Shooting stars

— Джексон, ты здесь не один принимаешь решения! — Марк покраснел от злости. — Мы ведь тоже имеем свои мнения, — встрял и оборзел в конец младший. — Вот именно! — поддержал второй — Прекратите спорить, ребята, — пытаясь заглушить потоки, говорил Ван. — Послушайте, нет, ну вы послушайте меня, — сквозь голоса кричал Бэм, совершенно игнорируя капитана. На корабле этот спор не затихал до тех пор, пока Джебом не смог убедить упрямого капитана, что необязательно выходить с площадки и воевать с чудовищем на его территории. Пилот предложил безумный компромисс, где все остаются на корабле и сражаются тоже с его помощью. Всё-таки именно Джейби Ван слушался, он был едигственным человеком, кто мог еще вразумить его. — Мы команда, Джексон, не забывай этого, — жесткий голос старшего и кивающие головы младших осадили немного капитана. — Мы либо вместе, либо никак. Ван оглядел ребят тяжелым взглядом, и лишь молча кивнул словам Джейби. На борту была идеальная тишина, что оседала тяжким грузом на плечи. Каждый был занят проверкой материала, пересчётами возможностями корабля на данный момент. Рядом с Джексоном сел Джинён. — Иногда, чтобы осознать мгновенье, уходит целая жизнь, — он протягивает бутылку воды ему. — Кто тебе так сказал? — Джексон с хрустом открыл крышку и жадно припал к воде. — Так говорил Клод Моне, — умно заключил Пак. Ван коротко хмыкнул и, скомкав пластикувую бутылку в руках, бросил её прямиком в ближайшую урну. — Еще бы, ведь художники так хорошо понимали космонавтов, — саркастически заключил капитан. — Бедняги только забыли учесть, что в космосе понятие «мгновение» и «время» имеют некий иной характер, — парни рассмеялись доброй шутке. — В этом космосе никогда не поймешь, идет время вперед, назад или же просто стоит, Джексон резко встал и направился к стратегическому столу. Джинён вспоминает, что когда-то Марк ему говорил что-то похожее. Все собрались вокруг построенного Бэмом наброском того существа планеты «Солар». — Оно состоит из какой-то желеообразной консистенции. Думаю, что все огненные орудия будут потухать внутри ее лоно, поэтому если и пускать их в ход, то на полном горящем огне, — Бэм безнадежно выдохнул, но всё же дополнил. — Эти зоны возможно самые уязвимые. Он нарисовал небольшие кружки возле оснований щупалец. — Сколько мы можем продержаться в бою? — Ван оперся руками об края стола. — В среднем около 20 минут, капитан— Югем активно перечеркивал и снова вписывал данные ружья в план. Иен безысходно прикрыл веки. Каждый здесь понимал, что двадцать минут совсе ничто. И уж тем более против той большой живой штуки. — А если в максимальном? — Джексон смотрел в нарисованный макет чудища, как на живого. — Небольше 40 минут, хён, — Югём отложил оклад в сторону. Командный дух заметно упал. — И как же мы за эти жалкие минуты одолеем эту тварь? Капитан зло ударил по столу, напугав всех, лишь только Иен осторожно положил ему руку на плечо. Ёндже, только что подойдя, недовольно подошел к ребятам и добил их еще одной неприятной новостью; — Я еще раз связался со штабом. Папаня отговаривал главных и учредителей от этой затеи, но они все равно были против, — Чхве виновато почесал затылок, пряча взгляд от ребят. — Как я и думал, будем тогда исполнять, — серьезно заключил Джебом. Пилот смотрел на каждого и почему-то неуместно вспомнил, какими болрыми и полными сил детьми они были. Джейби помнил, как они ночью в шестером лежали на зеленой траве любимой планеты и разглядывали яркие звёзды под звук шумных сверчков. Тогда космос был для них запредельной мечтой, а сейчас стал частью их жизни. Ван напряженно сидел, пока не почувствовал прикосновение прохладных рук на висках. Казалось, Марк был его панацеей, любая боль уходила от него прочь рядом с этим пареньком. Нежно взяв одну ладонь в руку, он поднес ее к губам и с чувственностью поцеловал. — Джекс... Иен плыл от его действий, слов, он плавился в его руках. Это было приятно и страшно одновременно. Мысль, что Ван может покинуть его, заставляла Иена сходить с ума. — Все будет хорошо, верь мне, — Марк кивнул его словам, ему так хотелось верить. — Всем быть готовыми! — под команду Джейби весь экипаж занял свои места. Ван сжал крепко ладонь Туана и подарил ему свою теплую улыбку, перед тем как пройти на свое кресло. — Преодолеваем зоны планеты, входим в ее владения, капитан, — отдавал отчеты Джебом, руки его дрожали, но взгляд был сильным. — Радиус в порядке, спускаю общее давление на заднем отсеке! — Бэм без остановки переключался с одной панели к другой. — Открыть люки для ружья, — тихо, но твердо сказал Ван. Джинен уверенно хмыкнул, и добавив напору в голос бодро прокричал: — Люки открываются, капитан! Механизмы в корабле заработали и с заднего окна борта можно было видеть готовое в любой момент озарить ружье. Волнение не покидало весь корабль, и чем ближе они приближались к озеру, тем сильнее оно росло. Непонятное существо, словно поняв замысел космонавтов, поджидало их у небольшого озера, издавая такие громки звуки, что их можно было услышать на самом корабле. — Не спит, тварь, — Ёндже скривил лицо от визга монстра. — Все оно понимает. Живое существо вытащила около сотни своих щупалец, которыми всё стремилась отмахнуться от корабля. — Начинаем стрельбу. После слов капитана, нескончаемые потоки стрельбы не прекращались следующие полчаса. Существо было умным, особо изворачивалось, умело отбивалось щупальцами от ударов. В особые моменты ярости оно наносило удары по кораблю, но благодаря успешной командно работе, ребятам удавалось немного отбиваться от них. Марку было впервые страшно. И это был не тот страх, когда он разбил задний бак своего корабля в прошлый раз. Это был животный страх за их жизни. Чудище становилось сильнее, напряжение в команде еще больше росло. Бэм был прав, огненное ружье не действовало. — Ах, ты, тварь чертова! — Грозно проорал капитан, когда оно задело крыло корабля. Предупреждающий сигнал громко начал вопить на весь корабль, включив автоматически красные лампы. Иен обеспокоенно посмотрел на Джинена, ведь друг всегда дарил ему покой. — Хён... — в глазах младшего он видел мольбу и отчаяние, а в голосе один страх и панику. Пак не сдерживал накатывающий на него страх и Марка от этого пробило окончательно. Как врач он хотел успокоить младшего. Упустив из виду пару щупалец, они сразу же нанесли сильнейший удар по кораблю. Они потеряли баланс равновесия и корабль прогнулся почти на все 90 градусов в правый бок. Почти все откинуло в разные части корабля, лишь только капитан и пилот устояли у руля. Иен открыл глаза и увидел перед собой ночное небо, застеленное яркими звездами. Он посмотрел вбок и видел как будучи детьми ребята перешаптывались в тишине. Марк встал и побежал вниз с холма, не удерживая скорости, он упал лицом в зеленую траву. Сбоку доносился голос Бэма. Марк встает и снова падает головой об землю, пачкаясь в траве. Бэм пытался зацепиться за старшего, что потерял сознание. Он всё продолжал звать его, когда Марк больно ударился головой об стенку корабля. Марк слышит, как сквозь неприятные звуки светлячков, кричит со всей силой ему Бэм. Зачем он это делал, ведь Иен хотел дойти до конца холма вниз. Бэму не нужно было его останавливать. Бэм продолжал кричать старшему сквозь страшную сирену. — Хён, очнись, очнись! — ночное небо окрашивается в красный цвет. Марк чувствовал, как резкая боль в груди ослабевала его. Иен резко раскрыл глаза и сел в судорогах на пол, крепко схватившись за одну из ручек у стены. Он потерял сознание и видел странный сон. Удар пришелся по голове, тошнота резко подступила к горлу, но Марк должен был сперва убедиться в сохранности остальных ребят. Мутным зрением в дали он видел его. Джексон, что из последних сил держался у руля и вдавил скорости, чтобы отойти на безопасное расстояние. Иен, проигнорировав адскую боль в теле, первым же делом начал осматривать состояние напарников. Сирена продолжала гудеть, сбивая с мыслей, идей. — Хён, Югём отключился! — сквозь сирену вопил Бэм. Он поддерживал одной рукой младшего, а второй все также пытался наладить систему корабля. Марк подбежал к нему и полностью сосредоточившись, вытащил из кармана ампулу NL-7 для того, чтобы привести потерявшего сознание в чувство. — Бесполезно, бесполезно, всё не работает, ужасно, как же ужасно, — краем уха улавливал паническую речь младшего Марк. Он вколол лошадиную дозу лекарства и прикладывал теплую ткань к лицу Кима. Спустя пару секунд парень стал судорожно кашлять и Иен помог сесть ему, чтобы помочь откашляться. Похлапывая по спине младшего, Марк зацепился взглядом за Ёндже. Этот парнишка держал книгу комиксов вверх ногами. Он был в панике и шоке, но чтобы как-то успокоить ребят он взял книгу и тихо делал вид, что читает её. Это был один из учебных приемов в уроках психологии. Таким повседневным действием, они успокаивали других, говоря, что ничего страшного не произошло. Вот только из-за большой паники Чхве не заметил, что держит комикс он перевернутым. Иен хотел помочь ему, но еще один нанесенный удар по кораблю снова припечатывает их к стене. Уши пробило страшной болью, казалось перепонки разорвутся от свиста. Баланс корабля заметно нарушился и все объекты переместились на левый бок. Сильный скрип металла болью отзывался в ушах. — Что происходит?! — сквозь кашель орал Югём, крепко цепляясь за Марка — Капитан, большую часть правого крыла оторвало, — разнесся по колонкам голос Бэма. Джексон резко подорвался с места, подняв на руки хромающего Ёндже и что осталось в голосе проорал: — Всем бежать в спасательные капсулы! Всё происходило, как во сне. Марк не сразу понял, что произошло. Всё ему казалось нереальным и неправильным, даже когда Джексон продолжал что-то кричать и тащить его за руку в сторону капсул. Он неверующие оглядывал парней. — Я поведу младших, вы идите втроем на правую сторону! — в бегу кричал пилот. Джексон молча помог Ёндже встать на ноги и опереться об Джебома. Иен всё также ватно оглядывал всех, пока Джексон не схватил крепко его с Паком. Их пути разделились, Джейби, Югем, Ёндже и Бэм побежали в сторону капсул в левой стороне, а оставшиеся трое побежали к правым капсулам. Ван ни на секунду не ослаблял хватку и каждую минуту спрашивал Джинёна об оставшимся времени. Разблокировав нужную дверь, они втроем забежали к капсулам и включили режим их подготовки. — У нас десять минут, десять! — руки и голос Джинена выдавали его сильную панику. Прислушавшись к рации, капитан облегченно вздохнул. — Эти четверо успешно вылетели из корабля, — Джексон быстро отбивал клавиши на панели. Снятие блокировки завершилось и ребятам осталось лишь ждать полной выгрузки капсул. Врач отпустил руку капитана и сделал два слабых шага назад. Джинён в панике не мог связать и слова. Марк словно потерял голос, не мог заставить также заставить себя говорить. Дыхание начало сбиваться, кроме стука сердца больше он ничего не слышал. Из этой агонии его вытянул любимой голос. — Марки, все будет хорошо, слышишь меня?! — сильные руки стали сильно его трясти, сфокусировав взгляд, Марк увидел обеспокоенного Джексона напротив. — Капсула DX-1 готова к запуску, — компьютерный голос вернул их в реальность. — Марк-хён, скорее запрыгивай первый! Ты должен будешь оказать ребятам помощь, как можно раньше, — Джинён открыл дверь капсулы для друга. Марк неуверенно оглядывал двух самых дорогих людей в своей жизни. — Я не вылечу без вас двоих! Джексон молча схватил старшего и против воли потащил его в капсулу. Посадив его в кресло, Джинён с доброй улыбкой заблокировал дверь и запуск начался автоматически. — До запуска три секунды, — женский голос оповещал готовность. Марк протянул руку к стеклу. — Два. Джексон положил руку поверх его ладони. — Один. Он сказал это. Иену определенно не послышалось. В следующее мгновенье капсулу выбросило за корабль и она продолжила путь по заданному маршруту. — Финальная точка маршрута космопорт «Земля». Джексон и Джинён стояли в ожидании следующих капсул. — Ты иди вторым, я вылечу последним, — Пак лишь молча кивнул на слова капитана. — Капсула DX-2 готова к запуску. Дверь капсулы автоматически открылась и Джексон подошел к ней ближе, чтобы проводить Джинена. — Ты молодец, хён, — тепло проговорил космонавт. Пак резко толкнул капитана в капсулу и двери автоматически закрылись. Джексон в непонимании посмотрел на счастливого парня и пытался открыть двери, но система отказывала, так как подготовкак полету началась. — До запуска три секунды. Капитан прислонился ухом к стеклу; — Скажи Марку, что я любил его, пусть он и не был моим истинным, — грустиная улыбка красовалась на его лице. — О чем ты, черт тебя, Джинен? — Ошибка. Капсула DX-3 не готова к запуску. Джинён отдал в последней раз честь капитану команды. Ван не мог поверить в услышанное и в последний момент перед вылетом он едва уловил: — Береги его. Вылетая из корабля, Джексон не верующе смотрел на горящий корабль, то как он отдалялся от него. Капитан не отрывал взгляда, всё ждал, когда последняя капсула вылетит оттуда. Груда металла продолжала гореть и постепенно исчезать из его обозрения, но Капитан так и не увидел вылетевшей капсулы. Джексон крепко сжал глаза и прикусил губы до крови, в попытках сдержать рвущиеся слезы наружу. В космосе никогда нельзя было понять; двигаешься ты вперед или назад, ветер треплет твои волосы или это лишь созданная людьми иллюзия. Космос красивый, чарующий и холодный. Люди, желающие подчинить его себе – тоже. Они также красивы и холодны, также способны отдавать людей прямо в лапы смерти, прикрывая это всё возможностью исполнить чью-то детскую мечту. Эти холодные люди, что используют мечту, таких ребят как; юных Югёма и Бэма, веселых и добрых Ёндже и Джебома, как искренних и верных Марка, Джексона. И им плевать, что в их желании подчинить что-то сильное и могущественное, могут умереть такие теплые и душевные ребята, как Пак Джинён. Космос никогда не станет игрушкой в руках людей. Космонавты всегда это знали, а управленцы станций - нет. Дети космоса, космические странственники боялись космоса, ведь он был полон загадок и неясных элементов. В космосе за осознанием одного мгновенья, пролетает не одна жизнь, а может параллельно оборваться еще несколько других. Художники как-то не думали, что у космонавтов в космосе «мгновение» обычно страшное слово. Мгновением было то счастливое лицо Пак Джинёна перед смертью. И к большому горю, на его осознание у Джексона ушло такое же мгновение. Может тогда оно и к лучшему было, что на Земле мгновение осозновалось целую жизнь? Пак Джинён горел в жизни ярко, как самая настоящая звезда.

This is major Tom to ground control, I'm stepping through the door Это майор Том для наземного управления! Я прохожу через дверь And I'm floating in a most peculiar way И плыву самым необычным образом, And the stars look very different today И звёзды сегодня выглядят совсем иначе, For here am I sitting in a tin can far above the world Ведь я здесь - сижу в жестяной банке высоко над миром. Planet Earth is blue and there's nothing I can do Планета Земля синяя, и я ничего не могу поделать. Though I'm past one hundred thousand miles, I'm feeling very still Хотя я на высоте более сотни тысяч миль, я очень спокоен, And I think my spaceship knows which way to go И думаю, мой корабль знает маршрут. Tell my wife I love her very much, she knows Скажите моей жене, что я её очень люблю - она знает. *