Тюремщица: Девушка с татуировкой дракона.

Саске был на взводе, он с шумом зашёл в «наш» дом. Я знал его как никто другой, пусть и внешне он был спокоен, но я подмечал все детали, связанные с ним. Нутром ощущалось его раздражение из-за пререканий Дейдара, и то, как заткнула его новенькая. Сакура ввела нас в курс дела и объяснила, что та милая девушка — Роза Ветров. Я слышал много легенд о ней, и много вариантов того какая она и каково ее прошлое. Но никак не ожидал увидеть в живую столь милую особу. Мое внутреннее чутье подсказывало, что она прошла через множество боли. И что интересно, она не вызывала такого отвращения, как например Хидан, скорей наоборот, хотелось ей помочь. Саске слишком занят собственной ненавистью ко всем и вся, а Сакура зациклена на Саске. Когда-нибудь она изнасилует его прямо у меня под носом. Я улыбнулся этим мыслям. — Чего лыбу тянешь отсталый? — скривилась Сакура. — Сакура не трогай Наруто, — холодно бросил Саске. Я показал Сакуре язык. Она возмущенно выдохнула. Долго ждать заключенную не пришлось. Она исправно подошла в гостиную на первом этаже, как и обещала. Я встал на встречу ей первый. Майка слишком плотно облегала ее тело, от чего слегка виднелись очертания сосков. Волосы ее были рассыпаны по плечам и кажется они спутались. Одежда явно не из лучших. Но ее манера держаться и привлекательные черты, заставляли не заострять внимание на этих мелочах. — Роза Ветров, очень о тебе наслышан, меня зовут Узумаки Наруто, я надзиратель команды номер один, к которой ты и относишься. По всем интересующим вопросам обращайся ко мне, — я сдержанно улыбнулся. Мне привиделось на секунду, что в глазах у нее мелькнуло удивление. Она была настроена серьезно и явно не ожидала услышать такое от надзирателя. Но все же она отправила мне милую улыбку, и кажется я был очарован. Хотелось улыбнуться во все тридцать два зуба, но страх перед расправой Саске был сильнее. Хорошо, что он не видел моего лица. Нехотя поднялся Саске и за ним подскочила Сакура. — Учиха Саске, надзиратель команды номер два, — почти выплюнул Саске. Она неопределённо пожала плечами, совершенно не задетая отношением Саске. Ух, даже меня он иногда заставляет поежиться от его же тона. — Харуно Сакура, мы уже почти знакомы Роза Ветров, я ваш медик, помогаю поддерживать заключенных в рабочем состояние. Она молчала. И кажется Саске не собирался что-либо ей объяснять. Я тяжело вздохнул и поманил ее за собой к лестнице на верхние этажи. — Так, на первом этаже у нас гостиная, мед кабинет и наши комнаты. Второй этаж сделан под кабинет Мадары. Сейчас мы направляемся туда, так как наш главный ожидает тебя для профилактического разговора. После, подойди ко мне, и обозначь список крайне необходимых предметов. — Наруто, — яростно вскрикнул Саске. — Ну что, — я пожал плечами, ища поддержки у Сакуры. — Наруто прав, у нас не приспособлено ничего под девушку. А у нее все-таки… кхм, — замялась Сакура. — В общем, ей нужны будут вещи личной гигиены и белье, это уж точно. — Делайте, что хотите, только и у Мадары сами спрашивайте, — огрызнулся Саске. Ого, кажется это девчонка ему больше чем не симпатизировала. Она же, с интересом его разглядывала. — Поработаем по старой схема, Саске, — одобрительно я похлопал его по плечу. Он бросил холодный взгляд на меня и зашагал прочь. Ох, чую ночью мне придется не сладко… Сакура хвостиком побежала за Саске, предлагая тому, кучу терапий и пилюлек. Дурная особа, крайне дурная. Но смешная. — Простите, Узумаки Наруто, можно задать вам вопрос? — послышался ее сладкий голос. Ого, она ко мне на «Вы». Я прыснул. — Роза Ветров, обращайся ко мне на «ты», и конечно задавай. — Мне сказали, что тут, за то, чтобы получить вещи, надо оказывать услугу своим надзирателям, — елейно проговорила она. Я остановился посередине коридора, ведущего к кабинету Мадары. — Да, Роза Ветров, обычно, чтобы получить что-либо из «внешнего» мира, некоторые заключенные пользуются нашими услугами, а мы их. Например, мы берем с них важную информацию или же заводим связи даже на таком отдаленном расстояние, но тебе… Я не успел договорить. Она прижалась ко мне, заставляя вжаться в стену. Она смотрела на меня снизу-вверх из-под ресниц, щеки ее немного покраснели, телом она плотно вжалась в мое. — А какую, м-м-м, услугу, я должна буду оказать вам за свои просьбы? — прошептала она. Ее руки оказались на моей груди, и она все еще призывно смотрела на меня из-под ресниц. Я почувствовал, как мой член набух до боли. Я нервно сглотнул, пытаясь трезво оценить ситуацию. Взяв себя под контроль, я за плечи отодвинул ее от себя. — Роза Ветров, тебе ничего не надо делать, просто составь список и отдай его мне, и больше так не прижимайся, — я посмотрел на нее и наконец улыбнулся во все тридцать два. Она наклонила голову на бок и с интересом посмотрела на меня, затем последовал легкий кивок. Наконец мы вошли в кабинет Мадары. Интересно, что предпримет она, узнав зачем она здесь? Мадара сидел за главным столом. Рядом стоял еще один стол поменьше, на одной стороне которого сидело двое мужчин в странных одеждах и кучей оружия по всему телу. Насколько я знаю, первые по списку ООН. Я же, как надзиратель ее команды, должен присутствовать при переговорах. Мадара одарил ее хищным, похотливым взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Она же была просто гипер-спокойна. Только что на ее лице играл румянец, а сейчас она уже спокойней удава. Я указал ей на стул напротив двух мужчин, сам же сел поодаль, наблюдая за ней. Присмотревшись к мужчинам, я понял, что ошибся. Первыми по списку были «ИГИЛ». Мне претило, что мы сотрудничаем с террористическими организациями. Даже нет, не так — с самыми влиятельными организациями. «ИГИЛ» нехилые деньги отдал, за то, чтобы, пытаться перехватить наших заключенных. Конечно же косвенно, и насколько я знаю, один из наших даже работает на них. Но не из моей команды, а от Саске слова лишнего не дождешься. Он молча слушала слова переводчика, который быстро переводил ей речь одного из глав террористической организации. Она все молчала, а переводчик говорил и говорил. Прошло очень много времени, прежде чем она задвигалась. Она расслабленно откинулась на спинку стула, скрепила руки в замок на груди и самодовольно улыбалась. Она произнесла что-то на том же языке, на котором говорил один из глав террористической организации. Короткое, четкое и весомое слово. Глаза главы расширились сначала от удивления, потом от ярости. Он что-то забрюзжал, давясь слюной. Дальнейшее произошло в считанные секунды… Глава вытащил саблю из-за пояса, его переводчик достал автомат. Я даже не успел достать свой парализующий шокер, как Роза Ветром перемахнула через стол, цепляясь ногами за голову одного из глав «ИГИЛа», откинувшись назад он со всего размаху перекувыркнулся и воткнулся носов в пол. Удар был очень сильный, но выглядело это крайне комично. Прошелся ряд выстрелов. Переводчик пытался поймать Розу Ветров и убить, не смотря на все предупреждения Мадары. Ее же и след простыл. Но за секунду она оказалась позади переводчика и вырубила его четким ударом по позвонкам. Вау! Но Мадара не разделял моего восторга, он держал пистоле в одной руке, направляя на нее. Она замерла, глядя на него. Он медленно встал и подошел к ней, одним быстрым четким рывком, он ударил ее рукоятью пистолета по лицу, да так, что она упала на колени, завалившись на бок. Я, наконец отойдя от происходящего, подскочил к ней и поднял за подмышки. — Наруто, — процедил Мадара. — Убери этих отсюда, к ним в машину, и попытайся не схлопотать пулю. Возьми с собой Саске, и да, пусть все-таки Сакура осмотрит этих. Я молча кивнул, осознавая сказанное. Роза Ветров, молча, держась за щеку села на свой стул. По руке ее сочилась кровь. — А ее осмотреть? — Ее не надо! Заслужила, — он гаденько ухмыльнулся.

***

Щека горела огнем, но я старалась игнорировать боль, плавно пульсирующую еще и в голове. Когда я зашла в главный зал нашего «дома», там были абсолютно все заключенные. Одни с интересом смотрели на меня, некоторые прятали свой взгляд, такие как Итачи. Но я знала, что немой вопрос повис в воздухе. Им было интересно, какое решение я приняла. Теперь я знала все, и знала, почему здесь так, а также, что все заключённые проходили через это. И возможно ни один раз. Поняв, что сейчас меньше всего я хочу находиться здесь, я прошла к кухне, достав коробок спичек. Поспешно вышла за дверь, стараясь прикрыть волосами опухшую щеку с порезом. Захлопнув за собой входную дверь и оборвав любопытные взгляды, я с тяжелым вздохом села на ступеньки. После инцидента, когда Мадара зарядил мне рукоятью пистолета, в его кабинет вошли еще двое. Они выглядели солиднее чем «ИГИЛовцы», это были представители ООН. Они представили мне две папки, одна была абсолютно пустой — мое личное дело. Даже ООН не смогли раскопать кто я, вторая же папка была очень толстой, казалось такой можно прибить — мои послужной список против всего мира. Они долго разглагольствовали о мире, о власти, о свободе. Так же как и «ИГИЛовцы », они предлагали мне прямое сотрудничество. Посасывай хуек у сильных мира сего — и будешь в шоколаде, возможно даже, лет этак через пятьдесят, тебя выпустят, но скорей всего тут же убьют. Мы слишком много знаем и умеем. Суть этой тюрьмы, далеко не мучение или наказание. Это огромная банка маринада. Мы тут огурчики да помидорчики, которые с удовольствием маринует весь мир. Теперь я понимала почему нас не убивают, мы слишком ценное оружие, и то, кому мы достанемся, очень выиграет в войне против других. Самые сильные, хитрые, опасные и возможно отчасти великие. Нас садят в золотую клетку, дабы манипулировать нами. Они уверенны, что рано или поздно все согласятся на сотрудничество, кто-то из выгоды, получать, все, чего душа пожелает, кроме свободы. Кто-то из-за скуки, наступающей рано или поздно. Кто-то из страха и жалости к себе. А из-за чего могла бы согласиться я? Я слишком явно ненавижу этот мир, и эта ненависть подпитывает меня. Они кидали весомые аргументы, они обещали золотые горы, они связывала по рукам и ногам нашу волю — давая надежду. И если с «ИГИЛовцами» было просто: они хотели крови и внушить всем свою веру, не понимая даже, что можно предложить женщине взамен на сотрудничество. Будь я мужчиной, они бы предложили баб, наркотики, оружие, деньги и многое другое. Но я была женщиной, а они были к такому не готовы. И конечно же, услышав ясное и четкое, без тени страха — нет, они озверели. Я знала, что Мадара меня не убьет. Не так рано и не так просто. Но это пока. С ООН все обстояло намного сложнее. Превосходные психологи, которые знали на что давить, что предложить и как подловить. Но моя ненависть больше даже чувства выгоды. Отказать им было сложнее, но по их глазам я видела, что они этого ожидали. Так же стало понятно, что это не последняя наша встреча. После последовали не такие значительные организации и группировки, которые только и слышали невинное нет, из моих уст. Я видела, как ерзает Наруто, постоянно поглядывая на меня. Заручится поддержкой этого наивного типа, ни стоило ровным счетом ничего. Мне даже не надо было ничего делать, его завышенное благородство сделало все за меня. А Мадара мерзко ухмылялся, каждый гребаный раз смотря на меня. Этот тип опасен и с ним в такие игры как с Наруто не сыграешь. Я достала сигарету, которую украла со стола Мадары, подкурила и затянулась. Взгляд мой устремился ввысь, и на секунду, смотря на темное небо, мне почудилось, что я на свободе. Дома. Вдали от всех глаз. Но сухой и раскаленный воздух с частичками песка, не давал забыть, что я посреди забытого богом каньона. Когда я перестала бороться и узнавать себя? Кажется, я отказалась от борьбы тогда, когда стояла на крыше многоэтажки, полностью уверенная, что мне больше не надо барахтаться как котёнку, в этих, смывающим все на своем пути — водах мира. И что теперь? Я не знала ответа. Позади открылась дверь. Кто-то мягко и бесшумно приземлился рядом со мной. — Что тебе надо Итачи? — От чего у тебя след на щеке? — ответил вопросом на вопрос он. — Рукоять пистолета, — пробормотала я. Подушечками пальцев я осторожно провела по опухшей части лица. — «ИГИЛ»? — уточнил он. — Нет, дон мафии, всего лишь жалкий червь. Он промолчал, не став уточнять, кого я имею ввиду. Я не знала понимает ли он меня, но вопросы он задавал безучастным голосом, как будто погоду спросил. Мы помолчали, и наконец он озвучил вопрос мучавший всех. — Ты согласилась? — Я не думаю, что это твое дело, — покачала головой я. — Но и подозреваю, что ты знаешь ответ. Он поднялся на месте и прежде чем зайти внутрь проронил, где лежит аптечка. Я ничего не ответила, пытаясь снова сфокусироваться на небе и уловить то чувство легкости, что было до его прихода. Но ничего не вышло, внутри было незнакомое подрагивающее ощущение. Наверное, это тошнота, возможно Мадара подарил мне очередное сотрясение, и все же стоит обработать пульсирующую на щеке рану и проспаться. Возможно потом, это странное ощущение пройдет.