То что можно узнать у тишины

POV Араши Да… Это мы попали… Вот мне интересно, кто из учеников является ребенком главы самой влиятельной мафиозной семьи? Ладно, я то в любом случае выбрался бы, но не мог же оставить здесь Акину… Втроем с Юу и Кано, возможно, вытащили бы и ее. А остальные? А потом погоня… Незнакомая страна, нет ни связей, ни места, где можно укрыться… Нет, рисковать не стоило… Вот как не прикидывай, мы оказались в глубокой выгребной яме. Но волновался я не за себя, а за нее, что было не свойственно для меня, беспокоиться за кого-то. Да, за эти два года привык, что это забавное и милое чудо рядом… – Тебе надо отдохнуть, – посоветовал я. – Не получится… Да и как можно расслабиться в такой ситуации? – пробормотала Акина, нервно передернув плечами. – Просто потом у нас шанса отдохнуть может и не быть. Ты поспи, нам еще долго ехать… – А ты откуда это знаешь? – удивленно прошептала она. – Все достаточно логично. Ну, посуди сама… Нас взяли в заложники на мосту. Так? Так. Спрятать должны подальше от места преступления, ведь охотиться, по их словам, за ними будет самая влиятельная семья Италии – Вонгола. Следовательно, отвезут куда подальше, в защищенное место. Я ответил на твой вопрос? Дождавшись, когда она кивнула головой, подтверждая, что ответил, приказал: – Тогда спи! – Я рада, что ты рядом со мной, – заявила Акина, и, поцеловав в висок, удобно устроила голову у меня на коленях. По привычке опустил руку на ее голову и стал перебирать волосы. Теперь на повестке дня более подробный разговор с Юу и Кано. – Придурки, – позвал их я. – Нужно уточнить некоторые детали. – Еще раз так меня назовешь – получишь! Усек, отморозок? – выглянул из-за спинки сидения Кано. – Ага. Оружие ваше где? – уточнил я. Вроде оно должно было остаться в Японии, так как в аэропорту стоят различные сканеры… – С собой, – выдохнул Юу. – И как же вы его протащили? – Как сувениры, – оскалился Кано. – Ты еще скажи, что свое не взял. Не поверю. – И правильно сделаешь, – задумчиво подтвердил я. – Но все же, сидим и не высовываемся. Пока… – Хорошо, – отозвались братья. Так как время еще оставалось, можно было тоже расслабиться… Вот Акина удивилась бы, если бы я достал глефу, Кано обнажил катану, а Юу извлек свои парные мечи… Нас не просто так боялись в городе. Было за что… Глефа – мое самое любимое оружие. Самое удобное, родное. Она навевала такие приятные воспоминания… Последнюю подарил отец. Он же меня и учил ей пользоваться, сказав тогда примерно такие слова: – Тебе обязательно пригодится это умение… Вот ведь, и оказался совершенно прав. Странная у нас семья… Лет до четырнадцати прожил в основном с матерью, а папа приезжал крайне редко. Но если же он появлялся, то она сразу уезжала, и тогда я оставался уже с ним… Мать тихая и спокойная, добрая. Кстати, цветом волос в нее я пошел. А вот отца даже не знаю как охарактеризовать… С виду безмятежен, но внутри властвовала буря, ураган эмоций. Он же и приложил руку к моему «особому» обучению. Лет в семь для начала, как он выразился, занялся рукопашным боем, в девять отец заставил выбрать себе основное оружие. Чего только я не перепробовал… Первое, что я схватил, была катана. Ну как же, я ей давно бредил. На что папа усмехнулся, но не отговаривал… Дня три с ней мучился, пытался почувствовать ее, но так и не смог. – Выбирай другое, только теперь внимательней… – предложил он. – Это как? – Попробуй поработать с каждым… – лаконично ответил отец. – Хм… Ну ладно, – сдался я. В течении недели чего только в руках не держал… Это были и различные мечи, начиная с традиционных японских, заканчивая европейскими, потом кастеты, тонфа, сюрекены, ножи. Вот ножи мне понравились, работать ими было здорово, но все же не то. Попытался найти что-то в огнестрельном оружие, получалось неплохо, но совершенно не нравилось… Я уже почти отчаялся, когда в самом дальнем углу нашел ряд оружия на длинном древке. Выбор был огромен: трезубцы, копья, косы… – Уже лучше, ближе, но все еще не то… – бормотал, проходя еще раз вдоль стены, пока не увидел ее… Это оружие просто просилось в руки, притягивало меня… И я не стал себе в этом отказывать… Хищные изгибы лезвий требовали крови. Когда вышел со склада, отец как-то задумчиво протянул: – Вы все же нашли друг друга… Вот тогда-то и началась каторга: папа учил правильно держать глефу, сохранять ее баланс и многому другому. Также я продолжал еще тренировки и с ножами, и с пистолетами, но основной оставалась глефа. – Пап, а откуда у нас такой арсенал? – как-то полюбопытствовал я. – Когда придет время, ты все узнаешь… – был его ответ. Кстати, до сих пор не знаю! А потом отец предложил выбор: либо еду вместе с мамой к нему, либо остаюсь здесь, но один. Думал я недолго, решил доучиться тут… – Остаюсь… – Хорошо, но ты переводишься в другую школу, – поставил перед фактом папа. – Договорились, – усмехнулся я. Так и оказался в этой школе. Перевод состоялся в середине учебного года. Школа просторная и большая, мне она нравилась, а вот навязчивое внимание раздражало. Бесило. Решил ретироваться куда подальше, поэтому поднялся на крышу, но и здесь недолго оставался в одиночестве. Послышались легкие шаги, тихое шуршание одежды. Обреченно вздохнул, ведь так ходили только девушки… – Ну, вот… Сейчас начнется, – почти беззвучно простонал я, но каково же было мое удивление, когда услышал не очередное: «Ах, какой красивый…», а тяжелый обреченный вздох и шум удаляющихся шагов. Стало очень интересно. Окликнул, попытался завязать разговор, но в ответ девушка лишь огрызалась. Любопытно, решил зайти с другого бока, пригласил прогуляться по школе, и был послан… Еще более странно! Присмотрелся, ничего необычного не увидел… Невысокая с большими темно-кария глазами. Не красивая, но очень милая. Волосы же цвета вороного крыла. Она выглядела уставшей и несчастной, но взгляд прямой, и складывалось такое ощущение, что смотрел прямо в душу. Нахалка, заявила, что я ей мешаю. Интересный экземпляр. Вот стоял и смотрел на нее, а она продолжала пялиться в небо и не обращала на меня никакого внимания, как будто одна здесь находилась. За ней интересно наблюдать, но мне уже пора было уходить. Поэтому более тесное знакомство могло подождать до завтра. А вот представшая на следующий день перед глазами картина в школьном дворе поразила. Акина стояла возле скамейки и отряхивала от пыли одежду, наверное, успела уже где-то упасть. К ней подошли девушки примерное ее возраста и стали ей что-то доказывать. Она их спокойно выслушала и собралась уже уходить, как одна из говоривших резко толкнула ее так, что Акина, не удержав равновесия, упала прямо в грязь. Но более поразило даже не это, о то, что все, кто наблюдал за этой картиной, стали смеяться и выкрикивать что-то о Бесполезном Тсуне, его дочери и их никчемности. Откуда-то пришла мысль. Странная. Иррациональная. Но бьющая по собственническим инстинктам, заставляющая действовать… – Мое… Они посмели дотронуться до моего… Значит, они поплатятся. Как оказался рядом с Акиной не помню, но четко врезалось в память, как летела девушка, которая посмела ее толкнуть, как она кричала от боли в вывихнутых пальцах, как гробовая тишина накрыла школьный двор, и как негромкий голос Акины пытался достучаться до моего сознания. После того случая Саваду обходили стороной, не грубили и старались не связываться. А после моих выходок, не только в первый день, но и в течении еще недели, меня стала бояться вся школа. Ну, за исключением некоторых личностей… О мы приехали… Кажется, я замечтался… Надо собраться… – Кано, без моего приказа вести себя тихо и не отсвечивать! Все понятно? – Ага. Ты уже это говорил. Диктатор, – рассмеялся он. На нас стали косится одноклассники Савады, но молча, что не могло не радовать… – Акина, просыпайся… Мы приехали…