Противоположности притягиваются.(РЕДАКТИРУЕТСЯ)

      Гажил проснулся посреди глубокой и спокойной ночи. Голова зудела, во рту пересохло и тело тяжёлое как никогда. Он присел на кровати, держа голову руками, облакотившись на колени. Что этой ночью произошло? Брюнет совсем ничего не помнит, только некоторые непонятные моменты перед глазами всплывают, и то они размытые. Рядом с ним что-то пошевелилось, брюнет резко повернулся и увидел мирно спящую девушку. Ее лицо было так прекрасно и румяно, что так и хотелось любоваться до утра. Ее небольшие ручки сжимали одеяло, которое оголяло почти все тело, кроме живота и пятой точки. Хрупкие плечи блаженно вздыхали и выдыхали. Голубые локоны были разбросаны в разные стороны. А губы иногда открывались, затем постепенно закрывались. Полюбовавшись этой мирной картиной, Редфокс накинул на себя халат и направился к балкону, присоединенному к особняку с двора. Выйдя, алоглазый почувствовал холодный, но не сильный ветерок. По телу пробежали мурашки от холода. Это то что нужно. Ветер очистит его голову и поможет с похмельем.       В центре большого балкона был небольшой диван со столиком. Небо было чуть светлым: можно было рассмотреть окружность. Присев на мебель, парень откинулся на спинку дивана и вздохнул. Когда утро настанет ему предстоит встретиться с родственниками. Притвориться любящим мужем и вести себя как подобает добропорядочному парню. Опять… Как же ему надоело это! Он не может быть самим собой с кем-то. Лучше бы он родился в семье простого крестьянина. Не нужно было бы притворяться. А это всего лишь цветочки… Но не смотря на это, парень любил свою жизнь. Он всегда пытался быть в глазах отца тем, кого хотел Джон видеть. Но почему-то отец этого не замечал и всегда думал, что Гажил не любит его, и он глубоко ошибался. Для него статус « отец » — имеет большое значение. Но парень не понимал, почему его родной отец не понимает своего сына, но, наверное, он сам поймёт это лишь тогда, когда сам станет отцом. Так оно и есть.       Тем временем, мисс РедФокс проснулась от резкого похолодание в помещение. Вероятно, Гажил не закрыл распахнутое окно. Вздохнув, девушка лениво стала с кровати и подошла к нему, чтобы закрыть и поскорее оказаться в теплой постели. Леви взяла руки ручки оконных дверц и хотела закрыть, как раздался голос Гажила с балкона.       -Принеси мне стакан воды, — кареглазая вздрогнула от неожиданности, но быстро сделала, что просили. Тихо обойдя диван, голубоволосая подала стакан с жидкостью. Гажил лениво посмотрел на него и так же лениво взял. Девушка решила снова вернуться в комнату, но брюнет остановил ее.       -Сядь, поговорить нужно, — его голос был чуть хриплым, но решительным. Леви послушно села и стала сжимать конец платья, от волнения. Чего же хочет он сказать? Не уж то он хочет поговорить о её безрасудном поведение вчерашней ночью. Или же попросит прощение за свое? Хотя, больше подходит первое, добиться от РедФокса прощения почти невозможно.       -Сегодня утром приедут наши родственники, так что нам с тобой придётся вести себя по другому.       -Я знаю, матушка беседовала со мной об этом. Она сказала ещё, чтобы мы при слугах вели себя подобающе статуса мужа и жены, — прервала она его и пристально посмотрела на него.       -Это очень хорошо, что ты знаешь что делать, — он стал, держа в руке пустой прозрачный стакан, на который пал свет утреннего солнца. Кареглазая последовала его примером. Когда солнце коснулось ее лика, парень удивленно поднял бровь. Он взял подбородок девушки в руку и немного наклонил вправо. Кареглазая удивленно подняла руки, чтобы убрать мужскую руку брюнета, но не решилась коснутся ее и смиренно отпустила.       -Вчера между нами что-то было? — спокойно спросил он, разглядывая шею.       -Нет, — сразу ответила она, краснея с каждой минутой, — Вы еще пообещали мне…       — Я ничего не помню, только размазанные отрывки, — прервал он ее и, опустив подбородок, быстро и гордо зашагал в комнату. Леви протирала шею, думая что же там такое. И у самого входа вспомнила, что Гажил вчера оставлял засосы, когда был одурманен алкоголем. РедФокс стаяла неподвижно, лицо пылало огнём, рука на шее. Как она могла забыть о таком важном инциденте?       — А жаль…- Гажил скинул с себя халат на пол и стал быстро переодеться. Леви, придя в себя, бегом выбежала из спальни в соседнею комнату, а красный цвет с лица все не спадал. Кажется она никогда не сможет избавиться от смущения, при виде мужа. Кареглазая вспомнила о словах брюнета и решила переспросить его о них, хотя не стоило.       — Жаль? А разве вас это должно огорчать?       — Конечно, — выкрикнул он из спальни и через минуту вышел сам, — моя мать от нас так просто не отстанет. Ей одной свадьбы мало и она будет следить за каждым нашим шагом, так что придётся вести себя и перед предками так же как и перед гостями, если не хочешь чтоб они капали тебе на мозг.       — Ух, — выдала из себя Леви, слегка закрыв грудь рукой, заметив на себе изучающий взгляд РедФокса. Видимо, утреннее солнце пошло на пользу, не ей конечно.       — Кстати, что за обещание я тебе дал вчера бурной ночью? — Брюнет взял яблоко со стола и стал его грызть, параллельно смотря на новоиспеченую жену.       — Ну это…совсем небольшое, по- моему, обещание, — заикалась она, поправляя волосы за ухом, опустив глаза и пытаясь скрыть свои красные щеки. Слегка взглянув на Гажила, Леви поняла, что пора сказать прямо. Выражение лица алоглазого испугает кого угодно. Похоже он не любит, когда мямлят.       — Вы пообещали, что не будете выполнять свои обязанности мужа до следующего полнолуния, — на одном дыхании выдала она, убегая в спальну.       — Постой-ка, — окликнул он ее и девушка застыла на пороге двери.       — Мне нужно переодеться…       — Успеешь, моя ты недотрога, — усмехнулся он, подходя к ней, — ну раз обещал — выполню.       После этих слов, голубоволосая удивленно посмотрела на него. РедФокс стоял с устрошающей ухмылкой и с небольшим кинжалом в руке. Леви отодвинулась от него на несколько шагов. Жутко! Какой же он жуткий сейчас!       Гажил лишь расхохотался и прошёл мимо нее с кинжалом. Резко стянул простыню с спальны и бросил на пол. И так же резко пришёлся по кожи своей руки кинжалом. Тонкая струя крови стекла по руке и медленно капала на простыню. Леви смотрела на него, как на сумасшедшего. Хотя, она поняла его действия, но зачем ему это?       — Не смотри на меня так — это необходимо. Чтобы родители недостовали нас, придётся имитировать наши семейные отношения, включая и эти.       — Я поняла, — кареглазая потупила взгляд, чувствуя себя неловко перед брюнетом. Фактически, это из-за неё. И это очень неловко. Очень…       — Я спущусь в гостиную, постарайся побыстрее, — алоглазый салфеткой стер остатки крови с руки, проходя мимо девушки.- Можешь даже не скрывать засосы, ги-хи. Они прекрасно выглядят на твоей бледной коже.       — Не говорите так! — визгнула она, резко повернувшись и закрывая рукой шею.       — Скучать с тобой мы точно не будем, — загадочно улыбнувшись, кинул он и вышел вон.       — Дурак…

***

      Родственники уже собрались в доме молодожен. Родители тоже присутствовали. Все были усталыми и с мешками под глазами. Еще бы, ведь они весь день, весь вечер, всю ночь были на ногах. И кажется, что все вот-вот уснут на месте. Гажил сидел с ними и с улыбкой наблюдал за ними. Вот потеха! Их сейчас бы нарисовать и повесить портрет на стену в гостиной.       — И почему же ты от меня прятал свою возлюбленную, Гажил? — мужчина, с волосами цветом пшеницы и шрамом в виде молнии на правом глазу, сделал небольшой глоток свежего чая. Он был крайне удивлен, когда ему сообщили о женитьбы племянника. Лексус Дреяр — человек, воспитавший из Гажила мужика в течении нескольких лет, ничего не знает о его любви? Либо они все лгут, либо он был слеп и глух.       — Ничего я не прятал. Глаза надо разуть, — бросил брюнет, отводя взгляд от дяди.       — Милый, не дави на него. Не видишь, парень просто стеснялся и стесняется, — обратилась к Лексусу его супруга. Молодая шатенка с выразительными карими глазами. Она с улыбкой смотрела на мужа, поглаживая свой чуть большой живот. Она точно знает, кто у нее родится и кем будет. Не зря она видит будущее. Гажил не верил и не верит ее предсказаньям, но он даже не замечает, что её слова уже открыто начинают действовать.       — Ничего подобного. Просто, вам незачем было это знать, — фыркнул РедФокс, — и раз на то пошло, ты должна знать, Кана, как мы с ней встретились.       — А я знаю, Гажил, — спокойно ответила она, но потом посмотрела на него и твердо выдала, — но хочешь ли ты, чтобы я сказала это перед всеми?       — Ничего ты не знаешь, — усмехнулся он, недоверчиво кося на Кану. Он почти всегда с ней дрался взглядами. Он считал ее чокнутой и шарлатанкой, она его избалованной девочкой.       — Гажил, перестань, нет ничего такого в смущении, — вмешалась Металликана, мило улыбнувшись сыну, но взгляд метал ее молниями, точно как на глазу Лексуса.       — Сынок, а ты куда дел свою жёнушку? Я бы хотел ее увидеть, — с доброй улыбкой на устах, спросил дедушка Гажила со стороны матери. Макаров человек- душа, отец, и просто хороший старичок маленького роста.       — Люси привидёт ее, Дедуль, — старичок кивнул и взял чашку чая. Разговоры продолжались между собой присутвующими.

***

      Минут через пять как вышел Гажил, зашла Люси. И удивленно посмотрела на кареглазую, но потом виновато опустила голову. Красные пятна на шее девушки отчётливо были видны и простыня… Она не должна была так быстро сдаваться, она должна была отстоять на своем, хотя точно знала- ее брат не предсказуем.       — Прости, — прошептала она, беря ее руку в ладонь, — прости меня, Леви, я не смогла…не смогла сдержать обещание, — в ее глазах собрались небольшие капельки слез.       -Люси все в порядке, правда, я не обижана на тебя, ты сделала, что в твоих силах, остальное было за мной, — с грустной улыбкой проговорила голубоволосая, обняв ее. Она пока решила не говорить ей правду о вчерашней ночи, нужно посоветоваться с Гажилом. Вдруг он будет зол на нее из-за этого. Леви усмехнулась своим мыслям. Она думает уже как не девушка любящея читать, а как девушка замужняя. Да уж… От этих мыслей кругом голова.       Вдруг, в дверь постучали и женский голос промолвил, зайдя в комнату:       — Госпожа, ваш муж просит вас поторопиться. Джувию отправили помочь вам.       — Джу, как я рада тебя видеть, — улыбнулась она, подойдя к ней, — ты сегодня утром приехала?       — Джувия пришла ещё вчера, миледи. Ваша матушка отправила меня вечером с сеньором Пантером Лили сюда, — лицо ее было тускло и грусть в глазах не давал Леви покоя. И вела она себя странно, будто вот-вот упадёт и за заплачет. Хотя это недалеко от правды…       — С тобой все в порядке? Что-то случилось? — девушка посмотрела ей в глаза. Они были немного красными и мокрыми, — Джу, ты плакала?       — Всё…хорошо.       — Леви, ты должна переодеться и спустится, — прервала разговор Люси и опустила взгляд. Некрасиво с её стороны прерывать чей-то личный разговор, но у них и вправду мало времени.       — Мисс РедФокс права, госпожа. Не волнуйтесь о Джувии, она в порядке, — Леви вздохнула и пошла к шкафу, одарив синиглазую взглядом «мы ещё не закончили». Джувия убралась в комнате и принялась помогать ей и Люси. Вскоре они закончили с платьем и макияжем. Блондинка аккуратно пыталась скрыть следы на шее, а Локсар колдовала над волосами голубоволосой с таким же выражением лица.       В дверь снова постучали, на этот раз это был мужчина. Он спросил можна ли ему войти. Его холодный голос звучал устало и хрипло. Получив положительный ответ, юноша зашел в помещение.       Его стройное тело поклонилась, взгляд устремлен вниз, из уст вылетели слова:       — Миссис и мисс РедФокс, гости ждут вас. Сказали, что у них немного времени.       Этот голос эхом пролетел в голове у синивластки. Локсар не чувствовала пол под ногами, ее сердце остановилось. Этот голос она не сможет больше никогда забыть. Его нахальное и то же время красивое лицо, тело. Даже сейчас, когда синиглазая повернута к нему спиной, но будто видела его довольное вчерашнее лицо и блеск в темных глазах.       РедФоксы вышли в спешке, а Грей перед уходом решил что-то выяснить у девушки, стоявшая как бревно в центре комнаты с чем-то в руках.