Одиночка

      После невыносимо долгих лекций, мы, уставшие, выходим из учебного заведения. — Во сколько с работы придёшь? — останавливаясь у ворот, интересуется девушка, всё ещё не отпуская моей руки. — Как всегда к двенадцати? — Ну, сегодня обещали пораньше отпустить, — задумавшись, отвечаю я. — Правда? Я сбегаю к себе домой, потом приду к тебе, — смешно тараторит она, а я невольно улыбаюсь этому. — Тебе приготовить что-нибудь? — Как хочешь, — пожимаю плечами и перекидываю взгляд на дорогу. — Ай, — строит обиженное лицо та, складывая руки на груди. — Пошла я домой, короче, — отцепляет свою руку и хочет уже уходить. — Эй, чего дуешься? — останавливаю девушку за локоть. — Потому что ты полный пофигист, — поясняет она. — Я? — Именно! — Пф, — фыркаю и закатываю глаза. — Так чего с пофигистом встречаешься? — Короче, я пошла домой. Не приду к тебе сегодня, — ворчит она, снова поворачиваясь ко мне спиной. — Доиграешься, — резко разворачиваю её к себе лицом и с раздражением смотрю на неё. — Чтобы к десяти была у меня! — Не хочу. — Не беси. — Вдобавок я тебя ещё и бешу постоянно! — ахает Хваён, дёрнув ногой. — Даже не представляешь насколько, — спокойно дополняю я. — Отлично! — выплёвывает та, подходя впритык ко мне. — Тогда не подходи ко мне! — Ага… — склоняю голову набок и подхватываю одной рукой талию девушки, прижимая к себе. Наши животы резко соприкоснулись, тесно прилипая друг к другу, что вызвало тихий писк у Хваён. — Ты слишком непослушная. Чтобы к десяти была у меня, — оставляю свой след на шее девушки и ухожу, напевая себе под нос глупую песню.

***

      Отпустили пораньше, да ещё и зарплату выдали — вот бы так всегда. Я кое-что приобрёл на часть суммы, вот только стоило ли? Как-то даже сам удивился такой спонтанной покупке.       Перебирая шаги, уже вижу свой дом. Улыбаюсь тому, что в нём горит свет, значит, она всё-таки пришла. Оставляю обувь в прохожей и иду на кухню, осматриваюсь и останавливаю свой взгляд на стол. — Обиделась, но приготовила, — ухмыляюсь себе под нос и покидаю кухню, направляясь в комнату.       Хваён лежит животом на кровати, копаясь в телефоне. Она слышала, что я уже дома, ведь входные двери довольно-таки шумные. Лежит и делает вид, будто бы меня не замечает, дурочка. Я два раза стучу в дверной косяк для привлечения внимания, но она всё так же продолжает игнорировать моё появление. — Эх, ладно, щенок, пойдём отсюда. Не хочет она знакомиться с новым другом, — гладя маленькое животное под курткой, разворачиваюсь и уже хочу уходить, как Хваён резко спрыгнула с кровати и понеслась ко мне. — Где? Где? Покажи! — мои бедные уши. Вот зачем так орать? — А! Щенок! — радостно вскрикивает она, забирая его из-под куртки. — Какой маленький! — пищит и сжимает животное в своих объятиях, а я стою и смотрю на всё это ещё пару минут, затем, закатив глаза, ухожу на кухню.       Сижу и уплетаю поздний ужин, поглядывая в окно. Уличный фонарь то зажигается, то гаснет, плохо освещая и без того тёмную улицу. На кухню заходит Хваён, держа в руках щенка; открывает холодильник и достаёт молоко, наливая в пластмассовую миску. — Кушай, — чешет макушку и опускает животное на пол, а сама подходит к столу и садится напротив меня. — Ты купил его? — склоняет голову набок. — Нет. Нашёл на улице. Пусть поест, завтра отнесу обратно, — со спокойным лицом отвечаю и продолжаю есть. — Эй! Не отдам! — возмутилась девушка, вставая на ноги. — Не отдам! — Дурочка, — усмехаюсь я и собираю тарелки со стола. — Иди спать, я в душ, — ставлю посуду в раковину и выхожу из кухни, улыбаясь наивному созданию.       Тёплая вода смывает усталость дня. Я долго не собираюсь отсюда выходить, хочу подольше понежиться под согревающей жидкостью. Всё бы ничего, если бы не послышалась болтовня Хваён. — Тэхён… — тянет она, заходя в ванную, а я всё ещё продолжаю подставлять голову под тёплую воду, игнорируя девушку. — Тэхён… — уф, а это оказывается напрягает. — Чего тебе?! — высовываю макушку из душевой кабинки и со злой гримасой на лице смотрю на неё. — Как щенка назовём? — улыбается и подбегает ближе. — Издеваешься? Дай помыться, — кидаю уничижительный взгляд и подставляю голову обратно под воду. — Вот же блин. Ты всегда такой! Вот заберу щенка и уйду от тебя! — Давай, только щенка не трожь, — даю спокойный ответ, продолжая свои действия. — Придурок, уйду говорю! — Ох, ну ты… — нащупываю рукой край её футболки и тяну к себе, подставляя под воду. Ткань мгновенно намокает, просвечивая все части тела. — Эй! — Уйдёт она, ага, — прижимаю тело к стенке и тянусь снимать прилипшую одежду к коже. — Поговори мне тут ещё, — кусаю её нижнюю губу и вовлекаю в поцелуй.       Хваён с лёгкостью впускает мой язык к себе и тянется к шее. Футболка давно валяется под ногами и мокнет. Руками нащупываю ткань кружевного белья и с рыком снимаю его, выкидывая к футболке; подхватываю девушку и скрепляю ноги у себя на бёдрах, с силой вбивая хрупкое тело в стенку. — Чего ты сейчас хочешь? — играю с ней, лаская грудь и пальчиками опускаясь ниже. — Тебя, — со стоном выдыхает она, цепляясь за шею. — Громче, — кусаю мочку уха и спускаюсь к шее. — Тэхён, я хочу тебя, — как эхом проносится в моей голове, и я отпускаю девушку на ноги, разворачивая спиной к себе.       Убираю её волосы набок и вырисовываю дорожку из поцелуев по полоске позвоночника. Пальцами впиваюсь в бёдра и подтягиваю к себе максимально близко. Отвлекаю её лёгким поцелуем в затылок, а затем резко вхожу до основания, отчего та вскрикивает и выгибается. Не думаю сбавлять темп, а лишь ускоряю свои движения, доводя обоих до безумного экстаза. Громкие стоны заполняют ванную комнату. Она отдаётся мне вся, без остатка…

***

      Замотав уставшее тело девушки в полотенце, подхватываю её на руки и несу к кровати, где укладываю на белую простыню и укрываю одеялом. — Спи, — присаживаюсь на корточки напротив лица Хваён и заправляю её прядь волос за ухо. — Ты тоже ложись, — шёпотом просит она, закрывая глаза. Засыпает, а я всё ещё сижу и смотрю на её нечастое моргание ресниц и на то, как жмурится нос. — Хороших снов, моя Хваён, — медленно приближаюсь к лицу и осторожно касаюсь своими губами её лба. — Они и так мне снятся, ведь ты рядом, — еле уловимый голос, сменяющийся тихим сопением.       В задумчивости опускаю глаза, затем снова перевожу их на спящую девушку, улыбаюсь и плотнее укрываю её одеялом.       Включаю свет на кухне и зажигаю сигарету, останавливаясь у окна. Ночь слишком спокойная сегодня. За прозрачным стеклом открывается дорога, по которой ещё скитаются люди. Кто-то гуляет шумной компанией, а кто-то бродит в одиночестве — как и я когда-то. Я недавно задумался и посмотрел назад, на свою прошлую жизнь, в которой не было ничего, лишь пустота. Как персонаж глупого мультфильма, как глухой парень, убегающий от людей, я терялся в пустоте. Она поглощала меня и не хотела отпускать. Всё это время на моём плече лежала рука лучшего друга, а я как дурак постоянно её сбрасывал, ища оправдания своим глупым поступкам. Пришло моё время, теперь я заброшу свою руку на твоё плечо, Хосок.       В моей кровати лежит она, такая шумная и порой глупая, но только моя. Тэхён влюбился? Влюбился, по уши влюбился. Прости, что не показываю тебе этого, мне сложно. Я не изменюсь, даже не пытайся меня изменить, но ты ведь знаешь, что без тебя уже никак. Не отпущу, и даже не пытайся, всё равно поймаю по дороге и прижму к себе. Ругайся и кричи на меня, можешь даже ударить, но главное будь всегда рядом…       Мама, отец, вы же вернётесь обратно, правда? Я вас жду, хотя и никогда не признаюсь в этом. Вы же думаете о своём глупом сыне? А вот я о вас думаю. Возвращайтесь домой… — Чего разлёгся, бездельник? — выбрасываю сигарету и тянусь к щенку под стол, укладывая маленькое животное к себе на руки. — Пошли спать, дружок…