feels too close for comfort

POV Сокджин Слишком тяжело. Тяжело сдерживать себя и притворяться другим. Мой отец, создатель синтетиков, много лет назад решил, что роботы могут иметь собственное сознание. Что они могут быть подобны людям не только внешне. Он разработал код, способный давать синтетикам сознание. Он создал меня и ещё троих моих младших братьев, которые отличаются от других роботов. Мы не такие, как они. Мы нечто среднее между обычным человеком и роботом. Мы чувствуем, мы имеем своё мнение. Мы можем любить. Однако отец запретил нам показывать это другим. Мы не должны раскрывать свою тайну, так как людям это может не понравится. Они захотят нас уничтожить. Потому что никто не хочет, чтобы его место занял какой-то синтетик. Потому что они боятся. После смерти отца нам пришлось разделиться и притворяться обычными синтетиками. Нам пришлось скрываться от людей, узнавших о существовании таких, как мы, и желающих разобрать нас на металлолом. Мы так давно прячемся, что могли бы уже свыкнуться со своей ролью. Но это тяжело. Я хочу… хочу почувствовать морской бриз, ощутить пальцами мелкий песок и тёплые солнечные лучи. Хочу вновь вернуться домой. Но сейчас это невозможно. Может если все роботы станут способными мыслить, люди не будут так нас бояться… Однако это все же опасно. Я рад, что попал к Намджуну. Он не такой, как другие. Он добрый, умный. И у него милая улыбка. Порой мне хочется забыться и обнять его. Но это опасно. — Сокджин-а, — слышится из коридора, после хлопка закрытой двери, — я вернулся. — Привет, Намджун, — улыбаюсь я, снова притворяясь другим. — Как прошёл рабочий день? — Я ужасно устал и голоден, как волк, — говорит парень, стягивая куртку и топая в ванную. — Есть какие-нибудь пожелания? — все с той же улыбкой спрашиваю я, подходя к нему. Он смотрит на меня через зеркало, моя руки. Я вижу, как он о чём-то серьезно задумывается, явно не о еде, мотает головой и отводит взгляд. — Нет, можешь приготовить, что хочешь. Увы, но я не питаюсь, как человек и совсем не знаю, что бы я хотел съесть. — Прости, но я не понимаю… Я останавливаюсь на полуслове, потому что Намджун резко поворачивается ко мне, опираясь о раковину. Он выглядит напряжённым и чересчур серьезным. — Все в порядке? — спрашиваю я, стараясь не менять выражение лица. — Черт возьми… — он вновь отворачивается и я вижу, как он сжимает края раковины. — Приготовь, пожалуйста, обычный рамен. Я молча отворачиваюсь и иду на кухню. Пока он меня не видит, я могу расслабиться. Я невольно хмурюсь, потому что злюсь на себя. Злюсь, что не могу открыться и помочь человеку, который мне не безразличен. Задумавшись, я не замечаю, как порезал палец. Из раны совсем немного течет зелёная густая жидкость. Как легко иногда забыть, что ты не человек… — Ты порезался? — взволнованно спрашивает Намджун, заметив меня, и подходит ко мне, осторожно взяв мою ладонь в свою руку. Он внимательно осматривает рану, бормочет что-то под нос и убегает наверх. Я все так же стою, смотря на свой палец, пока Намджун не приходит с упаковкой дополнительной кожи, аккуратно прикрывая порез. — Теперь все в порядке, — он улыбается, показывая свои ямочки. — Спасибо, Намджун, — я возвращаюсь к готовке, а он садится на диван, смотря в экран телефона.

***

На улице темно, Намджун ушёл спать. Мне хочется выйти во двор. Небо сегодня довольно безоблачно и звезды хорошо видны. Я только встаю, чтобы выйти, как слышу шаги. Быстро сажусь обратно на стул и вижу Намджуна, он чём-то встревожен. — Ты не спишь, — говорит он, вставая недалеко от меня. — Синтетики не спят, Намджун, мы только заряжаемся. — Да, точно, — тихо отвечает он, начиная ходить из одного угла в другой. — Это наверно дико, но одна мысль не выходит у меня из головы уже долгое время. На самом деле, мне очень стыдно, что я хочу это сделать, но я не… я не могу и дальше игнорировать это чувство, эту мысль. Она не даёт мне покоя, Сокджин. Я молчу, не зная, что ответить. Он останавливается и смотрит в мои глаза, кусая губы. — Надеюсь, ты не будешь злиться, что я хочу попробовать функцию для… взрослых. Боже, какой идиотизм, — он мотает головой, стискивая зубы. Я только открываю рот, чтобы сказать, что я не могу злиться, так как у синтетиков нет такой функции, но он замечает, что я хочу что-то сказать и перебивает: — Да, я знаю, что синтетики не могут злиться или вообще что-то чувствовать. Но иногда мне кажется, что ты отличаешься от других и порой я даже забываю, что ты не человек. Я пытаюсь скрыть своё удивление, но кажется, получается не очень хорошо. Мысленно даю себе подзатыльник и говорю, что приходит первым в голову, сразу же об этом жалея: — Ты можешь использовать меня так, как тебе удобно, Намджун. У тебя есть потребности и я не могу злиться на тебя из-за этого. — Твою ж мать… — У меня нет матери, — бездумно отвечаю я. А Намджун смеётся. Совсем не истерично, ему правда просто смешно. Он смотрит на меня долго, смех переходит в какую-то печальную улыбку, и подходит ко мне, садясь на корточки передо мной. Я, ничего не говоря, слежу за его действиями. Он приподнимается слегка и касается губами моих. Они тёплые и шершавые немного. Встав на ноги, он берет меня за руку и ведёт в свою комнату, усаживая на кровать. Он разбирает бумажки из коробки, доставая красный сложенный листок. Он снова долго на меня смотрит и неуверенно говорит слова, активирующие ту самую функцию. Я улыбаюсь невольно, начиная расстегивать свою рубашку. Намджун подходит ко мне, осторожно держа меня за подбородок и нежно целует. Теперь я могу не сдерживаться. Я целую его в ответ, чувствуя как его язык проскальзывает в мой рот. Он садится на кровать, держа меня за талию и усаживая на свои колени. Вся одежда падает на пол, оставляя нас нагими и беззащитными. Я чувствую его тёплые руки на своей коже. Он проходится пальцами по отверстию для подзарядки и я чувствую, как он вздрагивает. Пытаясь его успокоить, опускаю его ладони на свои ягодицы и вновь целую. Он обнимает меня крепче, падая на спину и неожиданно переворачиваясь. Я оказываюсь под ним и смотрю на него. Наши взгляды пересекаются и я вижу в его глазах тревогу. Моя рука, словно по своей воле, тянется к его лицу, осторожно поглаживая по щеке. Намджун закрывает глаза и слегка касается губами моей ладони. Наши губы вновь соприкасаются и я чувствую, как он меня растягивает. Дыхание перехватывает, хотя кислород мне вовсе не нужен. Он входит и я невольно издаю тихий стон. *** Он засыпает на моей груди, пока я смотрю на светлеющее небо из окна. Темнота отступает, уступая место свету. Хотя бы одну ночь я мог не притворяться другим.