По прозвищу «Жнец»

      Снова ночь, только на этот раз в квартире Учиха. Снова Каори с криком проснулась от кошмара и больше не может уснуть. Как же она от этого устала! Сейчас снова придется идти на кухню и заваривать кофе, а после сидеть и ждать утра.       Она выходит из комнаты, крадется, стараясь не шуметь, и вот уже стоит перед дверью в кухню, но вдруг передумывает. Вместо кофе она возвращается в свою комнату, берет оттуда одеяло и подушку, идет к двери спальни напарника, открывает ее, проходит внутрь и идет к кровати. Итачи не спит, разбуженный ее криками во время кошмара, а просто наблюдает за ней. Она же тихо пересекает комнату, залезает к нему на кровать, положив свои постельные принадлежности, и укладывается спать. Все это она делает, молча, даже не спросив у него разрешения. Но Итачи все же решается задать вопрос. - Может обнять? - Не надо. Но спасибо.       Возможно, со стороны Каори это дикая наглость: ведь Итачи приютил ее у себя дома, отдал спальню брата, а теперь она еще и на его постель посягнула. Но в тот момент она просто не видела другого выхода, так как помнила, что еще тогда, в первый раз, когда ей пришлось ночевать с напарником на одном диване у нее в квартире, кошмары ей не снились. Вот она и решилась проверить свою теорию на практике.       Рано утром Каори резко открыла глаза и, увидев перед собой не «свою» комнату, сразу же все вспомнила. Как она могла быть такой нахалкой? Это на нее совсем не похоже. Она никогда себе не позволяла подобных выходок. Да и просыпаться в постели с мужчиной ей уже давно не доводилось: она всегда уходила еще затемно. Как же она теперь посмотрит Итачи в глаза? Как будет оправдываться? Хотя просыпаться в его объятиях было чертовски приятно. Приятно было ощущать, как он крепко обнимает ее со спины, уткнувшись лбом в ее затылок; ощущать его дыхание у себя на шее; представлять, как его губы нежно целуют ее в эту самую шею… Стоп, а какого черта это он ее обнимает? С этими мыслями она аккуратно, чтобы не разбудить соседа по кровати, выбирается из его объятий и уходит к себе в комнату, захватив свои одеяло и подушку с собой. Зря она думала, что он спит – он проснулся гораздо раньше нее и все это время любовался ей спящей, но об этом он ей ни за что не скажет.       Тем временем Каори ополоснулась в душе и приступила к приготовлению завтрака. Она понятия не имела, что можно приготовить, да и что вообще мог есть по утрам ее напарник, поэтому просто сварила кофе и сделала ему пару бутербродов с сыром. - Доброе утро,- прервал ее хлопоты Итачи. - Доброе,- нервно выдохнула девушка, боясь, что парень мог сейчас начать выспрашивать, что это такое ночью было. - Как спалось? - На удивление хорошо. Я еще никогда так не высыпалась. Ты очень положительно влияешь на мой сон, будто бы отгоняя кошмары. - В таком случае, можешь приходить, когда захочешь. Возможно, в скором времени у тебя даже синяки под глазами исчезнут. - Возможно, но злоупотреблять твоим гостеприимством я все же не намерена. - Как хочешь. Я всего лишь предложил тебе свою постель. - Фу, Итачи! Это звучит очень пошло. - Ты еще представь, что подумают люди, узнав, что мы спим в одной постели. Врятли это будет что-то целомудренное. - Надеюсь, ты сам никому не проболтаешься? - Обижаешь. Я – могила,- улыбнулся парень. - Отлично. И раз уж мы договорились – кушай и поехали на работу. - А ты? - Я не завтракаю,- мягко улыбнулась Каори.- Максимум на что я способна по утрам – это кофе, но его я могу и в участке попить. - Хорошо, я постараюсь побыстрее,- усмехнулся ей в ответ напарник. ***       Вот уже пару недель Каори жила у своего напарника. Не сказать, что она особо переживала по этому поводу, но вот постоянные шуточки и подколы коллег по работе ее уже порядком достали. Не успевали они войти в участок, как все дружно принимались присвистывать и жестами и мимикой изображать минет. Сначала девушка посылала всех очень далеко, потом показывала средний палец, а потом и вовсе стала игнорировать все их выпады. Это оказалось самым действенным способом, потому что, видя безразличное отношение объекта насмешек к приколу, он стал неактуален.       С Итачи же они, наконец-то, закончили просмотр видеозаписей с камер наблюдения и не обнаружили там никого постороннего. Более того, они даже не смогли зафиксировать момент, когда предатель печатал записку. Скорее всего, предположил напарник девушки, что записка была напечатана между листов какого-нибудь отчета, а после просто вынута оттуда. Поняв, что так они ничего не выяснят, они решили получше присмотреться к своим коллегам по отделу.       А пока что они лежали на полу и разбирали очередное убийство Жнеца. - Вот, смотри,- указала на одну из фотографий Каори,- видишь порезы на теле жертвы? Такое ощущение, что они образуют какой-то знак. - Вполне возможно. А что сказал патологоанатом? - Что ее мучили около двух суток, нанося увечья. Постепенно вскрывали грудную клетку, а в конце вырвали сердце. - Парень – псих. Чего еще от него ожидать? - Знаешь,- девушка повернулась на бок лицом к Итачи,- я все время думаю, что он сделает со мной, когда доберется. - Постарайся не думать об этом. - Слушай, а может мне специально подставиться? Он меня поймает и больше никому не причинит вреда. Если ты сможешь меня вовремя спасти – замечательно, а если нет – я на тебя не обижусь и не стану мстить с того света. - Ты серьезно хочешь подставиться? - Ну да. А что такого? Я уже устала сидеть, сложа руки. Может это единственная возможность выманить его. - Не говори ерунды. Мы и так сможем его поймать. - Да что ты паришься?- не выдержала Каори.- Тебе не впервой терять напарника. Подумаешь, потеряешь еще одного. - Я бы не хотел потерять еще и тебя. - Да что во мне такого особенного? Я просто очередной полицейский, который погибнет на задании. Я ни капли не держусь за свою жизнь. По мне никто не будет скорбеть, потому что у меня никого нет. Я никому в этой жизни не нужна и никому ничего не должна. Когда захочу – тогда и умру. Это мне решать. - Ты нужна мне. - Зачем? Чтобы выделяться? Посмотрите, у него напарник – женщина. Вот ему не повезло. Или, наоборот, повезло – и напарник, и баба. Не надо далеко ходить. А может ты боишься увольнения, которое тебе грозит вследствие…       Резкая, но легкая пощечина остановила ее словесный поток. От неожиданности она потеряла дар речи. - Ты что… ударил меня?- тихо произнесла девушка, опомнившись. - Извини, не нашел другого способа прекратить всю ту чушь, которую ты несла. - Ну, не знаю,- решила съязвить девушка,- мог бы поцеловать – я была бы в таком же шоке. - Если ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал – обращайся в любое время,- решил подыграть ей парень. - Серьезно? - Конечно.       Каори не могла понять, серьезно он говорит или просто насмехается над ней. Она заглянула ему в глаза, но не смогла прочитать в них хоть что-то. Решив прекратить ломать голову над его словами, она постаралась просто уйти от этого разговора. - А что ты выяснил по поводу крысы? Кто это может быть? - Пока ничего существенного. Есть некоторые зацепки, но выводы делать еще рано. Так ты хотела бы, чтобы я тебя поцеловал? - Любая девушка бы этого хотела. Посмотри на себя – ты же красавчик. Уверена, все девушки хотят свернуть мне шею лишь потому, что я постоянно ошиваюсь рядом с тобой. - Ты не любая, а конкретная. Не увиливай от ответа. - Давай закроем эту тему? - Закроем, если ты мне честно ответишь,- решил добиться своего Итачи.       Каори снова посмотрела в его черные глаза в поисках ответа на его же вопрос, но не смогла ничего найти. Он подвинулся к ней ближе, давая намек на нужный ответ. - Послушай, Итачи. Ты хороший парень, но не думаю, что у нас что-то выйдет. Лучше найди себе девушку с работой поспокойнее, которая будет сидеть дома и ждать тебя с работы, за которую не нужно будет волноваться… - С чего ты взяла, что мне нужна именно такая? - Потому что ты этого достоин. - А ты? Чего ты достойна? - Я не хочу это обсуждать. - Придется, раз уж мы завели об этом разговор. - Не придется, если мы его сейчас закончим. - Не выйдет. Мы и так всегда говорим только о работе. Мне бы хотелось узнать что-нибудь о тебе. О настоящей Каори, а не о той девушке, которой ты притворяешься. Я ведь с тобой настоящий и от тебя мне хотелось бы того же. - Не уверена, что тебе понравится мое истинное лицо. Тем более, что мне гораздо удобнее быть Киеру. Лучше скажи, когда я могу посетить архив личных дел? - Возможно, на следующей неделе. Я договорился с давним другом. Он проведет тебя туда. - Отлично. Надеюсь, я найду там что-нибудь полезное,- поднявшись с пола, Каори поспешила скрыться в своей спальне, сбежав, таким образом, от неприятного ей разговора. ***       Последнее время Каори все больше времени проводила в подвале с патологоанатомом. Она вместе с ним еще раз осматривала все тела, которые, грубо говоря, уже складывать было некуда. Постепенно она стала приходить к версии, что, возможно, убийц двое и работают они в паре. Но при этом она обнаруживала на телах только один знак. Почему? Этот вопрос ее уже замучил. Почему они работают вдвоем, а «автограф» всего один? К тому же, если предположить, что это один человек, который только любит мучить жертв и получает от этого удовольствие, то зачем ему оставлять себе на память части тела и органы? Они ему попросту не нужны, даже как трофеи. Это убеждало девушку в том, что убийц двое. Этими соображениями девушка и поделилась с напарником, поднявшись к нему в кабинет, а заодно и другими. - Итачи, помнишь, я принесла в участок палец? - Да. - По результатам исследований Сасори выходит, что его отрезали уже после смерти человека, а это необычно, потому что он любит истязать жертву пока она в сознании. Причем самое интересное в том, что отрезали палец незадолго до того, как прислать мне. А знаешь, что еще странно? - Что? - Господи, никак не могу привыкнуть к твоей немногословности,- тяжко выдохнула девушка.- Так вот, странно то, что время между отсечением пальца и его появлением у меня на пороге очень маленькое – примерно 30 минут. - А во сколько Хидан привез тело? - В семь. Он сказал, что вышел на пробежку и случайно наткнулся на труп. - Интересное совпадение. Он нашел труп сразу после отрезания пальца. - Ты же понимаешь, к чему я клоню? - Да. Нужно поменьше болтать при Хидане, пока мы не докажем его непричастность к маньяку. ***       Через день под дверью квартиры Учиха появилась коробка с частями тела еще одного трупа. Это были два карих глаза. Так же там была и записка: «Я слежу за тобой». Это могло означать только одно – он знает, что она скрывается у своего напарника и, возможно, тот теперь тоже в опасности. - Меня уже достал этот псих!- Каори ходила по комнате, не находя себе места.- Я уже жду - не дождусь, когда мы встретимся лицом к лицу. Мне даже уже исход не важен – он или я. Хотя нет, важен – я. И я его на кусочки порежу. Буду мучить долго, как он своих жертв. Постараюсь сделать так, чтобы он умер от боли у меня на глазах. - Каори,- прервал ее пламенную речь напарник, и она остановилась напротив него. - Что? - Тебе не кажется, что ты сейчас говоришь, как потенциальный маньяк? - Что?- повторилась девушка, вздернув брови. - То, что ты говоришь – буду мучить и все такое… - Возможно, ты прав,- чуть поутихла она. - А еще ты потенциальная самоубийца. - А это ты с чего взял? - С тебя. Ты постоянно подставляешься под пули, лезешь напролом, совершенно не следуешь инструкциям и не щадишь себя. Складывается такое ощущение, что ты хочешь получить как можно больше адреналина и проблем на свою голову и сгореть как можно быстрее. - А что, если и так? Тебе-то что? - Мне – ничего. Но я – твой напарник и хочу быть уверенным, что если я тебя что-то попрошу сделать, то ты это сделаешь. Если попрошу сидеть и не высовываться, то ты меня послушаешься. - Не могу тебе этого обещать. - Я так и думал. Лучше сядь и успокойся,- он протянул ей руку. Она приняла ее. Тогда парень потянул ее на себя и та неуклюже завалилась на него. - Что ты делаешь, Итачи?- смеясь, спросила Каори. - Отвлекаю тебя,- на этих словах он принялся щекотать девушку, а она ответила ему тем же. - Хватит, Итачи,- простонала, спустя полчаса, валяющаяся на полу Каори,- я больше не могу. У меня уже живот болит от смеха и ребра от твоих щекотаний. - Ладно. Но так будет всегда, когда ты начнешь психовать. - Черт, теперь придется записываться на прием к психиатру, чтобы он мне выписал чудодейственное успокоительное, лишь бы ты больше не применял такого изощренного способа моего мучительства.