I'm near.

Прошло два дня. Чимин перекрасился, теперь он красноголовый. Цвет насыщенный и переливается на солнце, парню нравится, а это самое главное. Пак не выходил всё это время из дому, ссылаясь на то, что просто нет настроения. За продуктами они тоже не ездили. Юнги волновался, может Чимину плохо, может вдруг заболел. А он молчит, только взгляд отводит и голову опускает вниз, при каждой попытке Юнги всё выяснить. А Чимин… Он просто думает. Над всем. Та ситуация, что произошла пару дней в туалете кафе. Он боялся что никто ему не поможет, что его там просто поимеют и всё. А он живи с этим, страдай и ненавидь самого себя за слабость. Больно и обидно, ведь так не должно случаться, ни с ним, ни с кем-то другим. Хандра не прошла спустя эти дни, что же с ним такое. Чим и сам не понимал, а так хотел уже разобраться. Юнги был всё это время рядом, старался как-то развеселить, не давал думать. С одной стороны, Пак ему благодарен, а с другой, у него просто отобрали время для раздумий. И сейчас, когда хён ушёл сёрфить, можно спокойно подумать. Чимин не из тех, кто садится на диван, берёт ведро мороженого и ест, размышляя. Он парень активный и даже в минуты печали и грусти, что случались редко, но всё же встречались в его жизни, Пак привык не сидеть на попе ровно, а чем-то заниматься. Единственное, что Чимин смог для себя найти, это уборка. Дом большой, и хватит времени, что-бы всё обдумать, ну и прибрать за одно. PovЧимин Юнги так добр ко мне сейчас, не кричит, не скалится, а заботится и ухаживает, старается быть со мной как можно больше. Может, я действительно ему нравлюсь? Не зря же он так носится со мной. Даже сейчас он не со мной просто потому, что я его выдворил. Но мне действительно нужно подумать. Когда Юнги меня спас, во второй раз уже, единственное, о чём я подумал, что хён был для этого послан. Чтобы защищать, заботиться и следить за мной. Помогать мне, а ведь он действительно всё это делает. Как рыцарь, приходит и спасает меня. Боже, кто бы знал, как я ему благодарен! Как я его… Как он мне… не безразличен. Я сам себе в этом признаться боюсь, но похоже, это и правда так. Если то, что Юнги сказал, что я ему нравлюсь, если это правда, то получается, что мои чувства взаимны. И о чём я только думаю, он парень, я парень… В конце концов, я ведь асексуал! Был, похоже. К Юнги меня так странно влечёт. После нашего сексуального контакта я испытывал что-то на подобии отвращения, смешанного с нуждой попробовать снова. Будто душа и тело боролись внутри. Сейчас то же самое. Только нет отвращения, на его место пришли стеснение и недопонимание вопроса. Так странно, хотеть и не хотеть одновременно. Я всё жду, что во мне победит. Когда Юнги близко и мы одни, мне хочется его обнять, как-то коснуться, как могу только я. Когда мы наедине, мне отчего-то хочется заявить о правах на него. На него так смотрят девушки и некоторые парни, будто хотят его забрать. Охота сделать табличку «Не трогать, руки оторву», и повешать ему на шею, что бы носил везде и всюду, кроме дома. Он мне очень нравится, похоже, это и правда так. Пора признать это в себе и как-то показать Юнги. Хочу чтобы он знал. End PovЧимин Чимин сумел прибраться во всём доме за два часа, единственное, полы не помыл, но этим займётся домработница, которая приходит рано утром и через 2 часа уходит. Сейчас Пак стоит на веранде, у бассейна, и смотрит на то, как Мин рассекает волны. Собрались большие чёрные тучи, море волнуется, волны довольно большие, а ветер сильный и холодный. Чимин волнуется, потому что плавает он, как известно, не очень, и если что-то случится, он не сможет ни чем помочь. Юнги в последний раз бороздит волну и направляется к берегу. Чимин наблюдает за Юном, у того мокрые волосы, прилипшие ко лбу, а ещё покрасневшее предплечье. Мин замечает Пака сразу, улыбается и быстрым шагом направляется к лестнице. Чимин улыбается в ответ, Юн это тоже заметил, это значит что младший разобрался в себе. Хотя бы чуть-чуть. — Привет, — Мин подходит к Чимину, продолжая улыбаться, целует его в макушку и уносит доску на место. Ах да, Чимин разрешил Мину себя целовать, не в губы конечно, но всё же. А ещё обнимать, и все эти сопли. Чимину хорошо с Мином, он попытается его полюбить. — Привет, устал? — младший краснеет после поцелуя. — Очень. Пошли в дом, скоро начнётся шторм, а за ним и гроза, — Мин взял Чимина за запястье и повёл в кухню, — Накормишь меня? — Хорошо, что изволите? — младший опять улыбается и раскрывает холодильник настежь, оббегая взглядом продукты. — Ммм, мне пожалуйста: язычок, ананасовый сок и анзакс*, — Мин сел за стол и принялся ожидать свой заказ, разглядывая Пака в коротких шортах и белой майке, со спавшей лямкой. — Хорошо, сейчас всё будет. Чимин вытащил, уже приготовленный, язык и поставил разогреваться в микроволновку. Из верхнего шкафа он выудил овсяное печенье, выложил его на тарелку. Дело за соком. Чимин и сам проголодался, так что решил тоже покушать. Достав два стакана, Пак принялся разливать сок, но дёрнулся, когда почувствовал на своём плече прикосновение. Младший перевёл взгляд в бок, чтобы посмотреть, что это. А всё просто. Мин Юнги поправил лямку его майки, при этом стоя в десяти сантиметрах от Чимина. Взгляды встретились внезапно, но ни кто так и не разорвал зрительный контакт. Пока сок, что уже успел переполнить стакан, не потёк со стола, на пол. Чимин спохватился и тут же принялся вытирать последствия своей неуклюжести, а Юнги лишь усмехнулся и, достав из микроволновки тарелку, сел на своё место. Когда последствия «побега» были устранены, Чимин вернулся к столу с двумя стаканами и тарелкой печенья, усаживая свой упругий зад напротив Юнги. Младший хотел взять вилку, но Мин шлёпнул Чимина по руке. — Ты чего? — удивился Чим. — Я сам тебя покормлю, — произнёс Юн и преподнёс Чиму мясо на вилке. — Я… Не надо, я и сам… — Юнги не стал слушать, просто всунул Чимину в рот вилку. Пока они кушали, Чимин успел смутиться, развеселиться и тоже покормить Юнги, правда печеньем. Младшему понравилось как Мин кушает, он решил накормить его ещё разочек, как-нибудь потом. Когда Чимин мыл посуду, ветер резко усилился, отчего двери на веранду ходили ходуном, полил сильный дождь и загрохотала молния. От неожиданного грохота Чимин дёрнулся и выронил тарелку. Она упала на пол и разбилась. Пока Юнги закрывал двери, Чимин успел поднять все осколки. — Не поранился? — Мин подошёл к Чимину и взял его руки в свои, рассматривая ладошки и пальцы, на предмет ранок. — Нет, всё хорошо. Я просто испугался, — младший выключил воду, так как это была последняя тарелка, вытер руки и ушёл в гостиную. Он выглядел обеспокоенным, опять. — Чимин, ну чего ты раскис? — Я не раскис, всё нормально, — Юнги прямо по голосу слышал, как у него там «нормально». — Тарелка или погода? — старший сел рядом с Чимином, а тот облокотился о него, кладя голову к нему на плечо. — Всё вместе. Прости за тарелку, я просто рукажоп. — Ну же, не расстраивайся, на счастье. А погода тут при чём? — Юнги слегка скривился, но виду не подал. — Не люблю такую погоду. Дождь и сырость. Я не боюсь грозы, наоборот люблю, но без дождя, — Чим поёрзал, чтобы устроиться поудобнее, как услышал шипение, — Ты чего? — Нет, ничего. Всё в норме, просто когда катался, меня медуза ужалила, обычное дело, — Юн указал на покраснение, как раз там, где лежал Чимин. — Так нужно обработать! Чтобы не болело! Я сейчас! — Пак сорвался с места и побежал в ванну, за аптечкой. — Стой, не нужно! — крик Юна был или не услышан, или проигнорирован. Скорее, второй вариант. Через пару минут Чимин примчался обратно, с какой-то мазью в руке. Чимин очень аккуратно и нежно смазал покраснение, после чего мягко улыбнулся и попросил не задевать этой рукой ничего, чтобы мазь не размазалась. Мин кивнул. Что-то внутри прыгнуло и перевернулось. Юнги взял Чимина за подбородок, притянул к себе и мягко поцеловал. Всего несколько секунд сомнений, затем Чимин отвечает на поцелуй. Так неумело и нежно, впрочем, как обычно. Юну крышу снесло, он притянул Чимина к себе на колени, а тот не сопротивлялся, только за руки Юнги схватился. Тот продолжил целовать, обвивая тело младшего руками. Чимину ничего не осталось, только сцепить руки за спиной Мина и отвечать на требовательный поцелуй. Было хорошо, словно так и должно быть в принципе. Юнги оборвал поцелуй. — Ты справляешься. Мне нравится, как твоё тело на меня реагирует, — шепчет Мин в приоткрытые губы, что находятся в паре миллиметров от его, а затем поднимает на руки, поддерживая под коленками, и относит в спальню, укладывая на кровать. Они целуются ещё пол часа, а когда буря за окном набирает обороты, Мин отстраняется и укладывается рядом, притягивая младшего к себе, доставая свой телефон. — Смотри, что я заснял несколько дней назад, — Юн открывает галерею на телефоне и ищет что-то. Когда видео воспроизводится, на экране видно Чимина, который набрасывается на Мина, срывая с него одежду, попутно выцеловывая оголённые участки. — Ты был пьян, помнишь? — шепчет Мин. — Мы что… ТОГО?! — Чим ошарашенно смотрит на старшего, а тот лишь смеётся и указывает на экран. Чимин уткнулся лицом в пупок Юнги и сопит. — Как хорошо, что я заснул. Ты почему меня не остановил? — младший толкается локтем, и дует губы. — А зачем мне это надо было? — Мин смеётся и притягивает Чимина к себе, целуя того в щёку, — Поспи, шторм кончится и я тебя разбужу. Чимин соглашается, прикрывает глаза и жмётся к Юнги ближе.