Серебряный принц

***

      После нескольких дней упорных попыток у девушки чуть было не опустились руки. Ей всегда казалось, что если она пожелает, то вышивка выйдет аккуратной, а стежки будут такими же изящными и ровными, как у ее септы. Но до сегодняшнего дня ей не хотелось шить, не то чтобы она была против, просто не было необходимости. Желание чего-либо приходило к северянке так же внезапно, словно порыв ледяного ветра в тёплый и погожий день. Однажды утром Лианна пришла к отцу и заявила, что хочет обучаться верховой езде, она так же спонтанно решила учиться плавать и стрелять из лука. Девушка являлась увлекающейся натурой, а сейчас ей вдруг захотелось вышивать. И это было намного сложнее, чем ей представлялось.       Но, наконец-то, у леди Винтерфелла вышло что-то более или менее приемлемое... По крайней мене, ей так казалось. В приподнятом настроении девушка выпорхнула во двор, где Эртур Дейн и Рейегар Таргариен увлечённо о чем-то беседовали. Сир Освелл Уэнт тоже стоял неподалеку, прислонившись к стволу дерева и задумчиво потирая подбородок.       — У меня для вас сюрприз! — гордо произнесла Лианна, пряча за спиной пурпурный лоскут ткани.       — И что же это? — Рейегар выглядел весьма удивленным, в красивых глазах мелькнуло любопытство вперемешку с недоумением.       — Вот! — Лианна протянула принцу свое шедевральное творение.       — Это что еще за клубок змей? — удивленно вскинул бровь сир Освелл, не отводя взгляда от материала.       — Это не клубок, сир! И вовсе не змеи, — вспыхнула Старк, чувствуя безумное желание провалиться сквозь землю. Неужели всё вышло так плохо?       — Оу, тогда... Свора собак? Они дерутся? — не унимался рыцарь, пытаясь докопаться до истины.       Сир Эртур Дейн пихнул своего друга локтем в живот, заставляя его замолчать но было поздно. Лианна закипала, словно вода в кастрюльке. Чутье подсказало Рейегару, что пора бы вмешаться, иначе случится тайфун, шторм и извержение вулкана одновременно.       — Миледи, это... Очень мило. Это ведь дракон с тремя головами, герб дома Таргариенов? — Рейегар был доволен судя по его виду, в отличии от Освелла Уэнта.       — У нашего принца куда лучше с воображением, чем у меня, — с досадой развел руками мужчина.       — Да, это дракон, — согласно закивала Лианна, попутно буравя взглядам Уэнта, который уже был пунцовым, от подступающего к горлу смеха, он огромными усилиями сдерживал себя от приступа хохота. Эртур Дейн лишь ободряюще улыбался юной леди, словно это он сам учил ее вышивке.       — Мне очень нравится, — тепло улыбнулся Рейегар, — Спасибо.       — А... Это вам. Спасибо за помощь, — шепнула девушка, протягивая сиру Эртуру небесно-голубой платок со звездами и длинным клинком на нем. Молочного цвета меч вышел слегка кривым, однако в нем угадывалась идея Рассвета. На лице Эртура мелькнула не совсем понятная ей эмоция, но вскоре он расплылся в улыбке:"Благодарю, это честь для меня."       — А вам, сир, ничего, — буркнула Освеллу раскрасневшаяся от стыда и неловкости Лианна. Когда ей было неловко, она могла сказать нечто грубое, но совсем не от злости. Губы Уэнта скривились в добродушной усмешке, но в этот раз рыцарь промолчал.       От разговора их отвлек Герольт Хайтауэр. Он возвращался откуда-то из города и выглядел мрачнее прежнего. На небритом лице лежала печать проблем, светлые глаза мужчины казались мутными и потускневшими. Рыцарь сжимал в ладони какое-то письмо, беспокойно поглядывая на Лианну.       — Что случилось? — рука Рейегара потянулась к пергаменту, а леди Старк ловко юркнула между Таргариеном и Уэнтом, заглядывая через плечо принца, пытаясь увидеть содержимое письма.       — Мой принц, я бы... Возможно, сейчас не лучшее время.       Рейегар кинул мимолетный взгляд на северянку, догадавшись, что речь будет идти о ней или её семье.       — Говорите. Нам тут нечего скрывать друг от друга, — он говорил спокойно, но в конце этой фразы явственно чувствовалось напряжение.       — Это на счёт семьи Старков и вашего отца.       Как только северянка услышала слово "Старк", она тотчас же замерла. Принц принял пергамент из рук рыцаря и уже успел прочесть содержимое. Лицо его заметно побледнело, приобретая скорее сероватый оттенок, губы сомкнулись в тонкую линию.       — Что там? — свой собственный голос звучал глухо и показался девушке чужим.       — Прошу, крепитесь, — принц медлил, чеканя каждое слово, — Ваш отец и брат... Мне жаль, — юноша понизил голос почти до шёпота, заставив молодую леди содрогнуться от волны ужаса. Дрожащими руками она взяла бумагу из рук принца, стараясь успокоиться. "...Лорд Брандон и лорд Рикард Старк казнены по приказу короля Эйриса Таргариена за измену..."       Далее в тексте было что-то о том, как Брандон приехал в Королевскую Гавань в поисках сестры, думая, что её удерживают там насильно. Он грозился убить Рейегара, требуя поединка, но отыскал там лишь свою смерть. Строчки поплыли перед глазами Старк. Казнены за измену?.. Казнены... Жуткое слово вертелось у девушки на языке. Ничего не говоря более, Лианна побежала внутрь замка.       — Нужно уехать отсюда, сейчас же, — бормотала она. Неуклюжим движением руки северянка разбила вазу с цветами, порезавшись об один из её осколков. Пол теперь был усеян лепестками, синими, как глаза смерти.       Рейегар умел двигаться почти бесшумно. Вот и сейчас девушка не заметила, как он оказался возле неё. Юноша молчал, словно призрак замка, эта тишина была хуже всяких криков.       Губы северянки задрожали. Отец, брат... Они умерли. По её вине! Не в силах сдержаться, Лианна опустилась на пол, закрыв лицо ладонями, сотрясаясь от безмолвных рыданий. Горячие слезы текли из глаз, дыхание сбилось, девушка с шумом втягивала воздух.       — Мне надо уехать! Я и так слишком долго задержалась...       — Я не смогу отпустить вас, — слова резанули по ушам своей внезапностью.       — Я тут не пленница! Я пришла по доброй воле и уйду по доброй воле. И вы не посмеете меня удерживать. Мне надо увидеть Бенджена и Эддарда, — голос её почти сорвался на крик, но стих тотчас же.       Рейегар же был тих и безмолвен. Сейчас на нём было удивительно простое одеяние для принца, прекрасные серебристые волосы были завязаны в длинный хвост. Опустившись на колени рядом с северянкой, Таргариен обнял ее так, словно дракон, охраняющий свое сокровище. Неловкие слова извинений слетали с его губ, заглушаемые её громким рыданием. Лицо Рейегара казалось опустошенным, в глазах отражалась горькая печаль, словно пустыня.       — Вы поранились?.. — он осторожно взял в руки ладонь девушки, проигнорировав всё сказанное ею.       Лианна слышала его голос, словно откуда-то издалека. Слышала, но не слушала. Принц закрыл глаза и судорожно вздохнул. Снова открыв их, Рейегар поднял девушку на руки, словно она весила как пушинка и перенёс её на кровать.       — Я очень сожалею о смерти ваших родных, но вы должны поспать. Мы поговорим позже и решим что делать дальше.       — А что мы можем сделать? И я не хочу спать, — Лианна попыталась встать, но принц крепко держал её. В его спокойных до этого времени глазах отражалась некоторая властность, которой она не видела ранее.       — Прошу, — уже более мягко, но так же твёрдо произнёс он, — Лианна...       — Ваш отец чудовище! — крикнула она ему в лицо и тут же осеклась.       Губы принца застыли на обрывке фразы, плотно сомкнувшись. Он сел на край кровати, лицо казалось уставшим, измождённым, печальным. Лианна всё ещё плакала. Не в силах более терпеть этих рыданий, юноша обнял северянку, прижимая её к себе так крепко, что ей стало трудно дышать.       — Возможно, я тоже чудовище, — он придвинулся ещё ближе, проведя длинными пальцами по щеке Лианны, — Чудовище из древних сказаний, обречённое на вечные страдания.       Чудовище? Нет. Он не был чудовищем, она точно знала это. Чудовищем была она, обрекшая родных на смерть. Сердце девушки сжалось от боли. Его индиговые глаза вопросительно смотрели на неё, словно ожидая пощечины или чего-то иного. Не в силах унять боль Старк словами, он принялся осторожно целовать её влажное от слёз лицо, глаза, губы, запястья. Спустя некоторое время Лианна стала отвечать ему не менее порывисто, руки ее сплелись у шеи принца, она перестала плакать.       — Лианна, прошу меня понять, — видно было, что эти слова давались ему тяжело, принц делал большие паузы в них и говорил с придыханием, — Не так давно я понял, что не смогу прожить и дня без вашего присутствия, не покидайте меня, только не сейчас. Мне не искупить вины за смерть ваших родных ничем и мои извинения тут бессильны. Миледи, вы ненавидите меня? — прекрасное лицо юноши исказила гримаса боли.       — Нет, — она медлила, — Не ненавижу... Не могу, потому что люблю.       Зрачки юноши расширились, а глаза красиво поблескивали в тусклом свете догоравшей свечи, в них плескалось откровенное желание, смешанное с нежностью. Мягко сжав плечи Лианны, он недвусмысленно коснулся губами её шеи. Девушка замерла, словно в оцепенении. Весь её старый мир сейчас рушился на глазах, как замок из снега, который растоптала толпа мальчишек. Если рушится, то пусть рушится весь. Так решила она. Девушка уже опорочила себя перед лицом Богов, не могло быть хуже. Так она думала, обнимая Рейегара в ответ, находя в нём хоть какое-то утешение. Поддавшись безумному порыву они сделали выбор. Принц горел в пламени отчаяния, а она тушила его пламя ледяным холодом своей скорби. Леди Винтерфелла-дева льда и драконий принц-дитя огня. Он шептал ей на ухо что-то бессвязное, нежное, тёплое. Лианна была хрупким ледяным цветком, что так сильно замёрзла в своей вечной зиме, что с удовольствием грелась у костра его души. Этот вечер и эту ночь молодой дракон и юная волчица провели вместе. Ночь, полная трепетной страсти, которая изменила их судьбы. Лианна не могла знать, что спустя многие годы люди будут говорить:"Благородный Рейегар выкрал её и изнасиловал." Все вокруг будут считать, что произошло именно так, а во главе них будет Роберт Баратеон. Человек, который возненавидит Таргариенов всем сердцем.