Дело не в эмоциях

Иногда Эзреалю казалось, что он жил ради этого момента. Сокрушая вражеский нексус, уже ощущая волнения и радость сокомандников, слыша победный выкрик замечательной девушки рядом – именно тогда он больше всего радовался. Ради этого момента старался и даже порой шел на определенные жертвы и уступки перед самим собой. Но сейчас он просто радовался, а сердце в груди громко колотилось. Снова победа! Эзреаль опасался, что на нем неминуемо скажется результат все более частых боев. Теперь сражаться его призывали почти ежедневно, и, вероятно, в этом крылась причина его измотанного подавленного состояния, в котором он все чаще возвращался домой. Сейчас Эзреаль уже приноровился работать с новой напарницей. У Люкс все получалось отлично, и бой шел как по маслу. А еще фанаты! Наконец признали очевидное, наконец заметили и сделали должные выводы! Тут явно налицо повод порадоваться. Трудно быть публичным человеком. А еще труднее – человеком, о котором так и норовят пустить нехорошие слушки. Для этого Эзреалю просто необходимо было обзавестись постоянной напарницей. И никаких мужчин больше рядом! Стоило вспомнить, откуда эти слухи вообще поплыли, как его подавляло смущение. Он усердно мотал головой, ерзал на стуле и снова поворачивался к необычайно разговорчивой сегодня Люксанне. Девушка довольно потягивала через соломинку молочный коктейль, улыбалась и являла собой просто идеал невинного женского очарования. Она такая с той самой поры, как он предложил ей работать в команде. Сперва удивилась, но радостно кивнула, поддержала, и с тех пор все изменилось. Эзреаль всячески ее поощрял, приглашал в Пилтовер и проводил для нее экскурсии по самым людным местам – пусть все смотрят, он совсем не против, он только рад. Они теперь часто гуляли вместе и всегда сидели после боев на арене в этом кафе за одним столиком. Сюда часто заглядывали чемпионы Лиги Легенд, а вместе с ними и эти доставучие ребята, что потом кропают свои газетки-журнальчики с мерзкими статейками. Впрочем, стоило признать, что его усилиями в последнее время они время они бывали и вполне сносными. Пока Люкс рассказывала о новом разученном заклинании, Эз с опаской потянул на себя одну такую газетку, как раз лежавшую на столике. В последнее время он много сражался, там наверняка что-то есть и о нем! И верно – искомое обнаружилось уже на второй странице. - «Светловолосая команда магов покоряет публику», - прочитал он название, а затем задумчиво озвучил лид: - юная леди Краунгард, кажется, готова выпорхнуть из гнездышка грозного старшего брата, присоединившись к вольному исследователю, и не зря – сложившаяся наконец пара успешно задает трепку противостоящим командам. И на фото – две довольные и очень милые моськи с лыбами во все 32. Эз отлично помнил тот день. Он тогда усердно позировал фотографу, а Люкс… Люкс просто оставалась собой. В костюме волшебницы, с немного растрепанными волосами и смятой шляпой в руках. «Статья даже не обо мне, а о ней», - признал юноша. Кажется, мерзенькие слухи о его ориентации уже отошли в прошлое, а немалые старания наконец увенчались успехом. Его больше не считают личным мальчиком Тарика, не отпускают пошлых шуточек каждый раз, когда они работают вместе, а любое нахождение в обществе друг друга (даже дружеское попивание пива за одним столиком в этом же кафе!) не зовут свиданием. У самоцветного рыцаря тоже новые союзники: он то с Зайрой, то с Леоной, то еще с кем. Глядишь, так и девушку себе найдет… Стало вдруг как-то тоскливо и тяжело на душе. Не то, чтобы он скучал… хотя с Тариком они не виделись уже… а сколько? Пару месяцев? Нет, примерно столько они не сражались в команде парой, не общались тесно вне арены, а стоять друг против друга даже пару раз доводилось. Даже на одной линии. Но это ведь работа, совсем другое. А сейчас он и вовсе ушел. Все-таки с ним было иначе. Как ни крути, Тарик – отличный союзник. Как поддержка активного стрелка хороши и другие чемпионы, но Тарик все равно другой. Это как стоять за самой настоящий каменной стеной – увы, кроме такого банального сравнения ничего на ум не приходило. Даже когда Эзреаль был тяжело ранен, рыцарь исцелял его и еще умудрялся навалять противнику «за то, что тронул его мальчика». Он же иногда и на руках своего напарника после такого таскал. И лапал исправно. А публика потом придумывала очередную романтическую лабудень, ибо Тарик любил давать им повод… Зато сейчас слухи закончились. Сперва Эзреаль заявил о смене партнера после того, как к нему в очередной раз пристали с расспросами надоедливые репортеры, а Тарик начал работать с другими. Что-то у него, видимо, все же не очень получалось, ибо количество побед с Эзреалем все-таки превосходило. Ну а сейчас рыцарь и вовсе исчез, и никто не знал, когда он вернется. Тарик наверняка хотел стать лучше, хотел потренироваться и отточить навыки. Разумеется, после его возвращения они еще поговорят, Эзреаль его поздравит как бывшего коллегу. Только очень, очень осторожно и официально. И не позволит никаких вольностей… хотя вполне возможно, что Тарик их больше никогда и не допустит. Возможно, ему это теперь и не интересно. - У тебя уже чай остыл, - мягко напомнила Люкс, а затем снова улыбнулась, встретив слегка удивленный взгляд напарника, - что там такое пишут? - Тебя хвалят, - он передал девушке газету, - заявляют, что мне слишком повезло с талантливой волшебницей! Она хихикнула, прикрыв ладошкой рот, и даже залилась краской. Она так легко пунцовела в его компании, но быстро отходила. Пока они – близкие друзья с редкими и часто смущающими обоих намеками. Просто Эзреаль не хочет торопиться. Но сегодня, возможно, когда проводит ее… Внимание его привлек негромкий шумок за соседним столом. Там собралась за пивом женская компания из Кейтлин, Вай и Ари. Две землячки активно что-то обсуждали, а Ари с улыбкой водила пальчиком по стеклу своего бокала с видом полнейшего и довольного превосходства. - А еще у него длинные волосы, - проговорила девятихвостая лисица, - очень красивые, любая девушка позавидует. Ну да это и на фото видно, только вживую они сильнее блестят и кажутся очень мягкими. Так и хочется запустить пятерню! Ее, похоже, слушали вполуха. - Официально он пока не вернулся, написано, что на арену выйдет лишь через два дня, - добавила Кейтлин, демонстрируя напарнице газету. - Значит, в самом деле сильно изменился? – нахмурилась Вай, и Ари откинулась на спинку стула. - Он теперь кажется красивее, но выглядит более странно, непривычно. Мне все же такие мужчины не нравятся! У Эзреаля невольно засосало под ложечкой. О ком они говорят? Подозрения уже закрались, но он все равно не был уверен, что не ошибся. - На фото он не так уж и похож на себя, - продолжала Кейтлин, - действительно, здорово изменился. Это уже совершенно другой Тарик. Эзреаль шумно вдохнул и вытянулся вдруг, как по струнке. Так, значит, он вернулся… в самом деле, уже скоро они увидятся… и они говорят, что рыцарь изменился? Интересно, в чем же и насколько… - Ты снова меня не слушаешь, - с легкой печалью констатировала его спутница. И стало стыдно за свое поведение, за ее тяжелый вздох. Он развернулся к девушке, заулыбался, откусил огромный кусок круассана, который все никак не мог доесть, и запил остатками чая. - Прости, Люкс. - Ты все-таки устаешь, - она участливо склонила набок голову, - мы слишком часто сражаемся. - С тобой ведь все в порядке! - Я привыкла к дисциплине, - пожала она плечами, - ты же всегда отправлялся на исследования, когда тебе этого самому было нужно. Тут она права. Однако не хотелось чувствовать себя слабее девушки, и он тряхнул головой. - А, просто высплюсь сегодня. Завтра ведь у нас снова бой? - Они у нас теперь каждый день. - Угу. На их столик опустилась газета. Поверх нее легла маленькая женская ручка с опасными острыми коготками. - Вот, думаю, тебе тоже будет интересно, - заявила Ари с соблазнительной улыбкой, отступая. Эзреаль уже успел заметить фото на половину страницы. Статное такое. - Ты… о Тарике? – обернулся к ней удивленный парень. - Ну разумеется. Или тебя он больше не волнует? Похоже на провокацию. Эзреаль быстро соображал, что бы ответить. Если скажет, что не волнует, это будет походить на ссору двух влюбленных с показательным игнорированием. А если заинтересуется? К каким выводам она придет в таком случае? - Тарик! – всплеснула ручками Люксанна. – Это ведь бывший партнер Эзреаля. Конечно, ему интересно. Парень сперва обмер, а потом понял, что очень, очень ей благодарен. Он согласно кивнул, улыбнулся Ари и наконец взял в руки газету. - Точно, мне интересно. Я его обязательно поздравлю… Осекся он буквально на полуслове. Стоило повнимательнее рассмотреть фото, как внутри что-то шевельнулось. Он… зачем он так… лицо так и светилось возведенной в куб холеной мужественностью и надежностью, волосы в самом деле стали длиннее, а его одежда! Теперь величественный доспех открывал широкую обнаженную грудь, и хоть фотограф явно поймал мужчину не в момент позирования, от фото так и несло силой и мощью. Как-то внезапно перехватило дыхание. - Неплохо, - отозвался он максимально ровно и отложил в сторону газету. Если бросится вот так сразу читать статью, это тоже будет подозрительно. - Да, очень даже неплохо! – поддержала Люкс. – Он теперь выглядит таким сильным! И красивым! Ты так не считаешь? Эзреаль хмуро на нее посмотрел. Разве не понимает? Разве она ничего не слышала? Это ведь невозможно. Слухи о нем и Тарике в одно время были очень популярны. Только Люксанна ни разу на эту тему с ним не заговаривала и в целом вела себя так, словно ничего не знает. - Он и раньше выглядел привлекательно, - тихо проговорил Эзреаль. Люкс умолкла и понимающе улыбнулась. Когда возвращались домой, стало вдруг грустно. Его и без того в последнее время все чаще одолевала странная печаль, которую, если внимательно в ее суть всмотреться, можно было назвать очень, очень неприглядным словом. Не то, чтобы Эзреаль скучал. Хотя ему не хватало Тарика. Не хватало надежного плеча на поле боя, не хватало дружеского теплого тычка в бок, если настроение вдруг становилось неладным, не хватало доверительных бесед вечерами в комнате, когда никто больше их не слышал. Не хватало чувства защищенности, за которое было стыдно – сам же мужчина, а ведь ему была приятна эта постоянная забота. Он не кривил душой, когда утверждал, что с Люкс на линии и вообще в компании хорошо. Но с ней иначе. И он к этому пока достаточно не привык. И не то, чтобы парень хотел вернуть прошлое. Он ведь сам так решил. Ему не нравилась его слава, он стал раздражительным и все чаще срывался на партнере. А потом пришла Люкс – его спасение и его новая поддержка. Тарик его решение принял, согласился, стал играть хуже, а потом ушел, значит, нынешний он уже не нуждается в своенравном и вечно недовольном приставаниями стрелке. Эзреаль немного растерялся при прощании. Сегодня он хотел поцеловать ее. Сегодня собирался решиться и наконец сделать первый шаг. Люксанна ведь наверняка не будет против. И у него пути назад тогда не останется. Наконец-то девушка, по-настоящему, как он всегда мечтал… - Спасибо за компанию и продуктивный бой! – Люкс мило улыбнулась и махнула парню рукой. Эзреаль неловко улыбнулся в ответ, приобнял ее, но дальше так и не рискнул двинуться. Возможно, боялся, что потеряет ее, если позволит себе больше. Хотя парень всегда считал, что страх ему не свойственен. И все же… «Мне ведь некуда торопиться», - пришел он к выводу. К этому выводу он приходил уже не первый день. Это с Тариком все произошло быстро и даже как-то естественно, словно само по себе. Он просто делал, а Эзреаль, хоть и возражал, но совсем недолго. Как-то и не хотелось… Неладное он заподозрил еще на пороге. Тут валялся крохотный алый лепесток – одиноко так лежал себе на ступеньке. Можно было даже подумать, что его принес ветер. Эзреаль нахмурился, шагнул к двери и осторожно дернул ручку. Заперто. Уже хорошо. Он располагал небольшой резиденцией с двумя этажами, пользовался далеко не всеми комнатами и домой приходил только выспаться и иногда поесть. В остальном же или сражался на арене, или путешествовал, или отправлялся на очередную вылазку в дикие земли. «Вот что мне нужно, - пронеслось вдруг в голове, - уехать в экспедицию. И взять с собой Люкс». Второй звоночек ожидал его уже в доме – едва парень вошел, как уловил тонкий нежный аромат, которого здесь точно быть не должно было. Он растеряно застыл, осматриваясь по сторонам и пытаясь определить его принадлежность. Еще больше он удивился, когда увидел россыпь лепестков. Алые и белые, равномерно смешанные и щедро разбросанные, они пестрой дорожкой уводили к лестнице на второй этаж. Сердце подскочило в груди, вызвав смешанные ощущение, но в их числе пока явно лидировало возмущение – в его дом проникли и устроили здесь без его согласия непонятно что! На всякий случай стрелок сжал кулак с магическим амулетом. Он еще как способен задать жару внезапному незваному гостю. Исполненный решительности, Эзреаль понесся к комнате, куда вел цветочный след. Сердце колотилось так сильно, что он ощущал пульс даже в ушах. И все равно оказался не готов к увиденному. Он остановился в двери, ошарашено хлопая глазами, хотя только что был исполнен решительности действовать и даже пустить в дело оружие. Комната тоже вся была усыпана лепестками. Здесь же в нескольких вазах стояли розы – это их нежный аромат улавливался еще в холле. Постель (а комната, разумеется, оказалась спальней) была застелена алым шелком, на прикроватном столике стояло ведерко с несколькими бутылками шампанского и блюдо с фруктами. Такое ему мог устроить только один человек. И он как ни в чем не бывало сидел на кровати, одетый всего лишь в легкий темно-синий халат, ничуть не скрывавший мужественности его фигуры, предусмотрительно распахнутый до середины груди. Удивительно домашний, словно ничего и не случилось, словно еще этим утром он прижимал к своей мощной груди на все согласного в постели с ним мальчишку. Эзреаль обомлел под внимательным и чуть печальным взглядом. - Тарик… - выдохнул он почти растеряно, но тут же к его голосу вернулась решительность, - какого дьявола?! - Проходи, - совершенно спокойно отозвался мужчина и отсалютировал ему бокалом шампанского, который держал в руках. - Что ты устроил у меня в доме?! - Это лишь теплое приветствие, мой друг, ведь мы давно не виделись. - И что?! Как ты сюда проник?! - У меня ведь все еще оставались ключи. Ты у меня их так и не забрал. Эз умолк. Ключи… он и забыл о них. А ведь заканчивая отношения, надо было потребовать у Тарика лишнюю пару. Но в тот момент это казалось чем-то неправильным, словно бы дополнительным оскорблением, способным его задеть. А потом забылось. - Ты оставил столько мелочей. Ключи – это далеко не все. У тебя успешный дуэт с Люксанной, и тебе нравятся слухи, что о вас ходят, но ты не спешишь завести с ней отношения по-настоящему. Ты все еще оставлял себе возможность вернуться. От его слов все в груди застыло и похолодело. Они открывали очень нелицеприятную картину. - Ты ошибаешься! - Мы все можем ошибаться. Я в том числе. И ты. В тот или иной момент. Потому я здесь. - Что? Тарик поднялся на ноги, подошел ближе, вручил Эзреалю пустой бокал. В руках его уже была бутылка шампанского. - Мы давно не виделись. Давай выпьем? Как в старые добрые времена. От этих слов стало... грустно? Даже обида и злость куда-то делась. Он не раз размышлял, какой может быть их встреча после его возвращения, но картинка хоть и была каждый раз новой, но никогда не походила на нынешнюю. Это должно было быть теплое дружеское приветствие, а вовсе не копание в прошлом. Тем более не такое неожиданно болезненное. На несколько секунд парень просто засмотрелся на своего внезапного гостя. Впитывал глазами произошедшие перемены, сравнивал, анализировал. Тарик умудрился стать еще мужественнее, опаснее и величественнее. И при этом да, красивее. И как-то благороднее, если это возможно. Даже домашний халат не портил впечатление. Чем бы он там ни занимался, явно не терял время даром. Такой внешностью можно гордиться… что он, впрочем, и делает всегда. Эзреаль позволил пенящемуся напитку заструиться в свой бокал. - Ты ни капли не рад меня видеть? - мягко спросил рыцарь, пригубив свой. - Я собирался тебя поздравить. Мы бы обязательно встретились, я бы сказал, что рад твоему возвращению на арену. Ну… ты знаешь. - Можешь сейчас это сказать. - Я и говорю! Ты... прекрасно выглядишь. Стало очень неловко, и Эзреаль отвел взгляд. Он страшно не любил это чувство, и как назло, оно овладевало им только в обществе Тарика. Если с Люкс он всегда ощущал себя мужчиной, то рядом с Тариком был всего лишь неопытным мальчишкой. Рыцарь с ненавязчивым самодовольством провел рукой по длинным волосам, в самом деле теперь очень красивым и блестящим. - Я знаю. Но мне приятно, что ты это отметил. И снова все вышло совсем не так, как должно было. Эзреаль устало опустил голову. Он за это и не любил его общество, потому от него и бежал. И дело даже не в том, что рядом с Тариком все выглядело иначе и иным и становилось. Просто Эз в такие моменты сам не имел ничего против. Затем ему и нужно было отгородиться сотнями причин и даже использовать близких ему людей. Как это было с Люкс. - Запутался, мой мальчик? А вот за это он Тарика ненавидел. Залпом осушил бокал, поставил его на столик и развернулся к окну. - Нет. Мы уже говорили. Я принял решение и считаю, что ты должен его уважать. На плечи опустились тяжелые руки. Его всегда удивляло, какими же нежными и бережными они могут быть. - Я его уважаю, не стоит плохо обо мне думать из-за моего поведения. Это лишь была последняя попытка. Если ты уверен, что не хочешь ничего менять, я уйду. - После того, что ты мне тут устроил?! Взрослый, самостоятельный мужчина, ага. Особенно когда так истерично кричит. Теперь Эзреаль злился на себя. - Считай, я забегал занести тебе ключи и угостить шампанским в честь моего возвращения. Принести цветы. Ты ведь знаешь, как мне нравилось тебе их дарить. - Ты еще меня цветочком называл, - вспомнил Эзреаль, не поворачиваясь. Прозвучало обижено, а в горле появился мерзкий комок. И только руки на плечах удивительно успокаивали. Когда Тарик их убрал, в момент стало пусто и холодно. Парень поморщился. Он хотел как проще, но теперь понял вдруг, как много в его поведении было опрометчиво и наиграно. И сейчас, когда Тарик был рядом, когда ему представилась возможность окончательно разорвать их связь, Эз колебался. Потому что уже знал, каково это – без него. Даже вспомнилась сегодняшняя тоска по дороге домой. - Больше не стану, если тебе этого не хочется. Мне нравится делать тебе приятное и ухаживать за тобой, но я никогда не опущусь до насилия. - Да ну, - насуплено пробормотал он, - на арене вон как опускался. - Разве пару раз потрогать и поцеловать того, кто не имеет ничего против подобных игр – это насилие? Ты возмущался и сопротивлялся, но когда мы приходили домой, все мне позволял. От воспоминания заколотилось сердце. Не может он пока хладнокровно о таком думать. А когда вот так смотрит на его руки, невольно вспоминается, что они могли выделывать с его телом. - Ты всегда был порывистым и импульсивным, - заговорил Тарик, отставив и свой бокал, - это касается не только боя, но и твоей жизни. Быстро принимал решения и порой о них жалел. Именно поэтому тебе нужно было время. - Сейчас не тот случай. Молчание длилось очень долго. «Ага, а еще я бываю упертым временами», - договорил парень себе в уме голосом Тарика. - Жаль, - прозвучало ровное, холодное, как камень, - однако я должен был спустя время в этом убедиться. Эзреаля и самого окатило морозом, неприятным, чужим. Он обхватил себя руками, сжался, а потом все же обернулся, понял вдруг, что надо сказать – хоть что-то, хоть наврать, только развеять атмосферу, которая так ему не нравилась, которая пугала его своей незнакомостью. Уже было поздно. Тарик покинул его спальню. Остались цветы, куча сладко пахнущих лепестков, шампанское и шелковое белье на постели. Глупости и дурачество, которые должны были его раздражать, как обычно. Сейчас они вызывали грусть и ощущение пустоты. Он же не скучал по ним… вон, Люкс до таких пошлостей никогда бы не опустилась. Эзреаль налил себе еще спиртного, сорвал с кровати шелк и закутался в одеяло. Он совсем не так себе все представлял. Ему было больно и обидно. А Тарик… он действительно совершил то, в отсутствие чего его так часто обвиняли. Прислушался, сделал именно так, как его попросили. Эзреаль впервые всерьез задумался, а не совершил ли ошибку. Как назло, через день ему вместе с Люкс довелось сражаться с Тариком. Они уже говорили с девушкой, она отметила, как ее напарник удручен и верно предположила причину его состояния. Она умная, сообразительная и прекрасно его понимает. Но стоило ему вернуться на арену, как опробовать на себе силу усовершенствованного чемпиона пришлось первым именно Эзреалю. Но это значило и наносить ему урон самому. Рядом с Тариком находилась Зайра, и именно в нее метил Эзреаль, в отличие от весьма сегодня активной Люкс. Когда магический луч света нанес великолепному Щиту Валорана серьезную рану, Эзреаль вдруг понял, за кого в действительности переживает. Одновременно с этим парень наблюдал за случившимися переменами. Тарик стал лучше не только внешне. Он превосходно защищал свою напарницу, и сражаться против него было очень трудно. И обидно. Все же Тарик очень хорош. Так легко сочетать в себе силу и красоту, надежность и изящество… Зайра не особенно на него полагалась, однако было заметно, что ей очень помогают. Пару раз, когда магические стрелы или обжигающий свет едва не убивали ее, Тарик успевал как раз вовремя, ухитряясь ее исцелить и принять удар на себя. В такие моменты Эзреаль злился, особенно когда замечал это невозмутимое выражение лица. После их разрыва им уже доводилось сражаться в командах противника, но тогда оба избегали прямых столкновений. Тарик бегал от одного чемпиона к другому, исцеляя их, бил миньонов, он тогда, кажется, даже ни разу не ранил Эзреаля, не говоря об убийстве. Это потому что он тогда еще надеялся? А теперь уже все? Получив очередную рану, Эзреаль понял, что просто засмотрелся, банально залюбовался бывшим союзником. Теперь, казалось, даже голубые камни на его доспехах сияли ярче, ослепляя своим светом… - Эзреаль! – вскрикнула Люкс, но успела оттолкнуть зазевавшегося паренька, когда залп вырвавшихся из-под земли шипастых лиан едва не сшиб его. – Да что с тобой?! Перед глазами все еще стояло это безразличное лицо. И плечо сильно болело. Куртка уже пропиталась кровью. - Надо сражаться, - выговорил он наконец, поднялся на ноги и, оставив девушку позади, понесся к вражеской башне. Зайра весьма удачно отошла на базу, истратив остатки маны. Тарик дожидался ее, поигрывая в руке топором. Уверенный в своей неподступности, силе и неотразимости, опасный, черт возьми… - Тарик! – позвал он. Собственный вопль удивил и его самого. Что уж говорить о бывшем союзнике. Но он быстро вернул себе хладнокровие. - Если приблизишься, тебе придется атаковать меня под вражеской башней, - ровно напомнил ему тот. - Да ну тебя к дьяволу! Давай поговорим! - Поле боя – не место для бесед, ты прекрасно это знаешь, вольный исследователь. Здесь проходят сражения, и ты можешь испытать на себе силу моих самоцветов. Эзреаль застыл между вереницей миньонов и вражеской башней. Как же сильно хлестали эмоции – к этому он оказался совершенно не готов. Но ведь все это в самом деле неправильно! И то, что происходит, и то, что ему сейчас говорит Тарик… он! И ему! В голове до сих пор не укладывалось, как это Тарик может настолько хладнокровно против него сражаться. Как он вообще так может, он же его защищал и оберегал… В парне боролись два противоречивых чувства: то, что он должен был делать, и то, что хотелось. Только вот опасность положения от этого не становилась меньшей. В голове вдруг появилась внезапная идея. - Идем в лес! – позвал Эзреаль. – Ну же, давай, попробуй меня догнать! И он свернул в ближайшие кусты, понесся подальше от башен, миньонов, только сперва предусмотрительно убедился, что его противник покинул свой пост и отправился следом. «Прям какие-то догонялки, - недовольно подумалось ему, а когда ветка задела раненое плечо, болезненно поморщился, - и с садистскими играми в духе, скорее, Владимира, чем Тарика!» Парень остановился под деревом, прислонившись спиной к шершавой коре и пытаясь отдышаться. На пару секунд закрыл глаза, постарался унять колотящееся сердце. Здесь, среди деревьев, подальше от смертоносных башен, появлялось обманчивое чувство безопасности и нейтральности. Но когда пришел в себя, было уже поздно. Магия камней обездвижила его, в ушах противно зазвенело, и Эзреаль зажмурился, а когда действие заклинания закончилось, Тарик уже стоял перед ним, все такой же серьезный, с огромным топором наперевес. - Вот ты и добегался, цветочек. Парень вздрогнул, но даже не попытался убежать. А ведь мог! Наверное, подействовало это ласковое имя. Может быть, дело в сочетании его с опасностью, непривычностью ситуации и тем, что ему было так чертовски обидно и больно. Или же эти игры ему в самом деле пришлись по душе… а может, напротив, надоели. Однако Эзреаль, больше ни секунды не размышляя, отчаянно кинулся к мужчине, обхватил его обеими руками за плечи, вжался в крепкое тело и припал к его губам. Поцелуй вышел торопливым, грубым, но чертовски искренним. И… его не оттолкнули. Не обняли в ответ, но хотя бы не постарались убить, пока он так удобно прижимается и не думает использовать оружие. Это вселяло надежду… Ровно до того момента, как его взяли за плечи и мягко отстранили. - Я считал, что такие методы в арсенале одной лишь Ари. Щеки моментально вспыхнули – и от смущения, и от возмущения. - Это… это другое… - Я не вижу разницы. Стало чертовски обидно и стыдно за свое поведение. Захотелось врезать, отметелить его и за эти слова, и за холодность, и одновременно за все, что он с ним сделал. И продолжает делать. Однако вместо этого он сжал кулаки и постарался успокоиться. - Нам нужно обсудить кое-что. Ты говорил о моей импульсивности и горячечности, - напомнил Эзреаль, - так вот, насчет того, что случилось в моем доме. Я все-таки подумал и решил, что был в чем-то не прав. - Мне кажется, ты путаешь импульсивность с эмоциями, - отозвался Тарик. - Нет! Я также понял, что не смогу… и сражаться против тебя я не могу, и вот так видеть после всего… это неправильно! Когда шероховатая ладонь коснулась его щеки, парень так и дернулся, с надеждой всматриваясь в суровое и немного печальное лицо. - Я же говорил, - Тарик мягко провел пальцами по его коже, и на миг показалось, что ему сейчас вернут поцелуй, но мужчина так же мягко отстранился, - это только эмоции. Ты передумаешь, даже если сейчас искренен. - Нет! Я бы и тогда, в комнате, ответил иначе, но не успел. А ты ушел слишком быстро! Ты бы знал, как мне потом было плохо! Парень ткнулся лбом в его грудь, понимая, что сказать больше нечего. Но он и так сказал много! Это все из отчаяния! - Ну хочешь… давай я приду к тебе домой, обсыплю все цветами и оденусь… блин… в костюм, что ли… - В костюм зайчика. - Что?! Эзреаль поднял голову, уставился на все такое же беспристрастное лицо. На его макушку легла осторожная ладонь, потрепала светлые волосы, даже не задев привычные очки. - В костюм зайчика, - повторил он, - купальник, чулки, воротничок, пушистый хвостик сзади и длинные белые уши. Если ты сможешь это вытерпеть, а не поддашься эмоциям, как обычно… - Э-э-э… - он растерялся и не сразу нашел что ответить. Не верилось, что он всерьез. Не нынешний он. Не после того, что наговорил и сделал. А сердце в груди все так же колотилось. Тогда Тарик притянул его к себе, обнял, склонился над уже загоревшимся ухом. - А чулки я тебе выберу сам. Мне ведь их потом снимать. Или ты против? Эзреаль схватился обеими руками за его одежду, плечи, талию – за что попало, лишь бы удержать. - Нет! Не против. То есть, я… Договорить уже не успел, его губы осторожно накрыли. Теплые, настойчивые, одновременно такие мягкие и жесткие. И такие знакомые. Он в самом деле выбрал идеальное укромное местечко, где никто не мог увидеть лишнего. - А-а-а-а, черт, они снова! Снова это сделали! – возмутился Эзреаль, и на пол полетел свеженький номер желтой газетенки, как обычно, смаковавшей подробности личной жизни героев Лиги Легенд. В этот раз они превзошли себя. На первой полосе красовалась фотография, где Эзреаль держит Тарика за руку и выводит из леса. Щеки румяные, губы припухли. Платок на шее сбит. А ведь они тогда были противниками! «Возвращение Тарика, Щита Валорана, не прошло незамеченным – перед ним не устоял даже вражеский лучник, Эзреаль. Хоть ему уже и пророчили счастливое будущее с очаровательной демасийской волшебницей, старая любовь, судя по всему, вспыхнула ярче, нежели сияние ее чистого света». Далее в подробностях описывались отчаянные попытки Эзреаля докричаться до бывшего любовника и вполне успешная попытка затянуть Тарика в лес, где никто их не увидит. И это фото через несколько минут, где они держатся за руки! Ну разумеется, за ними внимательно и зорко следили! Из-за соседнего столика ему мило помахала когтистой ручкой Ари. Эзреаль уронил голову на стол, но его тут же ласково потрепали по волосам. - Ну-ну, не стоит обращать на подобное внимание. Эзреаль недовольно что-то буркнул. Конечно, сам же с удовольствием позировал фотографам и так, и эдак в день своего возвращения! А уж развитию темы с Эзреалем он наверняка даже рад! Его самолюбие тешит любое упоминание в прессе. Ох уж эти замашки бывшего аристократа… - Да теперь же о нас опять только писать и будут! - А ты хотел держать наши отношения в секрете от общественности? Эзреаль промолчал. Конечно, это невозможно. После сегодняшнего наверняка тоже появится еще десяток статей с провокационным содержанием. Люкс все поняла, сама обо всем догадалась и даже не возражала. Они с Тариком снова играли в одной команде. И это еще не все! Когда Эзреаль успешно совершил квадракилл на своей линии, Тарик притянул его к себе и смачно впился в губы. От прилива эмоций парень не только ответил, но и сам на нем повис, обхватив за шею, потерся грудью и бедрами о такое твердое и знакомое тело. Это длилось всего с полминуты, но наверняка камеры все запечатлели. Ой как журналисты обрадуются… - Я знаю, это невозможно, - вздохнул он. И привалился к плечу нового-старого союзника. Все равно терять больше нечего. А так хоть приятно и поддержка ощущается. И верно – его тут же обхватила твердая, едва ли не каменная рука. - Если тебя это так задевает, я лично поговорю с журналистами, - заявил вдруг Тарик. - Не надо, - тут же отреагировал Эзреаль, подняв на него глаза. И представил себе, как вооруженный самоцветным топорищем Тарик разносит в клочья редакцию. За честь его мальчика. А ведь может же. В последнее время понятие «защищать» стало носить для него совершенно особый смысл. - Спасибо, - добавил он чуть тише.