Дуэт

- Шерлок, прекрати немедленно читать мои мысли. Раздражает, знаешь ли. Можно подумать, что ты чего-то обо мне не знаешь. - А, прости. Просто я не могу это контролировать. Я не могу перестать читать мысли всего, что меня окружает, но я могу выбрать того, чьи мысли предпочтительнее и сконцентрироваться на них. А твои мысли такие спокойные. После их прочтения, мне не хочется пойти убивать всех без разбору. Джон всё это и так знал. Просто он хотел сломать тишину... - Сломать тишину? Джон, серьёзно? Тебе двести лет, за это время можно было идеально освоить правила языка. - Вообще-то, вслух я этого не говорил, так что это не считается. И я разрешил тебе читать мои мысли, но не озвучивать их. Возьму и спрячу от тебя все мысли. Шерлок только усмехнулся. Джон использует эту угрозу почти двести лет, но ни разу не воплотил её в жизнь. Но сейчас Джону интересно, что случится с Шерлоком, если у него не будет доступа к его мыслям? Если Джон умрёт? - Прекрати, - сквозь зубы прошипел Шерлок, и его лицо стало ещё белее. - Не верю, что ты забыл, что случилось пятьдесят лет назад. Когда тебя похитили, и мне два дня пришлось тебя искать. Мне и Майкрофту. Забудешь такое. Когда он уже нашёл Джона, так близко к безумию он не был ещё никогда. Я больше не хочу видеть такое лицо Шерлока. Ему было больно, очень больно. И потом лет десять, хотя нет, до сих пор, но тогда в особенности, стоило мне уйти больше чем на десять минут, как у Шерлока начиналась паника. Снова спокойно работать я смог только через десять лет. Конечно, я знаю, что случилось с другими, но неужели смерть от нестерпимой боли - единственный выход? Вот если Шерлок умрёт, мне необязательно умирать, хотя я сойду с ума. Но даже если умру, то не буду испытывать такой же боли, как он. - Значит, если я умру, то ты только обрадуешься? - Шерлок! Ты знаешь, что я имел в виду ситуацию, когда один из дуэта умирает. Не нас. Хотя знаешь, обрадуюсь. Представляешь, больше никто не будет читать мои мысли, манипулировать мной, называть идиотом и использовать в качестве ужина. - Я бы так не думал. Тобой манипулировать может любой школьник. И в качестве ужина ты не очень. Это я по доброте своей душевной позволяю тебе быть своим ужином. - Кстати, насчет ужина, - Джон встал со своего кресла. - Ты всегда думаешь о еде. Это нормально? - Шерлок, это ты у нас воздухом питаешься, а нормальным людям нужно есть три раза в день. - А. Тогда понятно, почему мир деградирует. Наши уважаемые политики постоянно едят и они не в состоянии принимать важные решения, заняты пищеварением. И Джон, люди? - Политики? Соскучился по Майкрофту? - Шерлок смешно наморщил нос и фыркнул. - Быстро за стол! Ты съешь эту лазанью. Я сам её приготовил. Я имел в виду… ты знаешь, что я имел в виду. Кушать. - Твоя лазанья гадость. И я ел. - Когда? Десять лет назад. Ты что, хочешь упасть в обморок перед Скотленд Ярдом? На месте преступления? - Я не могу упасть в обморок. - Зато я могу. Быстро. Или я позвоню Майкрофту. - Мне нужно убить или Майкрофта, или тебя. Но тебя не вариант. Остается Майкрофт. - Приятного аппетита. - Приятного. Наверно. - Шерлок! Уже было за полночь, но обитатели Бейкер-стрит и не думали спать. Джон и Шерлок сидели за столом на кухне и ужинали. Мир и покой воцарились здесь. Пока воцарились… А между тем, на другом конце Лондона, очень милый молодой человек занимался увлекательнейшим, по его мнению, занятием. Заканчивал свой эксперимент. Ведь он всегда любил экспериментировать. На него с немым ужасом смотрели большие голубые глаза, прося о пощаде. После недели различных и неприятных экспериментов, болезненных, это было бы освобождением, девушка только и мечтала умереть, но она знала, что умрет не только она, и это приводило её в ужас. Но наконец, все мучения девушки закончились. Он очень нежно вытащил сердце из её груди, поцеловал и завернул в бархат. А потом он ушёл, насвистывая веселую мелодию.