По прозвищу «Жнец»

      Каждую ночь ей снится один и тот же сон: она входит в дом, где ей все знакомо, но слишком чуждо. Вроде бы все как обычно, но кажется зловещим. Она поднимается на второй этаж – она знает куда идти. В каждой комнате она находит то же, что и раньше – мертвые тела своих любимых. Во сне они не такие, как когда-то она их видела: они смотрят ей в глаза и пытаются что-то сказать, что-то, что кажется безумно важным, но лишь беззвучно шевелят губами. Сначала она пыталась понять, что они от нее хотят, но спустя какое-то время она поняла, что это бесполезно – они не произнесли ни звука. Еще через какое-то время она начала сходить с ума от своего бессилья и пустых попыток понять их, ей начало казаться, что если она еще хоть секунду задержится в своем сне, то тоже умрет. А умирать ей не хотелось. По крайней мере, до того, как найдет убийцу своих родных.       Она спускается на первый этаж и пытается выйти наружу, но дверь заперта. Она толкает ее, пытается выбить плечом, но все тщетно – та не поддается. И вдруг она кожей начинает ощущать, что за ее спиной кто-то есть. Она резко оборачивается – ничего. Она крутит головой по сторонам, но никого не видит, но тут… ОН выступает из темноты. Она не видит его лица, а только очертания силуэта. Он надвигается на нее, а в его руке блестит огромный нож. Она видит лезвие: гладкое, отполированное и острое. Она как завороженная следит за его движениями, видит, как тонкая сталь приближается к ее горлу, но не может двинуться с места – ее будто парализовало. И вот она ощущает, как нож скользит по ее шее, погружаясь в плоть, а после из пореза начинает литься кровь. Она пытается остановить ее, зажимает рану руками, но уже поздно – сознание начинает покидать ее и она плавно сползает по стенке на пол. Ей кажется, что еще вот-вот, и она увидит лицо убийцы, но может рассмотреть лишь горящие красные глаза.       Каори вскакивает на кровати в холодном поту, руки тянутся к горлу в попытке остановить кровь, которой там нет. Так продолжается уже шесть лет – она просыпается среди ночи и не может заснуть снова, боясь, что кошмар вернется. Девушка встает с постели, идет на кухню, где заваривает себе кофе. После пристраивается на подоконнике, курит и пьет кофе до тех пор, пока не наступит рассвет. А потом она идет на работу, чтобы попытаться найти хоть еще одну зацепку, хоть один намек на то, где искать человека из своих кошмаров. Ведь именно из-за него она не может нормально жить.       Правда есть у нее еще одно увлечение для успокоения нервов. Так сказать «болевое хобби». Она наносит себе глубокие порезы, которые впоследствии превращаются в шрамы. Почему-то это занятие вводит ее в состояние душевного равновесия, но ненадолго. А еще из-за своего необычного увлечения Каори так не любит лето, ведь именно в это время года джинсы и майки с длинным рукавом вызывают подозрения у людей. Поэтому всегда приходится находить различные оправдания, почему она так одета. Ведь если кто-то прознает о ее необычном хобби, ее сочтут неадекватной, ненормальной. Единственное время, когда Каори могла ходить в открытой одежде, было тогда, когда в моду вошло шрамирование. Это было ее время. Она, не боясь навлечь на себя психиатров, наносила себе шрамы, а все окружающие считали ее просто позеркой – вот закончится мода и новые шрамы перестанут появляться на ее теле. Но они ошибались – ее шрамы начали появляться гораздо раньше возникновения столь странной моды и уж точно не закончатся с ее окончанием.

***

      Несмотря на то, что у напарников было полно различных текущих дел, они постоянно возвращались к делу о маньяке, убившем семью Каори Ёсикава, а после еще и более сотни других. В последнее время количество жертв стало быстро увеличиваться и начальство давило на скорейшую поимку преступника и раскрытие громкого дела. Так что напарникам приходилось большую часть суток проводить на работе, а это поспособствовало их сближению и они даже начали понемногу подшучивать друг над другом.       Итачи сидел перед компьютером в их кабинете, а голубоглазая стояла позади него. Он просматривал материалы о маньяке.       - Есть что-нибудь интересное?- спросила девушка.       - Пока нет. Хотя, вот,- он указал на монитор, обернувшись к девушке и наблюдая за ее реакцией,- нашел детскую фотографию Каори. Она здесь такая грозная. Будто собирается голыми руками разорвать убийцу ее родственников.       - Может так и есть? Читай дальше,- она наклонилась и оперлась согнутыми в локтях руками ему на плечи.       - Может, присядешь?       - Нет, я постою,- она наблюдала за монитором из-за его головы, а потом принялась теребить его волосы, накручивая локоны на пальчики – такие мягкие и гладкие на ощупь, приятно проскальзывают между пальцами. Увлекшись, девушка даже не сразу заметила, что Итачи перестал читать, а сидит, скрестив руки на груди.       - Киеру, что ты делаешь?       - Что?- не поняла девушка, продолжая перебирать пряди.       - Ты отвлекаешь меня.       - Чем?       - Ты трогаешь мои волосы.       - Извини, задумалась. Тебе не нравится?       - Это отвлекает.       - Извини, я просто не заметила этого за собой. Может, закончим на сегодня? Я устала.       - Тебя домой подвезти?       - Не стоит. Я хочу немного прогуляться.       Добравшись по пробкам домой, Киеру поднялась к себе на этаж. Она жила здесь с тех пор, как ее выпустили из детского дома в 18 лет. Был, конечно, перерыв на учебу в другом городе, где она жила в общежитии, но сейчас она снова вернулась сюда. Девушка знала здесь каждую дырку в покрытии пола, каждую царапину на стене. Но сегодня что-то было по-другому. Она чувствовала, что здесь что-то не так. Как будто она больше не находится в безопасности. Приблизившись к своей квартире, девушка поняла, в чем дело. К ее двери была прикреплена старая фотография из газеты и записка. На обороте напечатана надпись: «Преследователю от Охотника». Киеру сразу поняла от кого это и сразу набрала номер своего напарника.       - Итачи, бери криминалистов и приезжай ко мне домой. У меня здесь послание от НЕГО.       К десяти вечера приехали коллеги. Дожидаясь их, девушка спокойно сидела на полу в общем коридоре и не подходила к своей двери. Первым к напарнице подошел Итачи. Она подняла на него глаза. Он без слов понял, что с ней все нормально, и пошел давать указания криминалистам.       Проведенный осмотр записки и двери не дал никаких результатов – нигде не было ни одного отпечатка пальцев. Единственное, что можно было попытаться выяснить, так это состав краски принтера. По этому составу уже искать ее изготовителя, а после – какие принтеры ей заправляют и где такие можно найти. Все это должно было занять достаточно большое время. Еще девушка прочитала содержание записки. Оно ей не понравилось.       «Попробуй поймать меня первой».       - Это от него,- со вздохом высказала свое мнение Киеру.- Он решил поиграть со мной.       - Тебе нужно отдохнуть. Пойдем домой,- посоветовал напарник и, попрощавшись с экспертами, завел ее внутрь квартиры. Там он созвонился с шефом и получил от него приказ охранять девушку сегодня. А этой самой девушке идея не пришлась по вкусу.       - Итачи, тебе не обязательно сидеть со мной. Я могу сама за себя постоять. Так что можешь идти домой.       - Я не могу нарушить приказ начальника.       - Скажешь, что я выставила тебя под дулом пистолета. Он поверит. Тем более спать тебе негде.       Квартира девушки действительно не располагала большим количеством спальных мест. Посреди небольшой комнаты стоял диван и шкаф в углу. Не было ни телевизора, ни журнального столика перед ним, ни кресел. Девушка вообще вела аскетичный образ жизни. Даже на кухне у нее была одна тарелка, одна ложка и вилка, один стакан и т.д. Поэтому она даже чаем не могла напоить гостей. Впрочем, гости к ней никогда не приходили, потому что друзей у нее не было, а родственников – тем более.       В комнате в углу прямо на полу ровными стопками лежали различные книги и дела. Стены были оклеены шумоизоляцией, а на вопрос напарника «зачем ей это?», она просто огрызнулась «тебя не касается». На единственном окне не было цветов – лишь темные непроницаемые шторы, не было домашних животных, так как не было времени для ухода за ними. Она жила абсолютно одна.       - Я и не должен спать. Меня приставили к тебе охранять.       - А с утра снова идти на работу? И сколько суток без сна ты продержишься? Брось, кто на меня нападет, если ты здесь? Он будет ждать, когда я останусь одна. Поэтому можешь ложиться спать, а я пока дела полистаю.       - Хочешь в конец себя измучить, чтобы быть легкой добычей?       - Я никогда не буду легкой добычей.       - Уверена?- парень подозрительно на нее посмотрел.       - Он не нападет на меня, пока есть кто-то рядом. Так что можешь сам спать спокойно. Я сейчас разложу диван, чтобы тебе было удобно, но у меня только одна подушка и одеяло. Тебе есть во что переодеться?       - Нет, я еще не был дома.       - Тогда я найду тебе что-нибудь свое. Не волнуйся – у меня есть мужские вещи.       Порывшись в шкафу, Киеру нашла мужские шорты и свою старую растянутую выцветшую от множества стирок футболку – по ней даже не разобрать мужская она или женская. Она отдала вещи парню, а сама ушла в ванную переодеться. Вернувшись, девушка включила лампу, которая стояла на полу рядом со стопками книг, уселась рядом в позе лотоса и принялась пролистывать дело уже, наверное, в тысячный раз, ища зацепки.       Итачи тем временем переоделся в предложенные вещи, аккуратно сложил свои и уселся на диване, положив рядом пистолет.       - Ты спать собираешься?- спросил он.- Мне кажется, мы выяснили, что тебе нужно поспать.       - Я лягу чуть позже.       - Не ляжешь – я уверен.       - Извини, я хочу еще раз все посмотреть.       - Это растянется до утра – я тебя знаю. От твоего самочувствия зависит и моя жизнь тоже. Ты – мой напарник.       - Итачи, не капай мне на мозги.       - Тогда ложись спать.       Она обернулась, чтобы сказать какую-нибудь колкость, но встретившись с его жестким взглядом, решила промолчать. Оставив лампу включенной, она забралась под одеяло, улегшись вальтом к парню и поджав под себя ноги, чтобы не касаться того.       - Итачи,- начала неуверенно девушка, пытаясь занять себя перед сном,- как думаешь, я умру?       - Все умирают,- ответил прикрывший глаза напарник.       - Я имею ввиду от ЕГО руки. Он ведь опережает нас на шаг. Мы до сих пор не смогли вычислить его.       - Пока я рядом – он не убьет тебя.       - А вдруг ты – это он?       - Тогда у меня уже была сотня возможностей убить тебя, которые я упустил.       - Слушай,- она выбралась из-под одеяла и подползла к нему,- а почему ты пошел в полицию? Я никогда раньше не спрашивала, но мне интересно.       - Потому что мне нравится эта работа.       - А как родственники отреагировали?       - Сначала были против, но потом смирились.       - А ты когда-нибудь планируешь завести семью? Просто мне кажется, что с нашей работой это невозможно. Лично я вот не решаюсь подвергать опасности другого человека только потому, что он мне нравится. Не хочу быть причиной чьей-то смерти.       - Наверное, именно поэтому большинство полицейских либо одиноки, либо уже разведены. Их родные не выдерживают постоянных задержек на работе, ощущения постоянно окружающей их опасности.       - Суждено нам сдохнуть в одиночестве в пустой квартире и никто не поинтересуется, куда мы пропали,- заключила Киеру и, вернувшись на свое место, легла спать, не желая больше развивать тему их одинаково одинокого будущего.