи упал на колени и, вскинув голову к небу, закричал, давая выход разрывающей его изнутри боли. Найтро не помнил, как оказался дома. Открыв глаза, он увидел сидящего перед его кроватью обеспокоенного Кайрэра. Сон? Нет, это был не сон. Нуки больше нет. Внутри парня была лишь разъедающая пустота. - Оуджи... - тихо прошептал Кайрэр. - Мне так жаль... - Я... Нуки... - астарт стиснул зубы, чувствуя, как по щекам вновь покатились горячие горькие слезы. Он вцепился в плечо друга и разрыдался. - Почему, Кайрэр?! Что он такого им сделал?! Почему?! - Тише, тише, - Тэйтро прижал парня к себе и принялся успокаивающе гладить его по содрогающейся от рыданий спине. - Это ведь ангелы, ты сам знаешь. Им не нужны причины, чтобы убивать, да и вообще творить то, что они хотят. Мы не в силах что-либо изменить. - Они... они радовались... они все радовались тому, что сделали с Нуки! - Я знаю, я тоже ненавижу их за это. Но теперь я, кажется, понял, почему Нуки раскрыл ваши отношения. - Почему? - Если бы он этого не сделал, они убили бы его по-тихому, и ты никогда бы не узнал, когда это случилось. А так он хотя бы смог последний раз тебя увидеть. - Это слишком жестоко, Кайрэр. Слишком! Я... я не хочу находиться в этом обществе! Я хочу последовать за Нуки... - Не говори так, он бы не хотел для тебя такой участи. - Но... я... я не могу... Я не хочу здесь оставаться! Не хочу!..

***

У Оуджи было достаточно времени для раздумий. Он много думал, думал обо всем. Обещание... Зачем он его дал?! Зачем?! Если бы только не оно, он бы давно опустил руки и позволил судьбе самой распоряжаться его жизнью, но обещал. Даже последние слова Нуки были об этом проклятом обещании! Оуджи выполнял его, точнее старался выполнить, только вот ничего не получалось. Сейчас астарт стоял, подпирая стену очередного ангельского штаба, в котором ему опять дали отказ. Никто не желал брать к себе в армию обладателя метки разрушения. Это был уже сто сорок третий отказ. Глупо. И почему Нуки был так уверен, что у Оуджи есть шанс? Найтро горько усмехнулся. Хотя так даже к лучшему. Он ведь честно выполнил свое обещание, но ничего не получилось. Материнская защита должна исчезнуть со дня на день. Его убьют. Наконец-то он сможет убраться из этого мира и отправиться следом за Нуки... - Кажется, я тебя уже где-то видел, - неожиданно из глубоких мыслей парня вырвал заинтересованный голос. Оуджи поднял глаза, перед ним стоял Араэль. Да, к нему он тоже подавал заявку, но получил отказ. - Неужели ты еще не сдался? - ангел склонил голову на бок. - Похвально. Кстати, а ты случайно не тот ли астарт, соблазнивший одного из наших ангелочков? Оуджи бросил на Араэля убийственный взгляд, но промолчал. - Знаешь, я заинтересовался. Теперь я вижу, что в тебе что-то есть, - ангел задумчиво потер подбородок, изучая астарта. - Я готов пересмотреть свое решение и взять тебя в свою армию, - Оуджи оживился, не веря своим ушам, но в следующую же секунду снова сник, - но с одним условием. - Каким же? - холодно спросил Найтро. - Ты будешь со мной спать, - спокойно произнес Араэль, наслаждаясь шоком на лице Оуджи. - На твоем месте я бы, не раздумывая, согласился. Положение у тебя не завидное, не думаю, что кто-то предложит альтернативу получше. Оуджи был возмущен, в душе он рвал и метал, безумно желая врезать ангелу за такое предложение. Но он обещал Нуки хвататься за любую возможность. "Не предавай меня... Выполни свое обещание..." - промелькнули в голове слова возлюбленного. Переступив через гордость, Найтро выдавил из себя: - Я принимаю предложение. - Вот и чудненько, - Араэль расплылся в мерзкой ухмылке. - Завтра я жду тебя в своем кабинете. Покажи все, на что способен. Если я разочаруюсь, то могу и передумать. Ах да, и кстати, твоя роль, разумеется, будет снизу. По тому, как переменился в лице Оуджи, Араэль сразу же догадался о том, что астарт никогда еще не был пассивом. Нетронутый, значит? Что ж, так даже еще интереснее. Вполне довольный собой, ангел развернулся и направился прочь, оставляя Оуджи наедине с душевными терзаниями.