Под красным колпаком популярности

      Для взрослого человека отношение к школе, из которой он вышел, может быть лакмусовой бумажкой. Ненависть, отвращение? Вполне безобидный случай. Ностальгия, сентиментальная грусть? Доктор, что-то тут не то.       Так, по крайней мере, считал Джейсон. Убеждения его вообще почти всегда бывали циничны и категоричны.       Та общеобразовательная школа, в которой Тодда учили отличать Фроста от Гарди, не вызывала у него никаких тёплых чувств. Даже несмотря на то, что именно здесь ему когда-то начал доставлять удовольствие учебный процесс. В конце концов, даже в бытность якобы беззаботным Робином он был скорее вигилант в маске школьника, чем школьник в маске вигиланта. Поэтому школа, для многих других детей составлявшая большую часть мира, не являлась даже его половиной для Джейсона. А уж теперь Красный Колпак вообще приобрёл аллергию на все счастливые готемские воспоминания.       И, тем не менее, этим до мигрени солнечным днём Тодд околачивался возле крыльца своей бывшей школы и гадал: его тошнит от возможного сотрясения, полученного вчера, или всё-таки от этого места? А вчера он прокололся знатно, Бэт-сенсей поставил бы «неуд.» за такой долбоебизм… Стоило выйти за кофе – без маски, просто чтобы развеяться – как он тут же получил по зубам. Нет, конечно, его ударили неожиданно, из-за открывшейся двери, во время медитативного дзена, да-да-да, но как можно быть таким кретином, чтобы утратить бдительность в Готэме? «Где угодно на этой Земле», - поправило подсознание, но Джейсон только поморщился: он не вёл диалогов ни с какими голосами в голове.       Идиотская история – подготовленному убийце звякнул в бубен обыкновенный пьяный урод. Даже не совсем сфера компетенции Красного Колпака, хотя тот, конечно, в долгу не остался. Впрочем, как показывал жизненный (посмертный, послесмертный) опыт Тодда, идиотизма в мире на самом деле куда больше, чем чудесных совпадений.       Итак, что же он делал здесь, пугая своей помятой полубандитской рожей детей и родителей? Джейсон и сам толком не смог бы ответить. То есть цель-то у него была, но всё равно в ситуации оставалась какая-то раздражающая мутность.       Между тем, в толпе наконец-то мелькнула та, кого он ждал. Дана была довольно невысокой, поэтому высмотреть её бывало непросто. Девочка заметила линчевателя, который нынче был просто телохранителем, и направилась к нему. Пока она приближалась, Тодд машинально отмечал хорошо знакомые признаки. Заношенная одежда. Сутуловатые плечи, будто она сжалась в ожидании удара. Недоверчивый взгляд исподлобья. Пальцы, крепко сжимающие лямки рюкзака. Настороженные взгляды, то и дело бросаемые вокруг: никакая опасность не приближается справа, слева? Ей страшно в школе. Или, по крайней мере, в школьном дворе. Может, где-то в здании и есть место, где она может расслабиться. На уроке? Джейсон не знал, насколько хороша Дана в учёбе. Если не очень, то, возможно, учителя тоже являются частью враждебного для неё мира. Хоть где-то в этой школе она чувствует себя в безопасности? А дома? - Что у тебя с лицом случилось? – спросила девочка, останавливаясь перед Тоддом и задирая голову. Мордашка у неё сразу выдавала смешанное американо-корейское происхождение. Впрочем, это Джейсон знал, что корейское. Вряд ли кто-то из местных детей утруждал себя выяснением деталей, используя интернациональное словечко «узкоглазая». - То, что уже не сможет случиться ни с чьим другим лицом, - ответил Тодд, - и нет, не спрашивай, что случилось с тем, которое случилось с моим лицом.       Дана пожала плечами. К её чести, она совершенно не возгордилась после личного знакомства с самим Красным Колпаком. Потому что, к сожалению всех прочих, и без того была нахальной занозой в заднице. - Пошли?       Джейсону ничего не оставалось, как повиноваться. Сначала пьяный мастер, теперь маленькая леди-босс – а жизнь-то становится всё интереснее.       С Даной он, конечно же, познакомился случайно. Тринадцатилетние девочки в круг его общения никак не входили. Просто повезло, преследуя по кондоминиуму одного прыткого дилера с полезными связями, залететь вслед за ним в чьё-то жилище. И узреть знакомую с детства картину: полуобморочная мать в слезах, ребёнок, как зверёныш, забился под стол и, как вишенка на торте, пьяный папаша со сжатыми кулаками и кирпично-красной мордой. И, как бы Тодд ни торопился той ночью, он не мог не задержаться на дискуссию по поводу института семьи.       Затем Колпак вернулся к своей обычной линчевательской рутине, но мысли о судьбе девочки не давали ему покоя. Поэтому для успокоения совести Джейсон снова наведался к её дому. И это было серьёзной ошибкой, потому что девочка обнаружила его, наблюдающего с безопасного расстояния. Как – одному Богу известно. Тодд подумывал даже, что начинает терять хватку, но потом ему всё-таки казалось, что Дане помог какой-то ангел-хранитель с извращённым чувством юмора. Девочка изъявляла явное желание поговорить с Джейсоном, и он не видел причин отказывать. Иначе кто знает, не взбредёт ли ей в голову искать с ним встречи где-нибудь в трущобах Готэма. Дана была удивительно сдержана – а Колпак в глубине души совсем не возражал против некоторого восхищения его персоной – но, тем не менее, она его искренне поблагодарила. Теперь для полного счастья стоило сделать её своей напарницей, но Тодд вопреки всеобщему мнению всё-таки был почти нормальный. Они поболтали, потом зачем-то встретились снова, а потом Джейсон обнаружил, что стал нянькой.       Он искоса взглянул на девочку, которую потащился провожать до дома (да, было ещё светло, но Дане приходилось проделывать долгий путь, который вдобавок включал пустырь). Она задумчиво покусывала нижнюю губу, скользя по прохожим рассеянным взглядом, и явно не смущалась компании убийцы. Тодд знал, что причина его симпатии к Дане очевидна. Девочка напоминала его самого. Ну, до того, как остроухая надежда Готэма сделала из него свой педагогический проект.       Линчеватель и девочка не разговаривали. Джейсона это устраивало. Во-первых, он давным-давно потерял вкус к светской беседе, а во-вторых сейчас, в часы досуга, предавался размышлениям о том, что же опять затеял этот изворотливый мудила Пингвин. И не сразу расслышал весьма неожиданный вопрос: - У тебя есть девушка? С Даной Тодд был знаком уже сравнительно давно, и ни разу до сего дня она не интересовалась его личностью. Собственно, это была одна из причин, почему Джейсон поддерживал эти странные отношения. - Да. - Правда? – распахнула глаза девчонка с таким изумлением, что Тодду даже стало немного досадно, - а как её зовут? - Не запомнил. Сегодняшняя слишком быстро ушла, и завтрашняя будет такая же. Мой любимый тип женщин.       Дана сердито поморщилась. Некоторое время они шли молча. Джейсон без интереса глазел на знакомые улицы, в который раз пытаясь разгадать эту тайну: почему Готэм – такой отстой? Сейчас, при свете дня на оживлённой улице, легко было представить, что он идёт по любому другому, куда менее криминальному большому городу. Нет, конечно, опасно было и днём. В каких-то районах больше, в каких-то меньше. А ведь наверняка есть люди, спокойно прожившие здесь свой век и не встретившие даже захудалого карманного воришки. Эта возможность была одновременно нечестной и странно утешительной. - Просто, - снова вторгся в его размышления голос Даны, - ты герой, людей спасаешь, а всегда один.       Один. Если бы «Делай, как я говорю» Брюс, «Я просто лучший, и всё» Грейсон или «Скромный гений» Дрейк не считали его Чудовищем Франкенштейна, он вполне мог бы назвать их своей семьёй. Несмотря на несхожесть взглядов и по-прежнему живёхонького Джокера. Глупо, алогично, унизительно, но правда. - Меня устраивает, - привычно ответил Джейсон. Это тоже была почти правда. Не устраивает одиночество, но то, что никто не капает на мозги – устраивает. Тодд покосился на девчонку. Ну, на самом деле, кое-кто капает. Дана отмахнулась от его слов, как от редкостной чуши. Карие глаза девочки загорелись энтузиазмом: - Ты просто не пробовал сближаться с людьми. Это так легко!       Джейсон огромным усилием воли подавил издевательский хохот. Легко? И от кого он это слышит? С языка готов был сорваться едкий ответ, но Колпак остановил себя. Это было бы не просто жестоко – безжалостно.       Он ведь знал, почему она так хочет, чтобы его окружали друзья, приспешники и прочая шваль. Потому что он герой. Её герой. И никак не может быть социальным неудачником. Потому что в противном случае Дана тоже останется социальной неудачницей до конца дней своих. - Устроишь мне тренинг? – вежливо осведомился Джейсон, даже приблизительно не представляя, что услышит в ответ. Как, по мнению этого чуда в перьях, заводятся друзья? От сырости? - Э-эм, ну… Я знаю, как получают человеческое тепло, Колпак! Слушай опыт признанной души компании! Больше всего тепла можно получить ночью. Подходишь к человеку, который кажется тебе наиболее тёплым. Важно, чтобы он стоял к тебе лицом. Говоришь: "Тепло есть? Надо быть щедрым!". Делаешь каменную морду, демонстрируешь пистолет в кобуре, поигрываешь желваками. Быстро и крепко обнимаешь его. Не поднимаешь, не швыряешь оземь, не душишь, не ломаешь рёбра, Колпак! Просто обнимаешь. Отпускаешь. Многозначительно глядишь в глаза. Растворяешься в тенях.       Тодд был так удивлён, что даже не сразу загоготал. А он-то думал, у девчонки нет чувства юмора. Может, не всё ещё для неё потеряно? Только избавиться ото всех, кто её достаёт – как от её папаши недавно. - Принято к сведению, детка. Какие ещё придумаем способы повысить мои рейтинги? Раздача автографов с мишенью, нарисованной на спине? Продажа именного печенья в виде моей задницы? Стильное красное трико? - В тебе и так слишком много красного, - фыркнула Дана, а Джейсон с облегчением понял, что тема закрыта.       Ну, а ночной Готэм, как обычно, кишел опасностями, как голова Даны – дурацкими идеями. Ведя наблюдение за Пингвином, Тодд вдруг подумал, как приятно, что ему больше не нужно патрулировать город. Бегать по тонущему кораблю, затыкая пробоины чем придётся.       Кобблпот засел на мрачном складе, где собирался встретиться со своим пока неизвестным союзником. С точки зрения Джейсона, в городе было многовато мрачных складов. И в каждом, буквально в каждом наверняка ошивается такой вот костюмированный идиот, как Пингвин. Хотя сейчас линчеватель и сам был костюмированным идиотом… «А может, зажигательными ракетами по всем этим складам?» - замечтался Джейсон. Его богатый опыт вигиланта подсказывал сотни примеров, когда местом дислокации очередного злодея был мрачный… ну, вы поняли. И чего Брюс не скупит весь этот стрёмный район и не возьмёт под свой контроль? Видимо, опасается, что преступность перенесёт свои встречи в другие, неизвестные ему, места…       Кстати, о Брюсе. Надо бы держать ухо востро. Наверняка где-то здесь уже затаился в тенях «величайший детектив». А ведь он и правда величайший – из всех, кого знает Джейсон. Бэтмен, конечно, в курсе, что он вернулся в город. Странно, что пока не взялся опять за полоскание мозгов своего худшего Робина. Впрочем, Тодд вёл себя относительно тихо и встреч с бывшим наставником избегал. И вообще не понимал, что забыл Готэме. Потом появилась Дана, и всё вконец запуталось. - Наконец-то! Почему так долго? – раздражённо поинтересовался Пингвин у кого-то, пока слабо различимого во тьме. Сидя на крыше соседнего здания, Джейсон, конечно, не смог бы услышать его, так сказать, невооружённым ухом, но на аппаратуре Красный Колпак никогда не экономил. - Радуйся, что вообще пришёл, Кобблпот, - ответил голос со странноватым акцентом, а затем Тодд разглядел свою новую проблему. Почти двухметровый мужик с очень солидным бумстиком вместо левой руки.       КГБист*. - Дерь… - беззвучно начал Джейсон, но решил пока не торопиться с выводами. - Господин Князев, с таким отношением к работе, боюсь, у нас с вами не выйдет сотрудничества, - между тем завёл Пингвин. Дерзостей по отношению к себе он не терпел. Телохранители Кобблпота ненавязчиво подобрались, смещая ниже центры тяжести и придвигая руки ближе к оружию. Да и их босс рассеянно поигрывал зонтиком. Тодд заинтересованно склонил голову набок. Он любил, когда преступники убивали друг друга. Но КГБист неожиданно сдал назад. - Ладно, - буркнул великан неохотно, - я погорячился. Ненавижу этот проклятый город.       Какая банальность. Кого не спроси, все ненавидят этот проклятый город. Чего же вы сюда лезете?       Дальше разговор потёк по привычному руслу: цель киллера, хитроумный план по устранению Бэтмена, запасной план, оплата. Джейсон слушал и прикидывал, что ему даст вмешательство. И какое именно вмешательство. Наркоторговцы больше не захотят работать с Красным Колпаком – они уже знают, что этому психу только дай повзрывать машины с ценным грузом. А вот Пингвин, возможно, будет не против сотрудничества, если Тодд предложит ему что-то стоящее. Или лучше сразу обратиться к самому КГБисту? Князев редко действовал в Готэме и, возможно, не был наслышан о геройствах Красного Колпака.       «…мо!», - окончательно определился Джейсон, заметив в тени здания знакомый силуэт. Как можно тише ретировался. Всё равно он услышал всё, что было нужно. А Брюс на Пингвина и его нового друга сейчас нападать не будет. Бэтмен предпочитает выжидать. Раньше Тодду это хреново давалось – вплоть до пары заваленных операций – но теперь он был совсем большой, даже дорос до фрейдистских конфликтов.       По улицам Джейсон почти не ходил, в привычном смысле. Крышами было быстрее. Для скучной земной поверхности существует транспорт. Собственно, до машины-то Красный Колпак и добирался, когда услышал женский крик.       Тодду ничего не оставалось, кроме как придти на помощь… или нет? Мало ли кто и что не поделил? В конце концов, недаром этот город считается преступной Меккой. Обо всём этом думал линчеватель, всё-таки торопясь к месту событий. Забавно, что ни одна кричащая дева в беде пока не оказалась ни ловушкой, ни, скажем, Ядовитым Плющом.       Место действия: Готэм, унылая подворотня. Время: около часа ночи. Действующие лица: беспомощная девушка – одна штука, стереотипный грабитель-наркоман – одна штука, саркастичный вигилант – одна штука. Джейсон даже заподозрил, что снимается в мелодраме. - Не ори, сука! Всё равно никто не придёт! – рычал грабитель. - И почему вам пишет реплики человек без фантазии? – вслух подумал Колпак и, не размениваясь больше на полемику, пристрелил своего собеседника. С наркоманами у него были натянутые отношения.       Спасённая дева тут же перестала кричать. И вообще издавать какие-либо звуки. Буквально подавилась воздухом и замерла, словно встретив взгляд василиска. Хотя нет, не замерла. Она начала трястись.       Ну и что. Нечего шляться тёмными переулками в самом опасном городе на Земле. Пусть радуется, что жива осталась.       «Ты просто не пробовал сближаться с людьми». Опять голоса в голове.       Джейсон раздражённо вздохнул. Брюс бы на этом моменте уже растворился в ночи. Ну, может, довёл бы деву до безопасных улиц, если тут такие имеются в это время суток. Девица, меж тем, продолжала трястись. Тодд не понимал, какого хрена он всё ещё торчит здесь. И молчит.       «А, пошло оно всё». Джейсон протянул руку и неловко потрепал деву по тёмным, кажется, волосам. Вроде как утешительный жест. Параллельно Колпак обнаружил, что предупреждение Даны насчёт удушения и сломанных шей было нелишним – первым машинальным порывом было ударить. Просто по привычке. «Прямо горю на работе. Можно от меня прикуривать». Зря он об этом подумал, сразу захотелось.       Девушка издала почти истерический всхлип и с придыханием выдавила: - Красный… Колпак? - А есть ещё варианты? – не удержался Джейсон. Едва ли она знает, кто первым носил это имя, так что Тодд ощущал свою некоторую уникальность. - Я твоя самая большая фанатка!       У жизни, однако, не кончались сюрпризы.       Джейсон хотел ответить что-то остроумное, но был порядком озадачен. И, чего уж скрывать – горд! Пусть Бэт-семья смотрит на него, как на зачумленного, пусть его разыскивает Интерпол – всё равно его дело правое! Может, раздача автографов и печенье в виде задницы не были такой уж глупой идеей. На красное трико он пока как-то не решался. - Польщён, - отозвался, наконец, Тодд, - ну, бывай, самая большая фанатка… - Постой!       Постоять Джейсону не хотелось, но он терпеливо остановился. Фанатов надо любить. Опять же, может, она попросит проводить её, или ещё чего. - Что?       Девушка замялась, глядя на тротуар. Пауза затягивалась. - Можешь уже отвечать, твоя очередь подавать реплику, - разъяснил линчеватель. Фанатка подняла на него глаза и выпалила: - Когда мы увидимся снова?       «В твоих снах, конечно», - завертелся на языке ответ, но Джейсон опасался, что это будет принято за заигрывание, и с глубокомысленным, насколько позволяла маска, видом сказал: - Когда? Ну, например, когда тебя возьмёт в заложницы Двуликий. Или когда я приползу, израненный, кашляющий кровью, на порог твоего дома, чтобы передать свои последние слова. А если ты будешь достаточно разумной, чтобы не лезть в пекло – никогда. - Но я тебя искала! – воскликнула девушка, - специально ходила по трущобам! - Очень суицидально, - оценил Тодд. «Ты искала меня или всё-таки премию Дарвина?». Вслух он сказал другое: - Гораздо проще меня встретить в школе. Не прогуливай уроки, особенно бег на физкультуре, и тебе воздастся. Ты ещё здесь? Давай, топай домой. - Я уже не учусь в школе! - Я даже не представляю, за что такую умницу могли исключить. Ну, ничего, со мной это тоже было. Система образования ненавидит гениев, - поделился Джейсон с ностальгией и тут же понял, что шутка выйдет ему боком. - Да нет же, я студентка колледжа, - начала самая большая фанатка, - постой, ты хочешь сказать, что мы похожи? «Твою… мать… как?! Как можно было сделать такой вывод?». - Я хочу сказать, - поспешно ответил Тодд, подавив желание инстинктивно попятиться, - что я, кажется, вижу на той крыше альтруистический силуэт Найтвинга.       Попытка отважно спрятаться за спиной старшего потерпела фиаско. Девица не впечатлилась: - Да, я уже встречала его на днях. Примчался спасать меня, как будто без него не обойдутся, - она передёрнула плечами, - а я ждала тебя.       Джейсон весело фыркнул. Конечно, должна быть в мире хоть одна женщина, на которую не действует криптонит мальчишеского обаяния Дикки. Но вот эту конкретную фанатку Тодд готов был подарить своему типа-старшему-братцу с величайшей щедростью. - Отличный вкус, солнышко. А теперь не пройдёшь ли в сторону проспекта? Там припаркована моя машина.       Девушка счастливо взвизгнула – то ли от перспективы покататься с самим Красным Колпаком, то ли от того, что он назвал её «солнышком». Но, когда она вышла на оживлённую улицу и обернулась, за её спиной, естественно, никого не было.       Добравшись до машины и заперев двери изнутри, Джейсон параноидально оглянулся. Его одновременно смешило и раздражало собственное поведение. Но что он мог сделать с этой чудачкой? Наверное, только припугнуть её и навсегда отбить охоту искать с ним встречи. Но линчеватель вынужден был признаться самому себе, что, несмотря на абсурдность ситуации, было в ней и что-то приятное. Интересно, есть ли у него адекватные поклонники…       Если бы Джейсон Тодд знал, какой дикой популярностью он на самом деле пользуется, храбрый Красный Колпак вообще не рискнул бы выходить из дому. Так что пусть пребывает в блаженном неведении, пока кто-нибудь из нас его не поймает. _________________________________________________________ *КГБист, он же «Зверь», он же Анатолий Князев, в прошлом часть совершенно секретной ячейки КГБ «Молот», ныне свободный наёмник. Введён в повествование исключительно из-за угарного прозвища. Я ведь не обещала боевик или детектив.