Миг,когда обрушилось небо

Молодой человек, невежливо так шарахаться от молодой, и весьма симпатичной девушки, - прозвучало за моей спиной назидательное. Я судорожно дёрнулся, подскочил и обернулся. В дверях стояла женщина, уже в годах, пухленькая и низенькая. В глаза бросала неестественная для людей в её возрасте седина и глаза. Слишком… древние, да, именно древние. Выцветший зелёный, глаза безумно усталые, безразличные. Они вовсе не вязались с молодым и тёплым голосом, которым она подначила меня войдя. - Совсем дар речи потеряли? Со старшими нужно здороваться, - тем временем продолжила она, окидывая меня изучающим взглядом. Почему то у меня появилось ощущение, что ей это не нужно было – она и так знала про меня всё, от цвета волос до самой последней крупинки души. - Извините,- мой голос оказался слишком сиплым, словно я не говорил добрых пару месяцев,- Здравствуйте. Вы кто? -Да, молодёжь нынче пошла,- покачала головой женщина, укоризненно поглядывая на меня из под белоснежной чёлки, - Я – Бог, а вы кто, юноша? Тут я не выдержал и нервно засмеялся. Что здесь вообще происходит, объясните на милость? - Да ничего особенного, - ответила женщина, с жалостью гладя мне в лицо. Я резко прекратил смеяться и серьёзно посмотрел на незнакомку: - Я не знаю, чем вы тут занимаетесь, но небезосновательно прошу вывести меня из этого дурдома,- мой голос был твёрд и серьёзен, но почему-то не произвел должного впечатления. Наоборот, пухлое лицо женщины исказила полу-улыбка, полу-оскал, и оно совершенно перестало казаться мне добродушным. -Ты в чистилище, сынок. -Я вам не сынок,- резко перебил я. Больная тема. -Ошибаешься, сынок, ты мне сын. Как и весь род человеческий,- гордо вздёрнула нос… Богиня? - Наш прародитель – Бог, - мягко произнёс я, чем вызвал ещё одну усмешку. -Ну, если тебе так удобнее… И пухленькая, приземистая женщина на глаза начала вытягиваться, лицо её менялось, стекало, словно воск. Не слишком приятное зрелище, скажу я вам. В конце концов, поныне предо мной стоял высокий, жилистый юноша, младше меня лет на пять. Только бы не эти глаза… -Так тебе удобнее?- и голос, конечно, изменился. Приятный, ласкающий слух баритон, только вот холода в нём было побольше, чем у старушки. -Нет,- ответил я из чистой вредности. Мне уже было глубоко наплевать,- так что здесь происходит? -Ты умер и попал в чистилище. То есть, я хотел сказать, все умерли, но в чистилище попал только ты. Предугадывая твой следующий вопрос, отвечаю - потому что мне скучно. Теперь скучно, - добавил он с неясной горечью в голосе. В моей голове тотчас пронеслось множество вопросов, но я поостерегся их задавать. Вернее задал, но лишь один: -Кто это? -Это? – он приподнял брови, в деланном удивлении,- это Смерть. Я подавился следующим вопросом. Кто-кто? -Смерть. Ну, знаешь, у вас на земле её именем зовут процесс отделения души от тела. -ээээ.… А почему она в гробу? -А почему нет? Символично же, - ухмыльнулся парень, холодно глядя мне в глаза. Я сглотнул, выдерживать взгляд блекло-зелёных глаз становилось всё труднее. - Нет. Разве она не должна существовать сейчас? -А зачем? Вы всё равно все умерли. Стало быть, и она умерла,- пожал плечами Бог, садясь прямо на пол и переплетая ноги причудливым образом. Немного подумав, я последовал его примеру. -Зачем я здесь? -Чтобы услышать,- короток и ясно. Терпеть не могу лаконичных людей. Хотя… он же не человек. Всё равно, терпеть не могу. - Что услышать? – всё из него как щипцами вытягивать надо. -Причину, по которой всё умерло. Ага. И что дальше? -Ты знаешь, что такое Жизнь?- спросил он, продолжая сверлить во мне дырку. -Да. Это биохимический процесс, получившийся в результате… -Стоп. Нет. Жизнь – это моя сестра. Любовь, Ненависть, Смерть, Судьба – тебе знакомы эти имена? - я потеряно кивнул. К чему он ведёт? -Всё это – мои сестры. И все они мертвы. Я аж рот открыл. Как так, мертвы? Юноша досадливо поморщился, похоже, жалея, что не взял кого-нибудь по молчаливее, или поумнее. - Так же, как и ты, - резковато, но правдиво, - не перебивай меня, человек, а иначе я действительно пожалею, что взял именно тебя. Я на такое заявление даже обиделся. Я виноват что ли, что был выдернут из столь долго ожидаемого моими сородичами апокалипсиса? И вообще, мне теперь что, не думать вовсе? Не вслух же я эти вопросы задаю, в самом деле! -И то верно, - покорно вздохнул прародитель, с умудренным видом кивая вихрастой головой, - Ну ладно, я продолжу. И он продолжил. И, честно вам сказать, в дальнейшем я не смел прервать его даже мыслью, уж больно занимательным был его сказ.