Сквозь пространство и время

POV Маримэ       На следующее утро мы с Гэндальфом отправились в путь. Встали на рассвете, скромно позавтракали лембасом и тем же вяленым мясом. Я успела по-быстрому искупаться в речке с помощью небольшого куска мыла, которое мне одолжил маг. Оказывается он тоже, как человек, купается, но не так часто это делает. Волшебник сказал, что мы держим путь в Шир, к его старому приятелю — хоббиту Бильбо Бэггинсу.       — Кто такие хоббиты, Гэндальф? — спросила я, сидя впереди него на лошади. Точнее, как мне представили величественное, прекрасное, мощное и т.п животное — Серогриве. Хотя я подметила, что Серогрив был белее снега, но не стала ничего говорить на этот счёт. И сейчас я искренне жалела, что не записалась в детстве в секцию акробатики или балета. Умение садиться на шпагат мне бы сейчас очень пригодилось. Спина лошади была широкая, а мои раздвинутые ноги, не приспособленные к таким нагрузкам, начали ныть с того момента, как я села на лошадь.       - Хоббиты - премилый народец, как мне кажется, только несколько домашний. Выйти за пределы своего посёлка они могут только в крайнем случае, поэтому большинство из них так и живут всю жизнь, бывая не дальше, чем на ярмарках. Они будут едва в половину твоего роста. Ты узнаешь их по большим ступням и шёрстке на ногах. А ещё они возделывают лучший табак в Средиземье, - кажется, последнему факту Гэндальф обрадовался больше всего.       Магу мои тихие постанывания то ли надоели, то ли он просто сжалился, но я была посажена боком, а он придерживал меня за спину.       — Ничего, ещё научишься ездить верхом, у нас неделя до прибытия, — подбадривал меня волшебник. Добрый он, хороший.       А ещё я заметила, что маг не носит одежду под своим серебряным одеянием. От слова совсем. Я не была уверена, есть ли на нём нижнее бельё, но то, что ни штанов, ни рубашки под плащом я не увидела, наводило на определённые мысли. Вечером Гэндальф предупредил, что мы будем пересекать реку через большой мост. Там могут повстречаться много людей и даже несколько эльфов, поэтому мне стоит переодеться. На мой безмолвный вопрос маг достал из сумки длинный коричневый плащ и попросил надеть его. Я практически завернулась в плащ, как в плед. В длину он доставал мне до пят, а в ширину был как три моих тела, хотя оказался достаточно тёплым.       Почти к закату мы вышли на широкую, хорошо натоптанную дорогу. Нам попадались телеги, запряжённые лошадьми, простые крестьяне с огромными корзинами за спиной, в которых были продукты или различные вещи. Когда была возможность, я во все глаза рассматривала идущих нам навстречу людей. Их внешность была в точности такой, как описывалось в учебниках по истории, а именно из эпохи Средневековья. Вот взяли люди, ожили, и вышли из картинок в реальный мир.       — Маринэ, не засматривайся так пристально на людей, будто ни разу в жизни не видела.       — Но, Гэндальф, я, действительно, ни разу не видела таких людей, они у нас только на картинках в учебниках нарисованы.       — Может быть. В обычаях людей Средиземья молодой девушке не рекомендуется слишком долго смотреть на собеседника или на прохожих. Это считается неприличным.       — В моей стране это называется дискриминацией. После революции права женщин стали наравне с мужчинами. Женщина может заняться любой работой — от домохозяйки до шахтёра или даже стать президентом. По-вашему Королевой.       Волшебник выглядел немного удивлённым нашими, да и большинства цивилизованных стран, законами. Что ни говори, а в некоторых вещах наши миры слишком отличаются. И стоить повременить с раскрытием таких фактов.       После пересечения моста наш путь лежал в небольшую деревню, которая расположилась в нескольких километрах от моста. Сказать честно, я мандражировала перед встречей с людьми этого мира. Не могу понять, нравятся они мне или нет. Ещё слишком мало информации, чтобы пытаться судить о них. Мы неспешно подъехали на Серогриве к деревянным воротам, не слишком высоким, но мощным и сделанным на славу.       С постовым говорил Гэндальф и нас без особых проблем пропустили. Скорее всего, его тут знают, может даже и по слухам. Было бы логичным, если все люди и нелюди Средиземья хотя бы краем уха слышали об одном из великих волшебников. Я была либо за спиной волшебника, либо рядом, не отходя дальше, чем на полметра.       Серогрива мы оставили в конюшне, куда за медную монетку его отвёл проворный мальчишка. С трудом подавив желание оттереть платком его чумазое лицо, я последовала за магом в двухэтажное деревянное здание. И сразу же захотелось выйти оттуда на улицу. В нос ударил сильный запах табака и алкоголя. Пока я привыкала к слабому освещению и терпкому запаху, Гэндальф успел заказать нам номер на одну ночь.       Неожиданность подкралась незаметно. А если быть точнее — из-за спины. Я почувствовала щипок за пятую точку и ужасную вонь немытого тела. Я с гневом развернулась в сторону пьяного вдрызг мужчины. Как он ещё на ногах держится?       — Эй, красавица, пошли развлечёмся, — губы незнакомца сжимаются в трубочку и он тянется меня поцеловать. Бее. Отворачиваюсь в сторону, чтобы он ненароком не сумел меня поцеловать. Мне это надоело, таких издевательств над своей личностью я не потерплю!       — Ну всё, держись, тебе конец, — пригрозила ему, закатывая рукава. Опыт в укрощении буйных и пьяных у меня был. Больные лечились не только лекарствами, но и алкоголем, причём часто в чрезмерном количестве.       Не успела я привести свою месть в исполнение, как повернулся Гэндальф и с размаху стукнул своим тяжёлым посохом по голове мужчины. От удара он сразу потерял сознание и упал на пол. Сначала я даже испугалась за него, пока не вспомнила, что он хотел со мной сделать.       Почти все в таверне заинтересованно смотрели на разворачивающиеся события. Придётся их обломать, ничего интересного дальше не произошло.       — Он хоть жив? — с сомнением спросила я. Дотрагиваться до его шеи или руки совершенно не хотелось, чего я и не стала делать.       — Не думаю, что ему что-то сделается. Пойдём в комнату. — спокойно ответил Гэндальф, будто ничего не произошло.       Меня ещё немного трусило от злости и возмущения.       Я попыталась успокоиться, лишние переживания ни к чему. Мы остановились в середине коридора напротив двери, на которой была нарисована непонятная закорючка. На ключах была нарисована такая же. Вот и познакомилась впервые с числами Средиземья. Мы зашли в тёмную комнату, Гэндальф зажёг свечу, и я огляделась, насколько позволяло полутёмное помещение.       Убранство было… никакое. Две кровати, две тумбочки и сундук. Тут не было ни ванной в привычном моём понимании, ни туалета. Было небольшое окошечко, но замызганное так, что ничего посмотреть из него всё равное не получится.       А после того как я легла на кровать, жизнь показалась сплошным наслаждением. Тут тебя не кусают ни комары, ни клещи. Ты не спишь на холодной сырой земле, и тебя не обдувает всеми ветрами со всех сторон. Сплошные плюсы.       Внизу послышался звон стекла, мат и падение массивного деревянного стола. Ну да, есть и минусы. Пожелав бодрствующему волшебнику спокойный ночи, и внутренне надеясь, что это будет так, я заснула.