А я запомню тебя наизусть...

Шел четвертый день каникул, а я уже изнывала от тоски. Господи, не думала, что я так привяжусь к этой женщине. За все эти дни я успела обдумать все, включая наши отношения, … которых, правда, даже и нет. Но это не столь важно. Я поняла, что безумно хочу ее. И не только в плане интимных отношений. Я хочу ее полностью. Хочу просыпаться рядом с ней утром, видеть то, как она еще спит, а потом будить ее. Хочу видеть ее счастливую улыбку, которая присутствовала бы на е лице из-за меня. Я хочу готовить ей завтраки, принимать с ней вместе ванну, гулять вместе по парку. Я хочу, чтобы она любила меня… Но мало ли, чего я хочу. У нее муж, дочь. Ей не до меня, влюбленной идиотки. Также я вспомнила, что мне нужно составить таблиц по истории, а тетрадь я так и не забрала у нее. Следовательно, придется тащиться в школу. После своего пробуждения, я сразу же оделась, накрасилась и побежала. Входя в здание, увидела знакомого охранника, который меня признал и пропустил. Я поднялась на третий этаж. — Здравствуйте, Раиса Степановна, — сказала я. — О, Карамазова, а ты что тут забыла? — удивилась она. — А я тетрадку забрать пришла. Меня же не было на прошлом уроке, а таблицу то делать надо. — Ага, сейчас, подожди, — она подошла к большому шкафу, а потом вернулась ко мне и протянула тетрадь, — вот, держи. — Спасибо огромное, — я улыбнулась, — до свидания. Я вышла из кабинета и поскакала по лестнице, но в коридоре встретила ее… — Здравствуйте, Инна Витальевна, — я улыбнулась. — Здравствуй, Олесь, а ты чего тут? — Да тетрадку по истории приходила забрать. — Кстати, пока ты здесь, пошли ко мне в кабинет. Я шла за ней, не понимая, зачем я могла ей понадобиться. Мы зашли в ее кабинет. Опять этот одурманивающий запах. — Ты хоть куртку то сними, — улыбнулась она. — Мне не жарко, — соврала я. В этом кабинете мне ВСЕГДА жарко. — Ну как хочешь, — опять улыбнулась, — я тебя хочу, — начала она, — попросить, — черт, а начало мне нравилось больше, — поучаствовать в акции. Ну как сказать, просто сегодня должна пройти акция по безопасности в зимнее время. — Безопасность в зимнее время, — я усмехнулась. — Да, на самом деле, бред. Но мне нужен еще один человек, из учителей никто не хочет. — Ладно, только где и во сколько? — Возле центрального парка в 19:00. — Хорошо, приду. — Спасибо тебе огромное, Олесь, — она улыбнулась. — Ладно, до вечера, — сказала я. — До вечера, Олеся. Странно, нет? Она всегда называет меня полным именем. Или мне просто кажется… ***** На часах 18:00. Уже не терпелось поскорее пойти. Я подошла к шкафу, достала джинсы и пуловер. Смотрится неплохо, а на голове мои любимые распущенные волосы. Я почти всегда хожу с распущенными, за что нередко получала нагоняю от завучей. Да, вот так вот. Стрелка на часах подходила к половине седьмого, а я, поняв, что мне нечего ловить дома, надела куртку и решила пойти. На улице, скажем так, не тепло. Темнеет. Снег уже лежит повсюду. Красота. За это я и люблю зиму, за такую сказку. Я приближалась к парку и уже увидела стоящую там Инну Витальевну. — Здравствуйте, давно тут стоите? — Да нет, только подошла. Вот, смотри, — она протянула мне табличку с какой-то надписью, — вот это будешь держать. А это, — она взяла вторую табличку, — буду держать я. — А что, больше никого не будет? — спросила я. — Нет, Олесь, никого. Мне положено, как завучу, а ты единственная, кто согласился. Я улыбнулась. Мы стояли около двух часов. Уже полностью стемнело. Да, в этом вся прелесть зимы — темнеет очень быстро. Признаться честно, я уже замерзла стоять, да и руки окоченели полностью, но я не подавала виду. — Тебе не холодно? — спросила она. — Нет, — натянула улыбку я. Она взяла мою руку. — Не холодно, значит? — усмехнулась она, замечая, что руки до безумия холодные. — Они всегда холодные. — А рукавички почему не носишь? Я пожала плечами, а она не торопилась отпускать мою руку. Нет. Только не это. Опять она смотрит так… Эта игра в гляделки снова началась. На этот раз мы смотрели дольше, чем обычно, но нас прервал снег, который хлопьями повалился на землю. Подняв голову на небо, я улыбнулась. — Красиво, не правда ли? — спросила она, наблюдая за мной. — Безумно. Обожаю снег, — улыбнулась я, а потом посмотрела на нее. Наши взгляды встретились, а мы оказались ближе, чем были раньше. Скажем так, гораздо ближе. Вот она. Передо мной. Вся. Передо мной ее пухлые губы, которые я так сильно хочу поцеловать. Сейчас есть возможность. Но я отстраняюсь. Так будет лучше, наверное… — Может, прогуляемся? — предложила я. — С удовольствием, с акцией как раз уже можно заканчивать. Мы шли по заснеженному парку, а снег падал на нас. — Чем ты увлекаешься? — спросила она меня. — Ну, я пою неплохо так, читать очень люблю. — Что читаешь? — она улыбнулась. — В основном классику. А вы? — Тоже. Больше люблю классику, но иногда женские романы. Я улыбнулась. Мы шли еще, наверное, тридцать минут. — Ну ладно Олесь, тебе пора. Помнишь, комендантский час. Я закатила глаза. — До свидания, — сказала я. — До свидания, — с улыбкой ответила она. ***** Наутро следующего дня я проснулась в хорошем настроении, что большая редкость! Вспоминая вчерашний вечер, по телу разливалось тепло. Неужели действительно у нее что-то ко мне есть? Утро я посвятила уборке. А ближе к обеду решила прогуляться до торгового центра, чтобы присмотреть себе что-нибудь на ближайший праздник. Поднимаясь на третий этаж, я обратила внимание на кафе. За столиком сидела она… Со своим мужем. Они очень мило беседовали, пили что-то, а потом он присел рядом с ней и поцеловал. Она обхватила рукой его шею и поцеловала в ответ. Я неподвижно стояла на месте. К глазам поступали слезы. Одинокая слеза скатилась по моей щеке, после чего сразу же была вытерта мною. Я медленными шагами направилась к эскалатору. А выйдя из магазина, побежала, что есть мочи. Я хотела убежать как можно дальше. Но перед глазами вновь всплывает та картина. Господи, она счастлива. Она любит его так, как я люблю ее. Придя домой, сразу же скинула с себя куртку и ушла в спальню. Родителей дома не было, оно и к лучшему. Открыв дверцу шкафа, я вытащила маленькую коробочку. Давно я ее убрала, обещая себе, что никогда не достану. Я взяла оттуда лезвие, единственное, что помогает мне заглушить душевную боль. Я остановилась. Боже. Она так на него смотрела… Она любит его, но не меня. Как она вообще может полюбить ученицу? Правильно, никак. Потому что ей нет никакого дела до меня. Как же я себя ненавижу, почему я всегда влюбляюсь не в тех людей?.. Я провела лезвием по руке. Острая боль пронзила все тело. Кровь сразу же выступила из раны. Зачем она тогда играет со мной? Почему бы просто ограничить наше общение? Эти касания, взгляды, улыбки. Вторая линия была проведена следом, затем третья, четвертая и пятая. По руке стекали пять струек крови. Я зашла в ванную и включила воду, чтобы смыть с себя кровь, затем взяла перекись водорода и промыла рану. Кровь остановилась. Да, в этих делах я уже мастер. К сожалению… Слишком тяжелый день, однако был. Чтобы хоть немного успокоиться, я выпила две таблетки валерианки и легла спать. Надеюсь, что хоть во сне она будет со мной.