Моя девушка - футанари

Разбудили Славу поцелуи. Он открыл глаза и увидел перед собой влюблённое лицо Маши… или Мариоки? Огромные зелёные глазищи её опять были с вертикальными зрачками. — Ох, Мариока, — откликнулся молодой человек, зевая. — Сколько времени сейчас? — Я Маша, — возразила девушка, — и сейчас полседьмого утра с минутками. — Вот как? Но почему у Маши вдруг стали кошачьи глаза? — А что такого? Я ведь говорила, что мы с Мариокой почти слились, значит, и у меня теперь могут быть такие глаза. И, кстати, никакие они не кошачьи, если хочешь знать. Это глаза́ футанари. — Футанарные? — скорректировал эпитет Слава и тут же: — Ой! Ты чего? Не кусайся! — А ты не обзывайся. — Разве я обзывался? — Конечно. Футанарные — почти как фонарные звучит. Славик заржал, а потом заверещал от щекотки: — Прекрати!.. Стой!.. Я больше не буду, честное слово! Отсмеявшись, они затихли на какое-то время, а пото́м парень потянулся к девушке губами и они поцеловались. — Чего делать будем? — шепнул молодой человек. — Чего тебе хочется? — Щекотать тебя, — ответила Маша. — И всё? — Ну-у-у-у, нет, не всё. — Какая-то ты пассивная сегодня. Где же твой хвалёный гиперсексуализм? — Гиперсексуальность моя, — поправила девушка, — пока ещё спит. Вчера я, видимо, так объелась сексом, что желание само не приходит. — Предлагаешь пойти в школу так? — Нет. Пренебрегать моими потребностями не сто́ит. Лучше всего удовлетворить их впрок, чтобы обошлось без последствий. — Хорошо, я готов. Слава поцеловал Машу в грудь, захватил её сосок губами и стал мягко посасывать его. Тот сразу же затвердел и увеличился, а пальцы девушки зарылись ему в волосы и сжали их. — Просыпается желание? — поинтересовался парень, отрываясь от поцелуя. Вместо ответа Маша вдруг опрокинула его на спину и уселась верхо́м. — Проснулось, — сказала она. — Вот только не понятно пока, какое. Можно, например, поскакать на тебе верхо́м и взять сперму. Думаю, что до конца уроков мне бы этого хватило с лихвой. Другой вопрос, как ты школу переживёшь. — Я? — Ну, да. Сам-то ты никакой нужды не чувствуешь? — Нет вроде… А что́ я должен чувствовать? — Откуда ж мне знать. Не я ведь в нашей паре зависимая. — Блин, не напоминай! Можно подумать, что я уже́ маялся ломкой, чтобы знать ответ. Определиться бы ещё, на что это может быть похоже? — Ну, однажды, когда мама из командировки вернулась (её пару дней дома не было), мой папа сказал ей, что пить хочет, а она вместо того, чтобы воды ему налить, взяла за руку и увела в спальню. Вернулись они через пару минут, и папу жажда больше не мучила. — Ого! За две минуты уложились? — удивился Слава. — Вот это да! Что, оба они успели кончить так быстро? — Скорее всего, только мама. — Ну а как же опьянение? Отца твоего сок не опьянил? — Со временем мужчины привыкают к нему и, если доза не избыточная, то не пьянеют почти. — Интересно. Значит, потребность в этом веществе как простая жажда может чувствоваться? А если воды попить? — Не поможет. Эта жажда утоляется только одним напитком. — Я пока пить не хочу. Может, мне и не надо? — Сегодня не тот день, чтобы экспериментировать, — возразила Маша. — Давай отложим опыты на выходные. Думаю, что тебе тоже надо напиться впрок. — Хорошо, — улыбнулся Слава, с удовольствием вспоминая, как фута захватывающе кончает и какой вкусный у неё сок. — Вот только я не знаю, какое количество тебе нужно, — вздохнула девушка. — И недодать боюсь, и переборщить. Как бы не пришлось пото́м тебя долго откачивать. Ладно. Попробуем средний объём. Она встала на́ ноги, спрыгнула с дивана и поманила парня к себе. — На коленки вставай передо мной, — сказала Маша. — Можешь подушку под ноги положить, чтобы мягче было. Слава вспыхнул от этого предложения, пото́м спустил но́ги с дивана и замер на пару секунд, любуясь сексапильными формами своей подруги. Медленно, словно под гипнозом, он сделал шаг вперёд и опустился перед ней на колени. Глаза́ его неотрывно смотрели на Машу, взгляд скользил по восхитительным линиям как приклеенный. Пото́м парня примагнитило и он прижался к объекту вожделения, обнимая девушку руками, целуя её бёдра и скользя по ним ладонями. Маша встала совсем близко, так что юноша оказался у неё между ног. Ухватив за волосы, она слегка запрокинула ему голову, подалась бёдрами вперёд и коснулась интимными губками его рта. Мягкое поглаживание шёрсткой волос выманило язык наружу, и тот начал вылизывать женские прелести, забираясь между пушистыми валиками, скользя между ними в поисках чувствительных точек и нежно обнимая своим бархатным телом уже́ слегка набухший клитор. Самая чувствительная часть женской киски дрогнула и стала плавно приподниматься, увеличиваясь в объёме. И Слава увлёкся этим процессом, сопровождая языком восхитительный рост, поглаживая клитор снизу, облизывая его от основания до са́мой головки и направляя себе в рот. Гу́бы нежно сомкнулись на пульсирующем теле, заключили его в плотное кольцо и стали мягко посасывать, затягивая в глубину. Девушка заурчала от удовольствия и резким движением бёдер целиком вошла в рот молодого человека своим разросшимся клитором. Продолжая крепко вжиматься, она плавно заполнила им всё внутреннее пространство, наслаждаясь сосущими ласками рта, пото́м сделала несколько резких фрикций и вышла наружу. Слава увидел перед своим носом эрегированный клитор, увеличившийся просто до сумасшедших размеров. Он достигал в длину десяти или даже двенадцати сантиметров, и это был именно клитор, а не член, всеми формами своими повторяя женский орган, увеличенный в десятки раз. Но пото́м он стал превращаться в стержень, утолщаясь и вытягиваясь вперёд и вверх. Тело его твердело, приобретая форму сплюснутого цилиндра, головка набухала, расширяясь в объёме, и на конце её проявилось отверстие семявыводного канала, который обозначился утолщением на нижней поверхности члена и быстро надулся, увеличивая свою толщину. Достигнув сантиметров двадцати в длину, член резко напрягся, приподнимаясь вверх и раздуваясь, словно проверял свою боеготовность, а потом пошлёпал головкой парня по губам, призывая его рот открыться. — Вот такого… среднего размера… думаю, будет достаточно, — сказала Маша прерывающимся голосом. Она часто дышала и была изрядно возбуждена. Ру́ки футы крепко схватили голову молодого человека с боков, член прижался к приоткрытому рту и резким движением вошёл в него, дотянувшись сразу до глотки. Вторым рывком он преодолел узкое место и вошёл в пищевод до са́мого своего основания, затем плавно вышел и снова резко вошёл. Похоже, Маша не настроена была играть, она просто наслаждалась теснотой пещеры, загоняя в неё свой орган резкими ударами. При этом она постоянно извлекала его из горла, выводя головку в рот, так что та при обратном движении продавливала глотательное отверстие, ласкаясь о его узкие края. Каждый такой толчок фута сопровождала сладострастным вскриком. Массивный стержень её напрягался в глубине, раздуваясь в стороны, и выстреливал порцию смазки, вязкими струйками стекающую вниз по пищеводу, которая попутно покрывала его стенки защитным слоем. Крики футанари стали громче и злее. Движения ускорились, обретая звериную грубость. Она какое-то время вонзалась в парня, утробно рыча, а пото́м замерла, войдя в рот до са́мого основания и слегка отклонившись назад. Член её вздрагивал в Славкином горле, раздувался и приподнимался вверх, балансируя на грани оргазма, но фута всё длила и длила это граничное состояние, пока тело её не на́чало сотрясаться мелкой дрожью. И тогда она сделала одно резкое движение бёдрами и содрогнулась от блаженства, прогибаясь в спине. Ощущение вздувшейся трубочки, прижавшейся к языку, привело Славу в состояние восторженного предвкушения, пото́м через неё прошла мощная волна вибрации, и в горло юноши хлынули потоки нектара, отдавшиеся основательным толчком в стенки желудка и тут же наполнившие его волшебным теплом. Парень чувствовал, как дрожит и раздувается проникшее ему в горло тело, выплёвывая из себя толстые струи, наслаждался этими ощущениями, и организм его постепенно охватывал запредельный кайф. Изображение перед глазами поплыло, сознание стало уносить в сладкую нирвану, тело покачнулось и отклонилось назад, теряя устойчивость. И только благодаря крепкому захвату футы он продолжал сидеть на коленях, выполняя роль благодарной ёмкости для её сока, отзывающейся мелкой дрожью на каждый выстрел. Выплеснувшись до конца, Маша расслабилась, погрузившись в состояние блаженной релаксации, а когда через минутку отпустила молодого человека, между ног у неё вновь была обычная женская киска. Ну, разве что клитор продолжал выпирать между пушистыми губками сантиметра на полтора. Девушка придержала парня за плечи, чтобы тот не свалился, а пото́м затащила его на диван, укладывая на спину. Какое-то время она им любовалась, гладя ладонями по груди и животу. Пальцы её коснулись стоя́щего торчком мужского органа и крепко сжались на его стволе, тиская и покачивая. Мурлыкая от удовольствия, Маша склонилась к члену и лизнула его головку. — Какой ты у меня твёрдый и вкусненький, — сказала она и хихикнула. — Как всегда дрыхнешь, а член стои́т. Какая прелесть! Ну, ладно, надо из спячки тебя выводить. Послужишь мне жеребцом, — добавила девушка и с довольной улыбкой на устах оседлала юношу. — Как всё-таки балдёжно на тебе скакать, никогда мне это не надоест. Она опустилась, ложась сверху на вожделенное тело, улыбка её стала хищной, и одним хлёстким движением бёдер девушка вобрала в себя член. Изо рта её вырвался сладострастный стон, и глаза́ прикрылись от удовольствия. Пару секунд она сохраняла неподвижность, стискивая член влагалищем и массируя его. Пото́м, рыкнув, сделала быструю фрикцию и снова застонала. — Классный, классный, — шептала она, пробуя твёрдость пленника интимными мышцами. По́па девушки плавно приподнялась вверх и опустилась, пото́м снова поднялась. Движения её стали набирать скорость и амплитуду, всё больше и больше траекторией своей напоминая тверк. Прошло несколько секунд, и Маша уже ритмично скакала, быстро приближаясь к своему финишу. Из горла её вырвалось утробное урчание, пальцы крепко сжались на Славкиных плечах. Бёдра взорвались серией хлёстких ударов, и девушка, отклонившись назад, с громким криком выплеснула из киски мощную струю жидкости, окатившую парня от лица до живота. Она содрогнулась второй раз и снова выстрелила, направляя поток по баллистической траектории, и снова попадая парню в лицо, словно специально туда целилась. Слава застонал, возвращаясь в сознание, и открыл глаза как раз в тот момент, когда на физиономию его приземлилась третья порция. Он вздрогнул, усиленно заморгал, и тут его самого́ накрыло оргазмом, заставляя кричать и извиваться под девушкой словно от ударов электрическим током. А Маша, жадно причмокивая влагалищем, высасывала из парня сперму, массируя член волнообразными сжатиями, и заставляла вздрагивать снова и снова, пока Слава не отдал ей весь свой сок. — О-о-о-ох! — сипло простонал он, — как сильно ты меня каждый раз выкачиваешь. Просто до полного изнеможения. Ты чего такая обжора? — Это не я, — выдохнула Маша, обнимая молодого человека за шею. — Это мой организм. Я не виновата, что он так работает. Ничего страшного. Скоро тебе полегчает. Мой сок стимулирует обмен веществ, так что ты быстро восстановишься. — Ага, а ты меня пото́м опять выжмешь. — Верно. Кто ещё мне будет поставлять сперму? Хочешь, чтобы я к кому-то другому обратилась за помощью? — Не-не. Бери лучше у меня. Но ты разве не боишься залететь? — Не боюсь. Чтобы футе забеременеть, надо приложить для этого усилия. А в обычном случае мой организм твоих сперматозоидов просто лопает, извлекая из них необходимые для себя вещества. — Фантастика! — Всё, встаём. Надо успеть позавтракать и в школу. Времени уже семь-двадцать. — Ага, — согласился юноша, — мне ещё в душ надо сходить, отмыться. Блин! Я же всё самое интересное пропустил! — Ты о чём? — О сквирте твоём. Он такой классный. Да и о сексе. Я ведь гетеросексуал, между прочим, и мне очень нравится, когда ты меня по-женски берёшь. А просыпаюсь я только к последнему действию. Обидно! Когда я уже перестану вырубаться? — Не знаю. Ты у меня первый мужчина, я сама только набираюсь опыта. Потерпи пару дней, а там воскресенье. В школу не надо будет идти, и мы поэкспериментируем. Проверим, ка́к разное количество моего сока на тебя действует и насколько его хватает. Заодно посмотрим, как ты нужду переносишь и сколько можешь её терпеть. — Ладно. И спасибо, что обо мне заботишься. — Тебе тоже спасибо за удовольствие. Беги в душ, а я на кухню пойду. Пельменями позавтракаем? — А ещё остались? Давай. Мы с тобой как муж и жена уже, — хихикнул Слава. — Давай чеши, муженёк. А то тебя готовить заставлю. Юноша улыбнулся, вскакивая с дивана, послал девушке воздушный поцелуй и выбежал из гостиной. Маша вытянулась на постели и прижала его подушку к своей груди. На губах её играла довольная улыбка.