Моя девушка - футанари

      Слава расслабленно полежал парочку минут на спине с довольной улыбкой на губах. Пото́м, не поднимаясь, пользуясь лишь стопами, сбросил с ног обувь, за ней брюки и снова расслабился. Время от времени он прикрывал глаза, ожидая, что его сморит томность и он закемарит. Но сон не приходил. Наоборот, в теле его постепенно нарастала бодрость и лежать стало неинтересно.       Он рывком сел на постели и собрался было с кровати встать, но Маша поймала его за руку, дёрнула на себя и уложила обратно, попутно перебросив через него ногу и прижав к себе.       — Эй! Свободу Юрию Деточкину! — шутливо возмутился Слава.       — Деточкин может идти, я его не держу, — сонно откликнулась Маша. — А ты останешься со мной.       — Это произвол!       — Нет, — буркнула наглая супруга. — Я в своём праве. А ты должен радоваться изо всех сил, что я тебя так люблю и не отпускаю.       — Я и радуюсь, — рассмеялся Слава.       — Вот и молодец.       — Блин, ну я хотел посмотреть, как там бассейн очищается. Может, его уже можно набирать.       — Мы с Мартой покопались в меню и поставили вторую программу в очередь. Так что когда обслуживание завершится, автоматически начнётся набор воды и её подогрев. А после наполнения бассейна прозвучит уведомляющий сигнал.       — Так, может, уже́, а мы не услышали?       — Неа, Слуцкая сказала, что сигнал будет громкий и неоднократный. Да и рано ещё. Не беспокойся.       — А где, кстати, Марта?       — Ушла.       — Уже? Я думал, что она останется дольше. Как минимум, пока бассейн не наберётся. Подозревал даже, что искупнуться захочет.       — Она и хотела, наверное, но… Когда вы тут с Мокой стали творить разврат, а я через печать всё это чувствовала, у меня, должно быть, конкретно кукушку снесло от зависти и желания. По-моему, она всё поняла и под надуманным предлогом ретировалась. Знаешь, она — офигенная умничка. Такая чуткая и тактичная, просто класс! С Ланой вообще не сравнить. Эта рыжая проныра точно бы со мной в спальню увязалась.       Славе вдруг вспомнился смутный сон про Марту, который ему успел присниться, пока он был в отключке. Какой-то воздыхатель там у неё был, которого она подцепила в коридоре и повела к себе в квартиру чай пить. Детали сна вылетели из головы напрочь, остались только разрозненные фрагменты. Чётко запомнилась лишь неожиданная концовка. Марта чмокнула того парнишку в губы, взяла его за руку и повела за собой по коридору. А пото́м вдруг словно телик выключили и наступила темнота.       Вот такое необычное вышло сновидение, и Вячеслав серьёзно сомневался, что оно было чем-то бо́льшим. Даже чисто по хронологии события не сходились. Если Маша помчалась в спальню почти сразу, как Марта ушла, а, судя по её перегретому состоянию, вряд ли она стала бы чего-то ждать, ангел просто физически не мог увидеть во сне, что́ происходило с охранницей, потому что был разбужен своей супругой.       Слава повернул голову к Маше и уткнулся носом в её нос. Девушка не открывая глаз улыбнулась и коротко поцеловала его в губы. Это был простенький поцелуй без смятия губ и проникновения языка, но выполнен он был с таким удовольствием, что молодой человек не удержался и поцеловал девушку в ответ.       — Значит, не отпустишь меня? — уточнил он.       — Неа.       — Неужели за все свои старания я не заслужил толики свободы?       — За свои старания и лётное мастерство ты заслужил мои нежные объятия и множество горячих комплиментов. — Глаза́ Маши наконец открылись, и в них светилось восхищённое удивление. — Когда ты успел научиться таким чудесным вещам?       — Каким? — спросил Слава и скромно опустил глаза. Вот уже́ и вторая потрясающая красавица с восторгом смотрела на него, и это парня очень смущало.       — Таким, — не конкретно ответила девушка. — Сам знаешь каким. Тебе никто ещё не говорил, что ты просто гениальный любовник?       — Я! Я хотела сказать! — вклинилась в их разговор Мока, и её радостное личико появилось сверху. Маша обратила свой взгляд на цукумогами, глаза́ футки замерли, а пото́м стали соловеть. И вот уже поток восхищения полился на голубовласую красотку.       — Мока, а тебе никто не говорил, что ты потрясающе миленькая?       — Няа-а-а! — мяукнула польщённая девушка и порозовела щёчками. Огромные вишнёвые глаза её азартно заблестели, и она, соблазнительно облизнув губки, придвинулась к Маше вплотную. От цукумогами азарт перекинулся к футке, и через пару секунд обе красавицы уже страстно целовались у Славы на глазах.       На короткое время молодой человек опешил и изумлённо пялился на столь развратное и зажигательное зрелище, чувствуя, как вновь начинает невольно возбуждаться, но пото́м спохватился.       — Эй! Стопэ! — воскликнул он и просунул ладонь у девушек между лицами, прерывая их поцелуй. А секунду спустя на него возмущённо уставились две пары глаз.       — Чего это? — недовольно спросила Маша, хмуря брови.       — Объясняю, — не стал тянуть с ответом Вячеслав. — Вот ты, — указательный палец Славы нацелился на цукумогами, — нашпигуешь её, — палец повернулся к Маше, — своей тёмной маной. А ты её, — обратное целеуказание, — энергией футанари. В результате обе вы озвереете от похоти, а отдуваться за это потом мне.       Обе девушки рассмеялись.       — Можно подумать, в этом есть что-то плохое, — промурлыкала цукумогами, укладываясь с другой стороны от молодого человека и обнимая его.       — Плохого ничего нет, — не стал спорить Живцов. — Наоборот, очень прикольно, но… Девчонки, вы чего? Забыли наш недавний разговор про энэк? Мока, мы же вроде договорились, что тебе эту энергию нежелательно принимать, чтобы ускорить полную стабилизацию нашего с тобой контракта… Кстати, что́ ты чувствуешь? Мне удалось хоть немножечко его усилить?       — Нет, — вздохнула цукумогами. — Ну разве что капельку.       — Чёрт, жалко. А я так старался. Думал, что хоть что-то получится.       Мока стиснула его в своих объятиях, прижалась мягкими губками к уху и горячо зашептала.       — Почти получилось, Слав. Мне было так хорошо, я была так счастлива, что каждая частичка моя пела от восторга и готова была тебе легко отдаться. Но ты… не взял… и я вернулась к прежнему состоянию. Почти прежнему. Немножечко наш с тобой контракт всё-таки укрепился.       «Лучше было ласкать Моку рукой, — услышал Живцов голос своего внутреннего советчика. — Я себя предупреждал, но не послушал. В итоге я потерял контроль над ситуацией, когда должен был действовать и воспользоваться достигнутыми успехами».       «Вот как, — с огорчением подумал молодой человек, — значит, без секса никак. Куни подходит только для подготовки».       — Да, — тут же откликнулась на его мысли помощница. — Ты должен обязательно покормить меня своей вкусненькой спермой. Сам мне её дать. Позаботиться обо мне. И тогда, наверное, всё получится.       — Да, кстати, — встрепенулась с другой стороны Маша и привстала на локте, заглядывая Славе в глаза. — Ты чего сегодня такой жадный? Я так хотела, чтобы ты в меня кончил, а ты всеми своими ангельскими силами упирался, как упрямый осёл.       — Потому что ты тянула из меня сперму, как суккуба.       — Ну и что? Я жена твоя. Имею полное право.       — Это верно, но… Я сейчас, кажется… чересчур перезаряжен… Если бы ты меня полностью разрядила, то, скорее всего, переполнилась бы и, наверное, отключилась надолго.       — Хм, — Маша пожала плечами, — разве это проблема? Ты уже забыл, как меня протрезвлять?       — В том-то и дело, что получилось бы не опьянение, а глубокая отключка. Ну как вчера в особняке, когда ты продрыхла несколько часов. А с моим текущим зарядом, боюсь, ты могла бы и до са́мого утра отключиться.       — И что, мне теперь нельзя брать твою сперму из-за этого?       — Можно, но лучше делать это естественным путём, без использования энэк.       — Блин, я не всегда себя контролирую, знаешь ли, когда сильно возбуждена. Теперь я что, должна сдерживать себя и отслеживать всё, что делаю? Это испортит мне всё удовольствие.       — Не-не, не должна, — мотнул головой Слава, расплываясь в довольной улыбке, и глаза́ его радостно засверкали. — Есть отличное решение этой проблемы.       — Говори.       — Тебе надо запереть во мне сперму, как ты уже делала, но не полностью. Не понимаю откуда, но знаю, что футки, кажется, умеют выставлять в мужчинах своеобразный барьер. И если я буду переполнен выше этого барьера, то смогу кончить самостоятельно, разрядившись как раз до отмеченного тобой уровня.       Маша задумалась на короткое время.       — Похоже на то, что мама оставила в своей печати протекции кое-какие знания для тебя, — сказала она. — И что́ ты предлагаешь?       — Смотри, что́ получается. Если выставить такой барьер на нужной для тебя отметке, которая запечатает во мне заряд, способный тебя полностью удовлетворить и не переполнить, то тем, что́ выше его, я смогу и Вику подзаряжать, и Моку кормить, и тебе всегда будет оставаться такое количество энергии, при котором не нужно будет сдерживаться.       — А если мне не хватит? — нахмурилась девушка.       — Тогда передвинешь планку повыше. Я уже́ заметил, что быстро восстанавливаюсь, особенно если Мока меня своей тёмной энергией накачает. Твоя энэк, кстати, тоже заряжает меня, но тёмная мана, кажется, ещё и производство спермы ускоряет.       — М-м-мр-р-р, — довольно промурлыкала цукумогами и лизнула парня в щёку. — Вкусненький хоз… Славочка. Как хорошо, что я могу тебя заряжать.       — Да уж, хозлавочка, — рассмеялась Маша. — Прям склад с боеприпасами. Хотя нет, не склад, а целая фабрика. И ты, Мока, получается, поставщик сырья. Прикольный у вас подряд вышел, хе-хе, полезный.       — Ты, Маш, кстати, в него тоже входишь в качестве главной электростанции, — подмигнул молодой человек.       — Но энэк ведь не влияет на производство спермы, верно? А она для меня самый главный продукт, — футка радостно облизнулась. — Да-а-а, тёмная мана — очень прикольная вещь! А я-то думаю, чего это ты прям пышешь энергией? И это после того как Мока тебя основательно в школе подъела. Выходит, наша красавица тебя ещё и заряжает. Очень хорошая девочка!       — Для тебя, Маша, я могу его хоть каждый час заряжать! — предложила цукумогами, буквально светясь от удовольствия.       — Эй! Каждый час не надо! — шутливо испугался Живцов. — А то у меня так конденсаторы перегорят.       Девушки рассмеялись, обняли парня с двух сторон и стали тискать его, попутно покусывая за разные части.       — Ай! Ой! Тише! — брыкался Слава и хихикал от щекотки. — Не ешьте меня, я вам ещё пригожусь!       — А мы не до конца, — плотоядно приговаривала Маша. — Чуть-чуть пообгрызём мяско, а бо́льшую часть оставим.       — А-а-а-а! Спасите! Людоедки плоти лишают!       — Ш-ш-ш, не кричи, а то ещё кто-нибудь голодный прибежит на твой голос. Вика, например.       — Оу, Вика, — вспомнил о второй своей супруге Слава. — Ты её чувствуешь, Маш? Она далеко?       — Да не особо. Примерно в двухстах метрах от нас и, судя по высоте над землёй, всё ещё в своей старой квартире.       — Может, позовём её?       — Ну… нет. Не хочу я с ней делиться, пока сама тебя не подъем.       — Ой, да больно я ей нужен, — хмыкнул Вячеслав. — Она скорее на тебя виды имеет.       — Ну не скажи. Но даже если и так, я ведь не могу разорваться на вас обоих, верно?       — Вообще-то разрываться не придётся. У меня на уме есть парочка интересных поз, в которых мы преотлично втроём поладим. Ангел и ведьма будут ублажать тебя одновременно. Вода и огонь! Прикидываешь, какой получится кайф?       — И я! Я тоже хочу ублажать! — зажглась Мока, вскакивая на четвереньки.       Глаза́ Маши засверкали от обозначенных перспектив, на губах засветилась заинтригованная улыбка, но пото́м она моргнула пару раз и отрицательно мотнула головой.       — Постепенно надо, — сказала девушка. — Вначале каждого из вас по отдельности хочу попробовать. Заценю, как вы чувствуетесь, что можете, а пото́м уже можно и смешивать. Блин, но заполучить ангела, ведьму и мамоно в супруги — это класс! Я такая везучая! Хе-хе! Таська мне будет завидовать! Но давай уже начнём наши эксперименты. Мне не терпится поскорее разобраться, сколько твоей энергии я могу принять, не переполняясь, и на каком уровне барьер лучше выставить.       — Не соображу, ка́к это лучше сделать, — признался Слава. — Нутром чую, что сейчас мой заряд слишком велик для тебя. Значит, его надо уменьшить. В принципе, для окончательного закрепления контракта с фамильяром, мне потребуется кончить в Моку, то есть израсходовать часть своей энергии и спермы. Но перед этим цукумогами надо будет как следует подготовить, чтобы правильная поляризация зафиксировалась раз и навсегда. Как я понял, если достигнутый сексом прогресс не застолбить, почти все заработанные им очки могут потеряться. Поэтому нужно как следует постараться, чтобы фиксация сработала надёжно и усилия не пропали зря.       Во время этого монолога голубовласая девушка сперва встрепенулась, когда речь зашла о её кормлении, пото́м слегка сникла, узнав, что лакомство ей прям сейчас не дадут, а затем снова заинтересовалась.       — И ка́к ты будешь готовить меня, Слава? — спросила она, азартно сверкая глазами. — Поцелуешь мою писечку? М-м-мр-р-р? Поцелуй! Ты так здорово это делаешь!       — Обязательно, — подмигнул юноша, — но это уже на десерт. Есть у меня на уме интересная игра, которая должна хорошенько тебя подготовить. Только мне потребуется твоя помощь, Маш, а лучше нам даже сыграть вчетвером, позвав Вику в компанию. Думаю, она будет только рада поучаствовать. Вот только перед тем, как начинать игру, лучше бы барьер на мою сперму всё же поставить. Может, сделать это хотя бы примерно, а потом скорректировать?       — Нет, — отрицательно мотнула Маша головой, — я знаю, как определить точный уровень. Есть у меня свои идеи на счёт того, как его измерить. Но вначале я хотела бы услышать правила твоей игры. Может быть, мои изыскания в неё впишутся.       — Ну, правила в целом нехитрые. Скорее и не правила даже, а общий принцип. Мока должна сыграть роль сексуальной прислуги для нас. Ей нужно накопить побольше "очков" послушания, и эта роль может хорошо поспособствовать этому.       — А что́ ты имеешь в виду под сексуальной прислугой? — уточнила Маша.       — Моке придётся выполнять наши с тобой приказы. Мы будем заниматься любовью, а она нас обслуживать. Ну и Вику тоже, если она к нам присоединится.       — Но ведь Мока — твой фамильяр. Ты хочешь позволить нам ею командовать?       — Так нужно для дела, поэтому да.       — То есть я могу что угодно ей приказать?       — Всё, что связано с твоим удовольствием, или моим, или Вики. Хорошо, если и сама Мока при этом удовольствие получит, но это уже вторично. Она всё-таки прислуга.       — Хм, — Маша хищно ухмыльнулась. — А если я прикажу ей что-то приятное для себя, но это пойдёт вразрез с твоими желаниями?       Слава задумался на секунду, а потом отрицательно покачал головой.       — Нужно заранее исключить то, что каждый из нас не приемлет, — пояснил он. — Другое дело, что мне нравится почти всё, что ты со мной делаешь. Анальный секс только в са́мом начале меня шокировал, но теперь это уже не табу. И ещё, каждый из нас может сколько угодно доминировать над другим и над Мокой, но сама Мока не должна ни для кого быть верхом.       — Блин, значит, я не могу приказать ей связать и подвесить тебя? — расстроилась Маша. — Жалко. Мока — тканевый дух, и связывание — это её фишка. Она просто мастерски должна уметь это делать.       — Умею, — с удовольствием подтвердила цукумогами и, облизнувшись, добавила: — хорошо умею связывать.       Слава снова задумался, прислушиваясь к своей интуиции, а потом кивнул.       — В принципе можно. Почему бы и нет. Верёвка ведь не доминирует, она лишь инструмент доминирования.       Глаза́ Моки при этих словах прям засияли от радости и предвкушения. Судя по всему, такая тема очень нравилась девушке.       — Главное, чтобы действия её соответствовали чьим-то приказам, а не её собственной воле, — продолжал тем временем Вячеслав. — Кончать, кстати, она тоже может лишь по приказу, а не когда ей захочется.       А вот эта новость цукумогами просто шокировала, заставив взгляд её наполниться ужасом.       — Я не смогу сдерживаться, — захныкала она. — Я очень слабая в этом.       — Не переживай, — добродушно улыбнулась Маша. — Как только я увижу, что ты на пределе, так сразу разрешу тебе кончить.       — Уф, — с облегчением выдохнула голубовласая красотка. — Спасибо, Маша.       — Есть пара немаловажных моментов, — добавил Слава. — Во-первых, Моке желательно всё-таки потерпеть и чем ближе к своему пределу она приблизится, чем дольше потомится, тем больше накопит "очков" послушания. И во-вторых, разрешение кончить должно исходить от того, чей приказ Мока в настоящий момент выполняет. В крайнем случае, от главного топа во всей нашей компании.       — То есть от меня, — безапелляционно вставила Маша.       — То есть от тебя, — с улыбкой подтвердил Вячеслав.       — Хорошо, я буду держать этот момент на контроле, — удовлетворённо улыбнулась футка. Ей, похоже, очень нравились правила предложенной игры. Взгляд девушки так и сверкал от предвкушения. — А я могу приказать Моке кончить для меня? М? По-моему, в БДСМ это классическая форма поощрения.       — Да, конечно, — охотно подтвердил молодой человек, сообразив, что "кнут" обязательно нужно чередовать с "пряником". — Хорошо, что вспомнила. Но такого рода поощрения должны идти не просто так, а за какие-то заслуги.       — Это понятно, — кивнула Маша. — Здорово! Классная игра! Секс-прислуга — это что-то вроде "куквин", правильно?       — А что́ это?       — Ну, "куколд" наоборот.       — А что такое куколд?       — Блин, ну ты и дремучий. Куколд — это муж-рогоносец, который смотрит, как её супругу трахает другой мужчина, и попутно может играть роль секс-прислуги.       — Бе-э-э-э! — поморщился Слава. — Не хочу для себя такой роли.       — А если вместо мужчины будет футка?       Живцов удивлённо захлопал глазами.       — Ты не против, чтобы тебя футка трахнула? — спросил он.       — Блин, да почему сразу меня?! — моментально разозлилась Маша, всем видом своим показывая, что не приемлет этот вариант. — Я хотела узнать, согласишься ли ты сыграть роль сексуальной прислуги для нас с Викой.       — Да! — моментально ответил Слава, расплываясь в довольной улыбке. — С огромным удовольствием сыграю.       — Хорошо, — улыбнулась футанари, успокаиваясь столь же быстро, как и вскипела. — Буду иметь это в виду.       — Ну, ладно, — вернулся к прежней теме молодой человек. — По поводу "куквин" всё верно. Получается, что Мока сыграет именно эту роль, но только без измен. Мы же все одна семья. А к чему ты об этом спросила?       — Хе-хе, ну просто к тому, что можно использовать все элементы этого направления. Например, я могу приказать Моке вылизать мою сперму из твоей попы.       — Прикажи! — тут же подскочила цукумогами и азартно запрыгала на кровати. — Прикажи-прикажи! Я вычищу его дочиста!       Маша рассмеялась, очень довольная произведённым эффектом.       — Блин, а можно без подробностей? — кисло улыбнулся Слава. — Чувствую, придётся мне задницу себе мыть, чтобы не переживать пото́м по этому поводу.       — Это не обязательно, — промурлыкала голубовласая красотка. — Впрочем, как хочешь. Как тебе будет приятнее, Славочка. Хочешь, я тебе попку помою своим язычком?       — Нет.       — А нижним язычком?       Слава задумался, вспомнив, что влагалище цукумогами частично похоже на её рот.       — А ты им вкус чувствуешь? — уточнил он.       — Конечно.       — Тогда нет. Я сам себя помою, ясно?       — Ага, — вздохнула Мока, надув губки.       — Она же не человек, Слав, — попробовала пояснить ситуацию Маша. — И совершенно по-другому воспринимает вкус, реагируя в большей степени на энергетику. Да и тело её не человеческое. Ему не причинят вред ни микробы, ни какие бы то ни было вредные вещества.       — Нет, — мотнул головой парень. — И закончим с этой темой. Считай, что это табу.       — Ну вот, а говорил, что тебе нравится всё, что я с тобой делаю.       — В задницу языком ты мне ещё не залазила, — парировал Живцов. — У само́й-то у тебя есть какие-нибудь табу? Говори сейчас, чтобы пото́м не окараться [1].       — Не приемлю нижнюю роль, — загнула один палец Маша.       — Так. Ещё?       — С футками не сплю. В киску мою можно проникать, а в попу нельзя.       — Понятно. Ещё что-нибудь?       — Ну разные там извращения вроде копро, вомита и золотого дождя. Хотя на тебя, если захочешь, могу попи́сать.       — Нет, — замотал Слава головой. — Только без этого!       — Но почему? Раньше ты с удовольствием принимал любые соки из моей киски, — хихикнула Маша.       — Блин, нашла с чем сравнивать. Там были другие жидкости. И хватит уже меня дразнить. Давай лучше не будем терять время и вернёмся к вопросу барьера для моей спермы. Ты сказала, что знаешь, ка́к точно определить нужный уровень.       — Ага, — улыбнулась футанари, — способ несложный. Этот самый барьер ограничивает и меня тоже. Если я не стану его специально снимать, то смогу извлечь из тебя только ту часть семени, которую он позволит. Так что методом последовательных небольших проб смогу определить комфортный для себя объём, при котором буду удовлетворена и не объемся. Кстати, делать это можно прямо во время игры в "куквин". Откладывать её незачем.       — Понятно, — кивнул Слава. — Прикольно. Ну… тогда, может быть, сразу и начнём?       — Давай. Можешь чесать в ванную и мыть свою попку. У меня на неё больши́е планы.       — Ч-что… прям сразу с этого и начнёшь? — удивился юноша. — Ты же сперму мою хотела попробовать.       — Хотела и попробую. И не один раз, — улыбнулась Маша. — Но гигиенические процедуры лучше сразу провести, чтобы пото́м на них не отвлекаться. Мы с Мокой, кстати, не настаиваем. Это было твоим собственным решением.       — Всё. Понял. Уже́ иду, — поспешил согласиться Слава и, вскочив с постели, вышел из спальни.

* * *

      Войдя в ванную, Живцов первым делом заглянул в бассейн и с удовольствием обнаружил, что тот заполнился примерно на треть хрустально чистой и сверкающей в свете люминесцентных ламп водой. Парню сразу же захотелось окунуться в него ну или хотя бы пощупать рукой воду. Но уровень её был ещё далеко. Тогда же его и настиг телепатический вопрос Моки:       «Слав, значит, я обязана буду выполнять приказы Маши и Вики, как твои?»       «Да, но только на время игры в "куквин"».       «Ты должен приказать мне это прямо, чтобы распоряжение сработало на уровне контракта».       Слава хотел было уточнить: а обязательно ли привлекать их контракт к развлечениям подобного рода, ведь всё это не более чем игра? Но вдруг словно бы вспомнил, что да, обязательно. Если фамильяр даже ради забавы станет выполнять чужие приказы, предполагающие какие-либо насильственные действия в отношении хозяина, пусть даже тот и не против, это будет расшатывать не закрепившийся контракт. Но если подобные действия окажутся заранее разрешены приказом самого́ хозяина, то станут легитимными в рамках контракта и не повредят ему. Ещё молодой человек сообразил, что надо обозначить приоритеты, чтобы у Моки не было проблем с выполнением, если ей поступит два противоречащих друг другу приказа. Следовало также определить словесную формулу начала действия "игрового режима" и формулу его завершения.       Живцов пришёл было в замешательство, не зная, как ему правильно сформулировать столь сложный приказ, но уже в следующую секунду получил новую подсказку от своей "памяти". В очередной раз он словно бы вспомнил, что для комплексных распоряжений вполне может сгодиться продиктованный в форме программы алгоритм действий, определяющий все основные правила игры.       «Мока, а тебе само́й нравится игра в куквин? — спросил Слава. — Или ты согласилась на неё только для закрепления нашего контракта?»       «Очень нравится, — тут же откликнулась помощница. — Интересная игра. Я с удовольствием готова играть в неё снова и снова».       «В таком случае слушай мой приказ», — сообщил молодой человек и постарался максимально лаконично надиктовать "программу", обозначающую следующие пункты и правила игры:       1. Особым распоряжением на постоянной основе вводится игра "куквин", участники которой определяются перед началом игры.       2. Все участники в равной степени получают возможность отдавать приказы цукумогами с некоторыми ограничивающими условиями:       а) приказы не должны нести риск причинения вреда здоровью и тем более угрозу для жизни всем участникам игры, в том числе и само́й цукумогами;       б) действие любого приказа может быть направлено только на цукумогами и участников игры;       в) приказы выполняются не одновременно, а в строгой последовательности, один за другим;       г) один и тот же игрок не может отдавать более одного приказа за цикл, за исключением распоряжения отменить действие приказа;       д) с учётом пункта "г", к исполнению принимается приказ, произнесение которого начато раньше, и следующий приказ может быть принят только после выполнения предыдущего;       е) отданный игроком приказ не может отменяться приказом другого игрока, только автор приказа может его отменить;       ж) цикл игры заканчивается и начинается следующий после того, как приказы отдали все участники игры или если после выполнения последнего приказа прошло более пятнадцати секунд.       (Слава специально ради прикола ввёл лимит времени в пункте "ж", чтобы создать возможность для нерасторопных игроков "прозевать" свой приказ).       3. Игра запускается только хозяином цукумогами формулой: «"куквин" старт» с последующим перечислением имён участвующих игроков.       4. Игру может завершить любой из действующих игроков в любой момент времени формулой: «"куквин" конец». При этом действие всех не отменённых приказов автоматически отменяется.       5. Новые игроки не могут приниматься в действующую игру. Для расширения круга участников требуется завершить игру и запустить её снова.       Мока молча выслушала все эти правила и подтвердила:       «Принимаю игру "куквин" на постоянной основе вплоть до её отмены особым распоряжением».       «Так пойдёт?» — уточнил молодой человек.       «Ага», — ответила цукумогами, в мыслях которой ощущались нотки удовольствия.       «Шикарные правила, — похвалила Маша, слышавшая, похоже, всю телепатическую беседу с Мокой от начала и до конца. — Послушай, Слав, может, тогда запустишь эту игру сразу? Мы бы с Мокой уже начали. М?»       «Хорошо, — согласился Живцов и мысленно произнёс: — "куквин" старт. Игроки: Маша и я».       «Старт игры подтверждаю», — откликнулась цукумогами. Юноша прислушался к себе, но никаких особых изменений не уловил. Он ещё раз глянул на уровень воды в бассейне, который стал чуть повыше, и, решив оставить пробу водички на потом, направился в душевую, совершать гигиенические процедуры.

* * *

      Когда Слава минут через пять вернулся в спальню, девушки уже вовсю развлекались. Маша блаженно раскинулась в центре кровати, лёжа на спине и раздвинув согнутые в коленях ноги, а Мока, устроившись между ними, увлечённо ублажала её ртом.       «Во дают девчонки!» — с удовольствием подумал Слава и направился к кровати, чтобы получше всё разглядеть. Он зацепился взглядом за соблазнительно приподнятую вверх попку цукумогами и хотел было поприветствовать её поцелуйчиками, но в этот момент Маша его заметила и коротко приказала:       — Мока, схватить Славу, принести ко мне и распять на постели в позиции номер три.       Парень и глазом моргнуть не успел, как на него, раскинув свои синие крылья, с азартной улыбкой на лице налетела Мока, крепко схватила и понесла к кровати, вытягивая его прямо в полёте и переворачивая спиной вниз.       — Ай! — только и успел вскрикнуть юноша, приземляясь на мягкую постель, и почувствовал себя распятым буквой "Х".       А сверху над ним, алчно сверкая глазами, уже нависла Маша. Она перешагнула через своего пленника, располагаясь на четвереньках, и, наклонившись к его лицу, захватила губы страстным поцелуем. Одна её рука, оперевшись на локоть, забралась юноше под голову и сжала волосы пальцами; другая скользнула по животу вниз и схватила "Славу-младшего", принимаясь его мять и тискать, пробуждая ото сна.       Как пото́м выяснилось, пока юноша мылся в душе, хитрая супруга приказала цукумогами под конкретными номерами запомнить целый перечень различных поз и захватов, в которых можно было фиксировать парней и девушек для удобного их использования в сексе.       На какое-то время Живцов впал в ступор, чувствуя себя жертвой агрессивного нападения, спелёнатой по рукам и ногам. Мока крепко обернула тканью его руки почти до самых плеч и но́ги от стоп до середины бёдер, так что невозможно было вырваться. Но при этом все самые чувствительные места его оставались открытыми и доступными, чем Маша и пользовалась самым беззастенчивым образом. Она натиралась о его грудь своими больши́ми и упругими титечками с твёрдыми штырьками сосков, лапала и пощипывала его свободной рукой и при этом через поцелуй вливала в него какое-то сложное плетение из энэк, которое чуть ли не каждую клеточку парня пробирало удовольствием. В общем, свои пятнадцать секунд, отведённые на приказ, Живцов благополучно пропустил, и подруга этим незамедлительно воспользовалась. Прервав поцелуй, она отдала новое распоряжение цукумогами:       — Мока, ласкай Славку всем, че́м можешь, не сдерживай себя.       И похотливая мамоно, мяукнув от радости, буквально набросилась на юношу со страстными ласками, заставив его погрузиться в балдёжную негу. Её рот стал облизывать и обсасывать парню плечи и шею, ладошки гладили грудь и живот, царапая их ноготками пальцев, мягкие титечки натирались о спину, а пушистый лобок ласкался о ягодицы. И даже сто́пы ног цукумогами, гибкие как у обезьянки, скользили по ногам Славы и пощипывали их невероятно подвижными и мягкими пальчиками. При этом тело голубовласой красавицы оставалось плоским, не выпирая над постелью, и ощущалось так, будто бы было утоплено в голубое покрывало, как в воду.       — Боже! — мысленно простонал молодой человек, чувствуя, как весь его организм трепещет от умопомрачительного удовольствия.       Прошло не более двадцати секунд от момента пленения, а член юноши уже был твёрдым как кол. И это его боевое состояние Маша немедленно обнаружила пальцами, которыми крепко схватила несгибаемого бойца и стала с удовольствием гладить его и сжимать. Глаза́ подруги горели от предвкушения. Кажется, она опять успела слегка нагрузиться тёмной энергией цукумогами, так что киска её непрерывно текла, орошая мужскую суть скользким дождиком. Но вот бёдра Маши порывисто опустились вниз, и парень почувствовал, как его член погружается в горячую и мокрую пещерку, стенки которой туго сжали невольного исследователя и стали засасывать его вглубь.       — Машка! — простонал молодой человек. — А как же барьер? Боже! Я же так быстро кончу!       — Уже́ стои́т, — рыкнула пленнику в губы возбуждённая супруга и принялась его жёстко трахать, совершая бёдрами резкие фрикции и умудряясь при этом офигенно приятно массировать член мышцами влагалища. — Поэтому расслабься и кончай. Не вздумай сопротивляться! Я хочу поскорее твою сперму получить!       Слава бы, пожалуй, и не смог сейчас оказать существенное сопротивление. Он был настолько дезориентирован приятными ощущениями, охватившими его со всех сторон, что ему очень непросто было задействовать свои ангельские силы. Он словно в кастрюле блаженства варился и чувствовал, как закипает его собственный котёл. Не пройдёт и десятка секунд, как…       «Цветочки в подарок за удовольствие», — услышал вдруг Слава восторженные мысли ангела и почувствовал, как энергия в его сперме словно бы закручивается сотней маленьких, как крючочки, завихрений. А пото́м он просто взорвался от кайфа, переживая умопомрачительный оргазм, который меж тем ощущался несколько необычно.       Юноша излился мощно, с напряжением всех сил, как требовало кипевшее в нём наслаждение, но произошло это лишь пару раз, а все последующие многочисленные "выстрелы" оказались холостыми. В Славе словно сперма закончилась, хотя он продолжал чувствовать, что примерно на две трети полон. И от этого кайф его длился необычно долго. Мужской организм, словно не понимая, что́ происходит, совершал попытки снова и снова, пока в итоге не обессилел, пытался выплеснуть детородный заряд, не желающий выходить. И дополнялись все эти восхитительные ощущения эмпатическими сигналами наслаждения, исходящими от супруги.       Пребывая на небесах, Живцов не сразу сообразил, что сдался не без боя. Те самые "цветочки", втянутые в матку девушки вместе со спермой, полыхнули словно яркие фейерверки, заставив завибрировать множество "струнок удовольствия" в женском организме, которые подобно детонатору взорвали и саму Машу.       — Мама! — сдавленно вскрикнула она и вскинулась от кайфа уже через парочку-тройку секунд после того, как в неё излился коварный ангел. Двух основательно заряженных горячей праной залпов хватило, чтобы отправить не ожидавшую такого "подарочка" футку в её персональный рай. Казалось, настоящий пожар удовольствия вспыхнул до небес, и в нём два тела, женское и мужское, сладостно горели.       — Я тебя убью, — простонала подруга через пару минут, когда к ней стал возвращаться дар речи, и со стороны сложно было понять, чего больше слышится в её голосе: весёлой злости или изумлённого восхищения.       — Я ничего не делал, — слабо откликнулся из-под неё обессиленный подрывник. — Это всё рефлекторно получилось от избытка чувств.       Открыв глаза, он улыбнулся своей девушке и заработал горячий поцелуй в губы.       — Что́ ж ты творишь, чудо ты моё неугомонное в перьях, — рассмеялась Маша. — И как мне, по-твоему, теперь уровень барьера определять, когда ты мне все настройки "приборов" сбил?       — Я не специально, — ответил Вячеслав, делая виноватое лицо, но взгляд его при этом светился от удовольствия.       — Хитрюга, — хихикнула девушка и снова чмокнула своего парня в губы. — Придётся измерения повторить, — добавила она и сжала опадающий член своим влагалищем, слегка подсасывая его внутрь и не позволяя выскользнуть.       — Ох, дай хоть немного передохнуть.       — Неа.       — У меня сейчас не встанет.       — А вот это мы сейчас проверим, — хихикнула Маша. — Эй, красотка, — проворковала она, обращаясь к цукумогами, — ты здорово постаралась только что, умничка моя. Я тобой о-о-очень довольна. Поэтому ты заслуживаешь вознаграждения. Можешь кончить нижним своим язычком в Славкину попку, но сделай это так, чтобы и он как следует улетел. Если сумеешь и его довести до оргазма, получишь ещё одну награду.       — Ня-а-аур! — на кошачий манер взвыла воодушевлённая цукумогами и жадно вцепилась пальцами в ягодицы молодого человека, раздвигая их в стороны. Голени её оплелись вокруг ног парня ниже колен, пушистый лобок резко подался вверх, вдавился снизу, и Слава почувствовал, как к дырочке его порывисто прижимается что-то тонкое, упругое и мокрое.       Мока действовала настолько страстно и нетерпеливо, будто до этого сдерживала свои желания и сейчас их разом отпустила. И это вполне могло быть правдой, судя по тому, каким бешеным энтузиазмом наполнилось всё её существо. И тем не менее она не вонзилась в Славкин зад сразу и глубоко, чего молодой человек невольно опасался. Ох, нет! Она стала играть с ним очень изощрённо. Сперва завибрировала своим гибким язычком, обрисовывая дырочку по сужающейся спирали и обильно заливая её горячими слюнками, а пото́м, достигнув центра, мягко в неё вошла. Не прекращая вибрировать, на манер нежного перфоратора неутомимый зонд стал плавно заглубляться в отверстие, обильно смачивая перед собой путь скользким соком, который ощущался словно бы газированным от переполнявшей его тёмной энергии.       — А-а-а-ах! — хрипло простонал Слава, чувствуя себя так, будто его тело через попу накачивают забористым кайфом.       Член парня вернулся в боевое состояние в рекордные сроки, доставив Маше немалое удовольствие своей быстрой эрекцией и вызвав у неё радостное предвкушение.       — Ох да! Умничка моя, да! — азартно похвалила голубовласку девушка и стала плавно затачивать твёрдый штырь стенками своего жадного лона. — Продолжай в том же духе, у тебя классно получается!       А Мока тем временем уже дрожала в экстазе, преодолев бо́льшую часть пути до пика своего наслаждения. Учащённо дыша, она стала закручивать свой язычок в пружинку, раздвигая его вибрирующим телом стенки освоенного туннеля и надавливая на предстательную железу. Слава закатил глаза и тихо засипел, чувствуя, как его нарастающее блаженство рывком усиливается. Он переживал странное состояние, вроде бы ещё и далёкое от оргазма, но по интенсивности удовольствия сравнимое с ним.       Парню хотелось кричать, настолько кайфово ему было, но перехвативший горло спазм не позволял вымолвить ни звука. А пото́м Мока стала совершать постепенно ускоряющиеся фрикции, массируя захваченную территорию изощрённо вибрирующей пружинкой, и молодой человек совсем потерялся от кайфа. Энергичные витки, двигаясь по сложным траекториям, создавали столь яркие ощущения, что до самых косточек пробирали Славу умопомрачительным удовольствием.       «Ах! Боже! Я так помру!» — мысленно стенал он, переживая усиливающиеся волны наслаждения, пробегающие по всему его телу при каждом проникновении и выходе потрясающего сексуального инструмента цукумогами. Но по крайней мере начавшиеся фрикции разрушили спазм, позволив молодому человеку шумно и со стонами дышать.       Видя, какие потрясающие чудеса творит с её парнем Мока и как стремительно разгорается блаженством сама, Маша тоже стала быстро возбуждаться, наслаждаясь этим зрелищем. В какой-то момент она поняла, что страстная мамоно приближается к финишу заметно быстрее своего недавно кончившего соперника. Футка усилила натиск на втором фронте и со своей стороны попыталась юношу поторопить. Её попа принялась исполнять энергичный тверк, а влагалище тискать и сосать член самым изощрённым образом. Но тем не менее даже под удвоенным гнётом удовольствия Слава умудрялся отставать от своей помощницы. И дело было даже не в том, что обе девушки плохо старались, просто Мока двигалась к кульминации слишком быстро.       «Ох, бедненькая ты моя скорострелочка, — огорчённо и одновременно с умилением подумала Маша. — Не успеваешь ты заработать свою награду. Но ведь это несправедливо, лакомка моя. Ты же так стараешься и такие классные вещи делаешь!»       Неожиданно она вспомнила один интересный секретик и, склонившись к раскрасневшемуся от страсти личику цукумогами, которая на волне своего удовольствия выглядела ещё более миленькой, шепнула в её розовое ушко:       — Прикуси Славке затылок зубками. Тебе должен понравиться результат.       Находясь уже в преддверии личного рая, Мока выполнила этот приказ почти неосознанно. Её искажённое блаженством личико, согревающее ухо молодого человека горячим дыханием, погрузилось в синее покрывало как в воду. Пото́м цукумогами всплыла под затылком юноши и, приоткрыв сексуальный ротик с тонкими губами, захватила шею, слегка прикусывая её зубками.       То́, что случилось потом, стало, похоже, полной неожиданностью для всей троицы. Слава почувствовал себя так, будто через тело его пропустили высоковольтный ток… но только не электрический, а какой-то волшебный. Всё тело его буквально выгнуло дугой и затрясло от кайфа. Мока, которая готова уже была кончить в любую секунду, испытала вспышку восторга и возбуждения и в итоге каким-то образом сдержалась от разрядки, а точнее, словно бы проскочила мимо неё, на всех пара́х устремляясь к более высокому накалу наслаждения.       У цукумогами словно второе дыхание открылось, позволившее ей продолжить состязание: кто кого перетерпит. И ведь она ни капельки не сдерживалась, вкладывалась в сексуальный танец от всей души. Мока буквально рычала как зверь, обвив Славу руками и ногами, крепко прижимала его к себе и резкими движениями бёдер засаживала свою сладострастную пружину ему в зад. А зубки её тем временем не переставали скоблить и кусать парню затылок, заставляя его сотрясаться от кайфа вновь и вновь.       Маша зачарованно следила за всем этим действием и тоже испытывала восторг. Но в отличие от Моки её увлекло именно созерцание и осязание. Она наслаждалась зрелищем и даже замерла на какое-то время, забыв, где она находится и чем занимается. Только влагалище её время от времени стискивалось, отражая всплески чувств девушки.       Несмотря на то что Славу выгибало и скручивало будто под действием электричества, он до сих пор не кончил. По крайней мере, футка не чувствовала сперму, которую с нетерпением ждала. Но это очень скоро должно было произойти, и, слегка очнувшись от транса, Маша возобновила свои движения, подталкивая упрямого ангела к финишу.       Объединёнными усилиями девушки всё же заставили его сдаться первым и выплеснуться тугими струйками горячего мужского "молочка", следом за ним взорвалась Мока и, сотрясаясь всем телом, выдала серию залпов своей тёмной энергией, от мощи которых у Славы потемнело в глазах. А следом и Маша закричала, переживая небесное блаженство, когда проглоченная её жадной маткой детородная жидкость ангела стала умопомрачительно приятно расщепляться. Футка готова уже была сдаться и испытать третий оргазм, но вовремя вспомнила, что должна ещё сделать необходимые измерения, и сдержалась.       Весь этот бешеный круговорот энергии продолжался около сорока секунд, а пото́м накал ощущений стал спадать и перешёл в стадию томного релакса.       — "Куквин" конец, — пробормотала Маша и, расслабленно приподнявшись, опрокинулась в сторону, укладываясь на спину и блаженно вытягиваясь на постели.       — Эй, почему конец? — обессиленно простонал Слава. — Я ни одного приказа не успел отдать.       — А тебе разве хотелось? — сонно откликнулась подруга. — По-моему, ты отлично кайфанул без всяких забот, нагло свалив на нас с Мокой всю работу по твоему ублажению.       — Эй-эй, только не надо мне таких наветов.       Вся эта ленивая перебранка напоминала бормотания спящей бок о бок супружеской парочки и со стороны выглядела забавной, вот только сейчас некому было сей юмор оценить.       — В любом случае никто из нас сейчас играть не в состоянии, — откликнулась Маша громче и приподняла голову над постелью. — Поэтому я и объявила перерыв. Если так хочется, то играйте с Мокой вдвоём. А я пока покайфую, — добавила она и снова улеглась.       Слава ей не ответил. Вымотанный блаженством по самое не могу, он сейчас тоже не в состоянии был лишний раз пошевелиться. Юноша лишь вздрогнул слегка, ощутив, как сексуальная пружинка в его попе стала плавно разматываться и уходить. Она изрядно растеряла свою упругость и проявляла чудеса деликатности, но всё равно хорошо чувствовалась и создавала массу приятных ощущений.       «Тёмная энергия, — сообразил ангел. — Именно она создаёт такую сильную эрогенную чувствительность. Кажется, я начинаю понимать, что́ чувствовал Коля».       Вспомнив о помощнице, ангел обратил к ней свои эмпатические ощущала и убедился, что цукумогами тоже удовлетворена и расслаблена. Маша оказалась права́. Им всем сейчас требовался небольшой отдых.       Мока, видимо, почувствовала внимание своего хозяина и зашевелилась, пробуждаясь от неги. Она напоследок обняла Славу снизу, прижалась к нему грудками, лизнула в затылок, будто отмечая для себя полезную эрогенную точку, и отпустила. А пото́м девушка "вынырнула" из покрывала, как из непрозрачной синей воды, целиком выбралась на поверхность и прилегла рядом, подперев щёку ладошкой, и стала с обожанием глядеть на молодого человека. Встретившись с ней взглядом, Слава заметил в глазах девушки радостные огоньки. Всё лицо её излучало удовольствие и словно бы говорило:       «Ах! Какой я интересный секрет хозяина сегодня узнала!»       — Мока, только пожалуйста никому не болтай, ладно? — попросил Слава, будто бы прочитав её мысли. — Это стратегическая тайна нашей семьи.       Несмотря на то что Слава не стал уточнять, о чём идёт речь, цукумогами его прекрасно поняла и кивнула.       — Может, тогда в бассейн пойдём? — предложил Живцов. — Раз уж все наигрались.       — Звукового сигнала из ванной ещё не было, — напомнила Маша.       — А почему, интересно, так долго набирается?       — Почему долго? Нормально. Минут пятнадцать всего прошло, как ты в спальню вернулся.       — Что, серьёзно?       — Посмотри на часы, — и Маша указала на стрелочный циферблат, висящий на стене напротив кровати. — А ты что думал?       — Мне казалось, мы не менее часа кувыркались.       — Если бы это продлилось столько, то ты бы просто не выжил.       — Хех, — хохотнул Вячеслав. — Пожалуй, ты права́. Но даже пятнадцати минут должно было хватить, чтобы бассейн набрался.       — Так, может, он и набрался, а сейчас прогревается до заданной температуры.       — А разве он не сразу воду греет?       — Кажется, нет. Сперва заливает холодную, а потом гоняет её через нагреватели и подогревает с помощью рециркуляции.       — Ясно.       Слава снова посмотрел на Моку и оценил её состояние как очень близкое к нужному, но недостаточно.       — Ещё капельку, — обратился он к красотке, — чуть-чуть побольше очков послушания наберёшь, и можно будет попробовать закрепить наш контракт.       Цукумогами азартно распахнула глаза и радостно закивала. Кажется, энтузиазм продолжить игру в ней мигом проснулся, и Маша это сразу заметила. Она задумчиво посмотрела на голубовласую красотку, а пото́м решительно кивнула и поднялась с постели, усаживаясь на коленки.       — Хорошо, — сказала футка. — Я снова в норме, так что можно продолжить.       — Погодите, — опешил Вячеслав. — Что, уже́? Не так быстро!       — Ой, да ладно, — небрежно ответила Маша, растягивая губы в похотливой ухмылке и очень напоминая сейчас Мариоку. — Кто-то только что хныкал, что я рано завершила игру. Давай, поднимайся, боец, труба зовёт! Пришла пора Родину защищать!       — И от кого это, интересно?       — От чистых футанари, разве забыл? Которые, между прочим, на тебя охотятся.       — И ка́к же я от них Родину защищу? — с улыбкой спросил Слава. — Разве мне не надо, наоборот, спрятаться, ко́ли они ищут меня?       — Боже! Что́ я слышу?! Это слова́ труса или бойца?! — патетически воскликнула супруга. — Куда делся мой лётный ас, гордость эскадрильи ангельского дивизиона?!       Юноша рассмеялся.       — Всё, понял меру своей ответственности, — сказал он, с кряхтением поднимаясь и тоже усаживаясь на постели. — Итак, какие будут распоряжения, командир?       — Запускай игру "куквин". Будем Моку тренировать.       — Слушаюсь! "Куквин" старт! Игроки: Маша и я.       — Старт игры подтверждаю, — сообщила голубовласая девушка, делая серьёзное личико, всем видом своим показывая готовность выполнить приказ.       — Отлично! — улыбнулась Маша. — А теперь, Мока, свяжи себя очень тщательно и красиво, по канонам искусства сибари [2]. Смоделируем ситуацию, что ты попала в плен к лазутчикам чистых футанари, которые решили выпытать у тебя, где спрятался твой хозяин.       Цукумогами кивнула, растягивая губы в азартной улыбке, а потом… Её лицо вдруг исказилось страхом. Она затравленно огляделась по сторонам, панически вскрикнула и бросилась бежать. И в этот самый момент синие верёвки, подобно щупальцам хищника, вырвались из покрывала и метнулись вслед ускользающей жертве. Они настигли девушку почти у са́мой двери спальни и захлестнули её за плечи и шею, а затем рывком дёрнули назад, опрокидывая на пол, и поволокли по ковру в сторону кровати. Мока отчаянно кричала и извивалась, как будто от освобождения зависела вся её жизнь.       — Не-э-эт! — горестно простонала она, когда "щупальца" затащили её на постель спиной вниз и стали деловито связывать по рукам и ногам. — Отпусти́те!       Но действующие как живые верёвки остались безучастными к мольбам красотки и, хищно извиваясь, начали быстро создавать упорядоченное плетение на её теле. Но́ги жертвы были подняты вверх и согнуты в коленях. Между коленками и плечами обернулась пара витков, фиксируя но́ги в таком поднятом положении, а затем верёвки примотали голени к бёдрам, превратив эти части тела в две верёвочные катушки, смотанные аккуратно в один слой и зафиксированные поперечной стяжкой. То же самое было проделано и с руками девушки, поднятыми вертикально вверх к голове, согнутыми в локтях и соединёнными друг с другом одним витком верёвки, который проделся через локти пленницы и крепко стянулся у неё под головой.       Всё тело Моки к тому времени тоже было оплетено верёвками, сформировавшими сеть с крупными ячейками ромбической формы. Причём сетка эта была эстетически красиво и точно совмещена с сексапильными женскими формами. Две ромбические ячейки симметрично по отношению друг к другу охватывали груди, другая была расположена над пупком, так что тот оказался в самом центре ромба, ещё одна очерчивала пушистую киску, беспомощно растянутую и открытую всем на обозрение, ну и остальные ячейки сети тоже соблюдали строгую симметрию относительно вертикальной оси тела.       — Делайте со мной что хотите, бандиты! — выкрикнула цукумогами с отчаянной злостью в голосе. — Я вам ничего не скажу! Особенно тебе, злодей, что так похож на моего хозяина!       После этих слов Слава слегка наклонился вперёд, опираясь руками о колени, и выдохнул с изрядной долей облегчения. Мока сыграла свою роль столь артистично, устроила такой достоверный, наполненный трагической экспрессией спектакль, что он всерьёз подумал, что случилась беда и какая-то третья сила её схватила.       Маша хохотнула и захлопала в ладоши.       — Бли-и-ин! — протянула она. — Это было круто. Похоже, мне в самую по́ру театральную труппу создавать. Одна звезда в запасе уже есть. Да ещё и оператор по спецэффектам в одном лице.       — Мока, ты меня так до инфаркта доведёшь, — пожаловался юноша и рассмеялся.       Но девушка не ответила, переводя сердитый взгляд с футки на парня и обратно.       «Ох нет, — телепатически одёрнула себя и своего парня Маша. — Нельзя портить такой классный спектакль».       На пару секунд она стала серьёзной, а пото́м тоже включилась в игру, складывая губы в столь зловещей и беспощадной ухмылке, что у Славы озноб пробежал по спине.       — М-м-м, пыталась сбежать, кошечка? — проворковала она. — Что же, неплохая вышла попытка… по части красоты и драматизма. Но ты должна понимать, что с са́мого начала она была бессмысленной. Бедная, наивная девушка, на что ты рассчитывала, глупышка?       Маша схватилась за верёвки у Моки на груди и рывком подтянула её лицом к своему лицу.       — Непослушную девочку ждёт наказание, — сказала она страстным голосом, в котором совершенно не чувствовалось притворства. — И это будет не боль, не-э-эт. Я отлично знаю слабое место мамоно. Мы будем пытать тебя удовольствием, пытать до тех пор, пока ты не закричишь о пощаде и тогда всё выложишь как на духу.       — Нет, нет! — отчаянно замотала головой Мока. — Только не это! Я… я верна своему господину!       — Тогда сдайся сейчас, — выдохнула Маша ей в губы. Она была очень возбуждена, Слава чуть ли не физически это чувствовал. С са́мого начала увидев Моку в связанном состоянии, футка почувствовала всплеск возбуждения, но талантливая игра девушки слегка сбила её с толку и помешала найти выход этим чувствам. Зато сейчас, когда выяснилось, что это был лишь спектакль, Маша разгорелась в полную силу и у Живцова возникли серьёзные опасения, что она реально может на цукумогами наброситься.       — Не-э-э-эт!!! — отчаянно выкрикнула Мока ей в лицо. — Я не предам моего Славу!       И Маша ответила лишь злорадным смехом:       — О! Уже́ имя хозяина назвала? Хе-хе, умничка. А разговорить тебя, видать, будет несложно. — Сделав над собой явное усилие, футка толкнула пленницу назад на постель и повернулась к своему подельнику. — Приступайте, Мастер, — сказала она, ухмыльнувшись, и кивнула ему на связанную девушку. — Она в полном Вашем распоряжении.       «Идеально! — услышал Слава в голове голос ангела. — Поза, ситуация, игра — всё сопутствует успеху. Два оргазма, нет, лучше три, и состояние цукумогами будет максимально благоприятным для закрепления поляризации контракта. Этого времени мне как раз хватит на то, чтобы восстановить запас спермы».       Парень ухмыльнулся, как заядлый насильник, и стал не спеша приближаться к своей жертве.       «Маша, что там с барьером во мне, который ты должна была установить?» — поинтересовался он у своей подруги телепатически.       «Выставлен на таком уровне, как мне надо. Можешь выбросить эту проблему из головы».       «Отлично».       Слава склонился над Мокой и, заглянув в её глаза, встретился с испуганным и подавленным взглядом.       «Блин, она слишком вошла в свою роль и с настроем её надо что-то делать, — вновь прозвучал у Славы в голове голос ангела. — Такое настроение её ни к чёрту не годится. Сценарий игры надо менять».       Стараясь сохранять на лице нагловатую хищную мину, юноша обратился мысленно к своему фамильяру:       «Мока, замри и не подавай вида, что слышишь меня. Это я, Слава! Настоящий, а не двойник. Я специально проник в стан врага, чтобы тебя выручить. Никто здесь меня не знает в лицо, поэтому постарайся меня не выдать!»       Девушка моргнула и едва заметно кивнула головой, но затем выгнулась и попыталась отвернуться.       — Нет! Отстань! Я не дамся тебе! Не дамся!       — Куда ты денешься, дурында? — развязно рассмеялся молодой человек, чувствуя, как его слегка коробит от такого поведения. Всё-таки эта роль была ему не очень приятна. Но вот участливые слова, которые он после этого телепатически передал своей помощнице, легли бальзамом на его душу:       «Молодец, продолжай в том же духе. Мне придётся быть грубым, девочка моя, но я постараюсь сделать всё очень приятно. Верь в меня. Я тебя обязательно спасу!»       Понимая, что должен воспользоваться силой ангела, Слава запустил в себе водные потоки. Схватив Моку за волосы, он рывком притянул её к себе и впился ей в губы агрессивным берущим поцелуем, и одновременно с этим твёрдый член его прижался к беззащитной киске цукумогами и вдавился в неё центральной частью ствола.       Парень заметил, как учащённо забилось сердце девушки, и она еле заметно ответила на его поцелуй, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не выразить свой восторг открыто. Тем не менее на глазах у неё всё-таки выступили слёзки, которые, впрочем, были вызваны скорее радостью или даже счастьем, чем продолжающейся игрой.       — Можешь плакать сколько угодно, — тут же воспользовался этой слабостью Вячеслав. — Слёзы тебе не помогут.       — Не-э-эт! Отстань от меня, ч-чёртов нас… сильник!       Красотка по-прежнему хныкала и извивалась, но голос её уже на́чал ломаться под действием приятных ощущений, которые дарил ей член, натираясь о быстро увлажняющееся лоно. Юноша понял, что сейчас самое время переходить от прелюдии к действиям и, если он ещё немного промедлит, Мока сама станет умолять трахнуть её. Но, чёрт возьми, вся эта игра ему была очень не по нраву. Какое же это нахрен удовольствие, когда приходилось себя ломать и даже эрекция его, казалось бы незыблемая, держалась лишь благодаря водным потокам, которые ангел в себе гонял.       «Это не моя роль, — понял он наконец. — В таком ключе ничего не выйдет. Маша, отмени, пожалуйста, свой приказ».       «Что́ случилось?» — обеспокоенно откликнулась на его мысли подруга.       «Меня совсем не возбуждает вид беспомощной, связанной девушки и ещё больше не нравится роль насильника. Я не смогу в полной мере воспользоваться ангельскими возможностями в таких условиях. В общем… не выйдет у меня таким способом поляризацию закрепить».       «Вот как? Жаль. Игра получилась бы прикольной. Ну да ладно, раз так».       — Мока, приказ отменяется, — сообщила Маша. — Верёвки развяжи.       Цукумогами тут же выполнила это распоряжение, моментально втянув свои путы в синюю ткань. Те просто стекли вниз, как потоки воды, и разом исчезли. И лишь пото́м девушка разочарованно и даже обиженно взглянула на футку. Она не вымолвила ни слова, но та её прекрасно поняла и, пожав плечами, ткнула пальцем в направлении своего парня, предоставив ему право самому́ объясниться.       — Извини, красотка, — виновато вздохнул Вячеслав. — Но я просто физически не могу с тобой так поступить. Хотя и понимаю, что это был бы прекрасный шанс решить нашу проблему. Ну вот такой у тебя хозяин-размазня.       Мока заморгала и, тепло улыбнувшись, обняла юношу, передавая ему этим жестом всю нежность свою и благодарность.       — Ну и правильно тогда, что остановился, — кивнула она. — Я чувствовала бы себя пото́м ужасно, зная, что тебе пришлось мучиться.       «А вот сейчас самое время для второй попытки, — сообразил вдруг молодой человек. — Сценарий будет другим. Но цели-то те же».       Он крепко схватил Моку за запястья и прижал их к постели, наваливаясь всем своим весом сверху.       — Но ты ведь не думала, что я оставлю тебя совсем без удовольствия? — хищным тоном спросил он, возобновляя плавные движения и нащупывая головкой члена вход в горячее и мокрое лоно. — Пусть это уже и не будет выглядеть как насилие, но моё сердце пылает от страсти, так что готовься принять в себя агрессивного любовника.       — К… какие б… будут приказания для куквин? — спросила Мока, начав заикаться от волнения.       — Приказываю тебе отдаться мне целиком и наслаждаться. Не сдерживайся ни на миг и кончи для меня столько раз, сколько сумеешь.       — Д… да!       — Тогда слушай и от меня приказ, — улыбнулась Маша, весело покусывая свои губки. — Не отпускай Славку из своих объятий до тех пор, пока он тоже не кончит.       — Слушаюсь! — радостно выдохнула девушка и крепко обвила юношу руками и ногами, делая его своим пленником. — Попался мой бедный хозяин, — хищно проворковала она, — теперь уже ТЫ стал моей добычей.       Эти слова её буквально зажгли Славу страстью и возбуждением.       — Ещё посмотрим, кто кого! — рыкнул он и вонзился в девушку, испытывая сладостный восторг.       О да! Этот сценарий ему очень нравился. Новая игра настолько сильно захватила его, заставив во весь размах развернуть за спиной крылья вдохновения, что он сразу понял: теперь сможет в полной мере проявить себя и устроить голубовласой красотке головокружительный полёт.