Особенности еврейской смерти

— Зоммари, ты уже проснулся? — спросил внезапно кто-то за моей спиной. Я обернулся: знакомая лисья морда Гина. Ну и что мне теперь делать? В голове не было ничего, кроме как бежать отсюда подальше. Я не собирался рисковать жизнью ради какого-то странного негра. «Я как бы всё ещё здесь.» Я передёрнулся. Он перестанет говорить так внезапно? Надо придумать какое-то слово, типа «начинаю», «говорю», «приём». «Может, придумаем ещё и стоп-слово?» Так, я смотрю Эспада тут испорченная по самое не хочу. Но ничего я направлю их на путь истинный! Все сейчас будут тут в цицитах ходить! — Зоммари? — да, видимо, за внутренним диалогом я совершенно забыл про Ичимару. Хотя, что мне ему сказать? Я же совершенно ничего не знаю. От чего я должен был проснуться? Они мне уже хоронить хотели что ли? И этот Реру отказывается что-либо рассказывать. — Всё в порядке, Ичимару-сан, -как можно спокойнее ответил я. «Какой к черту Ичимару-сан! Самый вежливый, что ли?» Мой воображаемый «друг» сильно негодовал. А я что? А я ничего! Мама с детства учила, что к дядям чужим надо обращаться вежливо. Только жаль, что она не учила, как себя вести, когда рядом с тобой шинигами. «Перестань трепаться тут. Ты тут не один.» — Ичимару-сан, я долго провалялся здесь? — начнём, пожалуй, с нейтрального вопроса. — Два дня, — ответил мне Гин. — У вас с Нойторой завязался спор, и ты вызвал его на дуэль. Джируга так тебя отделал, что ты два дня был в отключке, но постоянно что-то бредил. Ты совсем ничего не помнишь? «Главное, не проколоться. Главное, не проколоться», — повторял я как мантру. Ну вот что ему сказать? — Понимаете, за то время, что я пролежал здесь, я многое забыл. Да и ко мне пришло озарение, — мямлил я. Всевышний, как же мне стыдно! Двадцатичетырехлетний мужик — а ломается как баба! Стыд и позор! — Что ты хочешь эти сказать? — спросил Ичимару, явно не понимая меня. Если честно, в данный момент я тоже себя не понимаю. Что за чушь я тут несу — непонятно. — Н-ничего, Ичимару-сан, — вздохнул я. — Просто мне кажется, что Джируга меня уж сильно по голове ударил. Ни черта не помню, — сказал я. «Гениальнее ничего нельзя было придумать? Чтобы я проиграл какому-то ничтожному Нойторе!», — негодовал истинный Зоммари. «Ничтожному Квинте Эспада», — ехидно подметил я. Какое же удовольствие доставляло издеваться над ним. Только вот, думаю, выйдет мне это, ой, каким боком. «Букашка, сейчас Ичимару сочтет, что тебе не только память отшибло, но и последние мозги.» Голосу тоже нравилось издеваться надо мной, белым и пушистым. — Ичимару-сан, а зачем вы пришли, собственно? — решил спросить я. — Айзен-сама решил собрать Эспаду. И я пришел узнать, готов ли ты вернуться в строй, — спросил Гин, приоткрыв глаза. Дурной знак. Надо было что-то решать. — Конечно, я готов, — сказал я. Стоп. Стоп, что я только что… Я, что, согласился?! Но я же не хотел. Теперь надо что-то делать. «Извини, придется мне иногда менять твои решения.» А ты, Зоммари, даже не сожалеешь об этом. Я-то думал, морально настроюсь, соберусь, раскачаюсь, придумаю план побега и тогда можно будет со спокойной душой отдыхать где-нибудь на Кипре со стаканом сока виноградной лозы! Так нет же, разгребай, Яшенька. Как же всё бесит. — Зоммари, с тобой точно всё в порядке? — Ичимару очутился около меня в мгновение ока. Я, конечно, за равенство ориентаций и все дела, но в данный момент я хотел бы ограничиться километровым куполом. «И кто из нас ещё испорченный?» — вздохнул голос. Мысленно я показал ему язык. — Раз ты чувствуешь себя хорошо, то пойдем в Зал Собраний. Владыка не любит, когда опаздывают, — ответил Гин. Ничего не оставалось, как согласиться и идти. * * * Но вот по дороге я всё же умудрился потеряться. И как я только в армии отслужил с моим-то топографическим кретинизмом? И хоть бы какие-то стрелочки или хоть какая-то карта, где написано «Зал Собрания — налево». Так нет же, идеально белые стены, пол и потолок. Вот, установлю тут свою диктатуру — и все узнают Яшу! «Тише-тише, букашка. У тебя есть важная миссия.» Как бы ядовито я не хотел ответить, но Зоммари прав. А вы когда-нибудь пытались украсть Хоугиоку? И я нет, но вот сейчас собираюсь. Не хотите со мной? Да, что вы ломаетесь? Давайте, давайте. Помирать — так вместе. «С кем ты там разговариваешь, идиот?» Не идиот, а Яков! И не просто разговариваю, а ломаю четвёртую стену! Зоммари ответил что-то, вроде, «придурок» или «сумасшедший». Но мы-то с вами знаем правду. «Смотри, теперь налево. Потом направо. Это же лево! И дал же Ками спасителя!» — Зоммари уже был на грани истерики. Я остановился и выглянул из-за угла. Из своих покоев выходил Айзен. Я всегда мечтал увидеть его живым — не даром, дядюшка Фрейд говорил, нужно бояться своих желаний. И вот теперь я вижу Владыку настоящего, из плоти и крови. Или из чего он там? Сейчас это неважно. «Потом любоваться будешь!» Эй, Зоммари, у меня как бы девушка есть. Я не такой. «Стадия первая — отрицания,» — усмехнулся голос. Айзен, к счастью, пошел в другую от нас сторону. Я на цыпочках (как это было возможно с моей комплекцией) прошел к его покоям. — Зоммари? Что ты здесь делаешь? — моля про себя, чтобы это был не Айзен, я обернулся: передо мной стояла арраканрша из свиты Владыки. — Я… — грозно начал я. — Но ведь у Эспады сейчас собрание. Ты должен быть в Зале, — недоверчиво перебила брюнетка. Её имя я не помнил, а мой болтливый воображаемый друг, как на зло, замолчал! — Иди в Зал, тебя звал Айзен-сама. Он просит принести чай, — приказал я ей. Арраканрша косо глянула на меня, но всё же ушла. «Поздравляю, букашечка! Уровень пройден,» — ответил мне Зоммари. Я зашел в покои Айзена. Конечно, не Букингемский дворец и не Лувр, но тоже неплохо. Войдя и закрыв двери, я сразу увидел светящийся камушек на небольшом пьедестале. «Осторожно, тут могут быть ловушки,» — сказал Реру. Подойдя ближе, я осмотрел пьедестал. Ничего обычного, только… Во всем этом свете было место, где как-будто присутствовала трещина. Я протянул руку в эту трещину. * * * Айзен стоял перед входом в Зал собраний, чему-то ухмыляясь. Он знал, что это произойдет. Айзен всегда просчитывал ходы, и этот не был исключением. Но сейчас нужно сохранять спокойствие. Сейчас нужно играть роль могущественного Владыки. Айзен открыл массивные двери Зала. — Здравствуй, моя дорогая Эспада, — продолжая улыбаться, сказал Айзен. Он осмотрел свою армию, остановив взгляд на Октаве Эспада. Однозначно, Хоугиоку позволил себя украсть его новому другу.