Предыстория Чары

– Привет, меня зовут Джессика Паркер. Так, это твой первый день здесь. Ты тут оказался потому что, мне так кажется, тебе нужно с кем-то поговорить, чтобы кто-то тебя выслушал. С этого момента мы будем встречаться раз в неделю. Как тебе это? – сказала женщина со светлыми волосами и темно-зелеными глазами маленькому мальчику, который сидел с другой стороны стола. Он ничего не сказал ей в ответ. Ребенок смотрел на пол с пустым, холодным, но все-таки каким-то грустным выражением лица. Это был очень маленький ребенок, примерно ста пяти сантиметров в росте. У него были светло-коричневые волосы, очень бледная кожа, красноватые глаза и румяные щеки, что было странно, учитывая остальной его вид. – Так, Ч-Чара? Так звучит твое имя? – она произнесла «ч» как в слове «черешня»*. Джессика Паркер была единственным психологом в этой небольшой деревеньке. В качестве врача она пользовалась достаточно хорошей репутацией и слыла профессионалом, но мальчик не изменил выражения своего лица и продолжал молчать. Не похоже было, что он вообще её слушал, словно находился где-то далеко, в своем собственном мире. Джессика начала волноваться, будучи неуверенной, как разговорить своего маленького пациента. – Чара, скажи, пожалуйста, сколько тебе лет? Мне нужно заполнить твою карточку, – Чара посмотрел на нее, не меняя положения головы и выражения лица. Это выглядело бы жутко, будь он старше. – Пожалуйста, мне необходимо записывать информацию о моих пациентах, – Чара показал ей четыре пальца в ответ. – О, очень хороший возраст! Тебе еще много предстоит узнать. Что ты любишь делать? – спросила она с широкой улыбкой, надеясь, что это послужит ребенку мотивацией. Чара снова посмотрел на пол. Джессика начала сомневаться, что он вообще умел говорить. Но и сдаваться она не собиралась. – У меня идея, давай что-нибудь нарисуем! – психолог взяла футляр с карандашами и несколько пустых листков бумаги из ящика в шкафу и разложила все на столе. Футляр был полон различных карандашей, маркеров, мелков и других принадлежностей для рисования. Джессика взяла листок и начала рисовать. – Вот! – она показала Чаре свой рисунок. Это было милое изображение львиного семейства. У Джессики всегда получалось хорошо рисовать. – А теперь твоя очередь! – сказала она, все еще улыбаясь. Чара медленно взял листок и неуклюже схватил карандаши. Некоторые выпали из его руки. Он терпеливо поднял их и начал рисовать. Пару раз он менял руки, что поразило Джессику. – Вау! Так ты амбидекстр! – Чара непонимающе посмотрел на нее. Конечно же, четырехлетний ребенок не мог знать значение слова «амбидекстр», это было бы странно. – Это значит, что ты можешь использовать обе руки, чтобы писать и рисовать, – объяснила Джессика. Чара посмотрел на нее, как бы говоря: «А что в этом такого особенного?». Он понятия не имел, что у других людей нет такого таланта. Через семь минут он закончил. Мальчик протянул рисунок Джессике. Её выражение лица резко изменилось, как только она взглянула на картинку. Её яркая улыбка пропала, стоило ей посмотреть на изображение высокого мужчины-шатена с окровавленным кухонным ножом в руке. Он был повернут к тому, кто смотрел на рисунок. Позади него лежала светловолосая женщина, вся покрытая кровью и, похоже, уже мертвая. Под этим рисунком был еще один, на том же листочке. Это был все тот же мужчина, но ближе. Он улыбался. Немного он был похож на Чару. Такой же бледный, с такими же волосами, как у мальчика. Картинка была нарисована очень хорошо, учитывая то, что художнику было всего лишь четыре года. Джессика быстро поняла, кто был этот мужчина на рисунке её пациента. Именно он был причиной, почему Чаре понадобилась консультация психолога.